Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

Статьи любезно предоставлены Общественной организацией "Фонд Л. Н. Гумилева".

Попытки практической работы евразийцев в Европе, как политической организации в 1920-1930-х годах 

Степанов Н.Ю.
(Институт истории РАН, Москва) 

Синхронный текст докладов, прочитанных на 3-х Гумилевских чтениях , 8-10 июня 1999 г. Москва


 Данная тема, ввиду разнородности, фрагментарности источников, зашифрованности переписки евразийцев, еще сравнительно мало изучена. В то же время имеются отдельные исследования, проливающие свет на некоторые аспекты практической работы евразийцев в Европе в межвоенное время. Это книга С.Л.Войцеховского об операции "Трест" [1], отдельные страницы из книги И.Кудровой "Гибель Марины Цветаевой", где она рассказывает о Сергее Яковлевиче Эфроне, муже Цветаевой [2], статьи А.В.Соболева о Н.С.Трубецком, опубликованные в 1991 - 1992 гг. в "Литературной учебе" и в "Новом мире" [3], статьи из двухтомника "Культурное наследие российской эмиграции" [4], наши статьи "Практическая работа Пражской группы евразийской организации как политической партии" [5], "Научная и преподавательская деятельность евразийцев в Европе в 1920-е - 1930-е гг." и статья Е.В.Чиняевой о евразийстве в сборнике Института всеобщей истории РАН "Русская эмиграция в Европе в 20-е - 30-е гг. ХХ века [6], а также другие материалы.

Источники по данной теме довольно обширны, но они введены в научный оборот и изучены лишь частично. Документы, письма - имеются в Москве, в Государственном Архиве Российской Федерации (ГАРФе). Фонд П.Н.Савицкого (ф. 5783, ед. хр. 565, 1917 - 1940 гг.), фонд помощника Савицкого по политическим и организационным вопросам, известного в Праге в 1930-е годы литератора, впоследствии видного последователя и распространителя идей Н.Ф.Федорова ("федоровца") князя К.А.Чхеидзе (в евразийской переписке он часто упоминается под кличкой "Констал") (ф. 6911, ед. хр. 125. 1925 - 1938 гг.), фонд евразийского историка С.Г.Пушкарева (ф. 5891, ед. хр. 437, 1914 - 1945 гг.), отдельные документы из фонда рано умершего евразийского экономиста Я.Д.Садовского (ф. 6775, 1912 - 1926 гг.). Интерес для изучения этой проблемы представляют также документы и большая коллекция газетных вырезок о евразийстве видного историка, культуролога, политического деятеля с большим дореволюционным стажем, кадета, одного из деятельных противников евразийства, П.Н.Милюкова (ГАРФ, ф. 579). Для понимания вопроса важны также его статьи против евразийства в эмигрантских газетах [7]. В Военном архиве, в Москве (бывшем Центре хранения историко - документальных коллекций - ЦХИДК, "Особом архиве"), находятся интересные материалы польской разведки Генерального штаба о политической деятельности всей русской эмиграции, в том числе евразийцев. Это очень большие по объему дела, в которых только отдельные документы связаны с нашей темой - копии писем, телеграммы, донесения евразийской партии (напр. ф. 308, оп. 3, ед. хр. 193).

В Праге, в Славянской библиотеке, имеется большой фонд П.Н.Савицкого, который содержит архив газетных и журнальных вырезок о евразийстве, обширную переписку Савицкого с различными деятелями русской эмиграции, учеными, в том числе письма Л.Н.Гумилева к нему. Недавно в Москве вышла очередная книга из научного наследия замечательного евразийского историка Г.В.Вернадского "Русская историография" (составитель и научный консультант - к.и.н. В.Н.Козляков), где в конце приводится обстоятельный "Обзор коллекции документов Г.В.Вернадского в Бахметьевском архиве Библиотеки Колумбийского университета в Нью-Йорке". Из этого обзора следует, что в фонде Вернадского имеется большая переписка его с Савицким (с 1923 по 1968 гг.) и с К.А.Чхеидзе (описание событий 1927- 1929 гг., связанных с делом газеты "Евразия") [8]. Также в Праге, в Литературном архиве, имеются обширные мемуары К.А.Чхеидзе, в которых он много места отводит описанию движения евразийства и своим размышлениям о нем. Этот содержательный труд должен быть опубликован Славянским институтом Академии Наук Чешской Республики. Кроме того, существуют воспоминания о жизни в эмиграции и в том числе о евразийстве выдающегося евразийского государствоведа Н.Н.Алексеева, друга и сподвижника Савицкого. Частично они опубликованы в эмигрантских изданиях - "Архиве русской революции", "Новом журнале" и "Гранях", а также о периоде, предшествовавшем распространению евразийства и о настроениях русской эмиграции - в книге В.Т.Пашуто "Русские историки - эмигранты в Европе" [9]. Следует еще упомянуть диссертацию немецкого историка Отто Бёсса о евразийстве, вышедшую отдельной книгой в 1961 г. [10] Источники по теме содержатся в многочисленных печатных трудах евразийцев в их изданиях - "Евразийском временнике", "Евразийской хронике" и отдельных сборниках.

Говоря о практической работе евразийцев в Европе в межвоенное время, следует отметить, что под практической работой мы понимаем прежде всего агитационно-пропогандистскую работу по вовлечению в евразийство русских эмигрантов. В этом основную роль играли евразийцы, обосновавшиеся в Праге. В интересной статье, опубликованной в "Евразийской хронике" [11] под названием "Из опыта работы евразийца", подписанной просто буквой "и" (её автором был, скорее всего, брюссельский евразиец, мой однофамилец, Иван Степанов), в полном соответствии с указанием еще Н.С.Трубецкого о том, что евразийство - это прежде всего "миропонимание" и "мироощущение", а не просто мировоззрение, сообщалось, что евразийская литература, которая кажется поначалу слишком научной и малопонятной обычному человеку, затем "читается с исключительным интересом... после того, как данное лицо получило необходимые разъяснения от евразийских работников" [12]. Поскольку овладение евразийским мировоззрением "многоэтапно", на первом этапе предполагается заинтересовать каждого с наиболее близкой ему стороны. Когда человек перейдет эту грань, когда он прочувствует и усвоит евразийские критерии добра и зла, тогда он сам сможет выработать в себе евразийское мировоззрение. Поэтому автор той статьи и обращает внимание на "внутреннее горение, которое должно охватить каждого из нас" [13]. Евразийцы были согласны с мнением своего активиста той поры, впоследствии исключенного из евразийской организации за контакты с "враждебными силами", что "никакими книгами, брошюрами, листовками, невозможно сделать то, что способен сделать вдохновенный и убежденный оратор перед собранием и в личных переговорах" [14]. Из этих мыслей и исходили евразийцы, когда они, помимо своей преподавательской, лекционной, авторской и публикаторской работы, проводили специальные семинары и беседы именно по изучению евразийского подхода к историческим, философским и экономическим предметам. Характерным примером, как отмечалось выше, может служить деятельность евразийской группы в Праге. Этому во многом способствовала спокойная обстановка, созданная вокруг русских эмигрантов и большая помощь чехословацкого правительства, оказанная им в рамках "русской акции". Так, только за три месяца с ноября 1924 г. по январь 1925 г. евразийцы провели десять выступлений с докладами перед различной аудиторией. Среди них были, например, К.А.Чхеидзе, выступивший с лекцией "Мысли о марксизме", В.П.Шапиловский - о евразийстве в студенческом просеминаре, И.С.Белецкий рассказал в Пражском национальном студенческом объединении о евразийстве, позднее состоялся еще один доклад Шапиловского в Русском педагогическом институте им. Я.А.Коменского. В конце декабря 1924 г. и в начале января 1925 г. имели место выступления евразийцев в семинаре академика П.Б.Струве, затем были заслушаны как лекции Л.В.Копецкого и К.А.Чхеидзе, так и других сторонников евразийства. Количество докладов в различных группах и кружках, немалое число слушателей, говорит о большом интересе к евразийству среди русских эмигрантов в Праге в то время. Однако лекции читались и в других городах. Например, в феврале 1926 г. Савицкий прочитал в Братиславе доклад о "России, как особом историческом мире". Этот доклад касался научного обоснования евразийства с исторической и географической точек зрения, он собрал много слушателей из русской колонии в Братиславе, вызвал горячее обсуждение. Поэтому в августе того же года по инициативе русских в Братиславе состоялась беседа уже в более узком кругу слушателей, в которой Савицкий сделал своего рода методологическое введение к работе над евразийской литературой [15].

В 1926 - 1927 гг. возобновил свою деятельность евразийский кружок в Ржичанах (близ Праги). В него входили не только евразийцы, но и просто интересующиеся евразийством люди. Собрания кружка проходили в форме свободных собеседований на выдвинутую тему. Обсуждались такие разные вопросы, как, например, роман Н.С.Лескова "Соборяне" (К.А.Чхеидзе), преодоление теории классовой борьбы и переход к господству идеи "правящего отбора" (А.А.Шеповалов), история изобразительного искусства, в частности, иконописи, в России (А.В.Суслов), особенности русского военного искусства (А.В.Стрелин), о И.И.Страхове (И.Г.Ефанов) [16].

В апреле-мае 1926 г. в Праге активно продолжал работу евразийский семинар. Так, 8 апреля Д.Н.Иванцов сделал доклад "Современное положение промышленности в советской России", подчеркнув, что "в будущем есть очень много оснований ожидать не дальнейшего развития, но краха" [17]. Выступивший в прениях Савицкий на это заметил, что "в данном случае << теория краха>> едва ли уместна" [18]. Вообще П.Н.Савицкий одним из первых среди экономистов подметил и обосновал закономерность чередования подъемов и депрессий в экономике России, как до 1917 г., так и в советское время, но для него всегда было характерно оптимистическое отношение к развитию российского народного хозяйства [19]. На последующих заседаниях этого семинара выступили два крупных философа Русского Зарубежья, не принадлежавшие к евразийству. 20 мая 1926 г. проф. (впоследствии - протоиерей) В.В.Зеньковский сделал доклад "Идея православной культуры и евразийство", в котором основной момент в критике евразийства он обозначил в области отношения к православной культуре. По его мнению, "не идея православной культуры стоит в идеологически оплодотворяющем центре евразийства, она "держится при...", около, не в центре [20]. Эта точка зрения вызвала возражения евразийцев М.М.Порецкого и П.Н.Савицкого, которые подчеркнули, что "евразийцы ставят себе также иные цели действия в миру, но не вне Православия, а во имя Православия и в нем" [21].

27 мая проф. Н.О.Лосский выступил с докладом на тему "Национальный вопрос и евразийство", большая часть которого была посвящена отысканию ценного в национальном - "народ - органическое единство особей", поиску путей объединения [22]. Евразийцы, по его мнению, ценят национальное своеобразие и эту сторону их доктрины докладчик приветствовал. Однако есть и другая сторона - а именно нужно сочувственное вживание в чужое. В развернувшейся дискуссии евразийцы С.Г.Пушкарев, М.М.Порецкий, П.Н.Савицкий, А.А.Шеповалов указывали на опасности "сочувственного вживания". Их деятельность направлена на создание единства, собора и соборности народов, только в совершенно реальных условиях; то единство, которое отстаивал Лосский, "или лишено реального средоточия, или же средоточие это духовно чуждо положительным стихиям России - Евразии (пример - западническое объединение враждебных России сил - "Лига Наций") [23].

В те годы евразийство вызывало большой интерес во многих странах русского рассеяния, перед интересующимися этим вопросом выступали и его убежденные противники. Так, с критикой книги Савицкого "Географические особенности России" 4 января 1927 г. в Праге выступил П.Н.Милюков [24]. Затем 5 февраля того же года он в большом полуторачасовом докладе уже в Париже постарался изложить и подвергнуть критике евразийское учение. 12 февраля состоялись прения по докладу (опять же в Париже), собравшие около 800 человек слушателей [25]. В 1929 г. Милюков перевел этот доклад на английский язык и выступил с ним в ряде английских городов, а в 1930 г. доклад был издан (по-английски) в виде статьи в сборнике, посвященном 80-летию президента Чехословакии Т.Г.Масарика [26]

[26]

В 1928 г. работа Пражского евразийского семинара активно продолжалась. К.А.Чхеидзе, написавший краткий отчет об этом периоде в деятельности семинара, отмечал, что в то время предполагалось сосредоточить основное внимание на идеологической работе - осмыслить претерпеваемый Россией процесс; и собственно-политической - "здесь перед нами стоит задача утверждения в русской действительности" [27]. Эту задачу предполагалось решить следующим образом. Опираясь на использование некоторых положений марксизма на практике, отдельные евразийцы (например, К.А.Чхеидзе) предлагали заменить ВКП(б) правящим "евразийским отбором", поскольку она (партия) уже содержит в себе зерна будущего правящего отбора России -Евразии. В дальнейшем они предлагали объединить тех, кто действительно решился понять революцию, включиться в нее и победить по обе стороны рубежей России - СССР [28].

И в 1930-е гг. в Праге продолжалась работа евразийского семинара, хотя интерес к этому течению общественной мысли постепенно ослабевал. В то время евразийцы часто собирались в русском ресторане "Огонек" (ул. Вайтешска, 5), где в ноябре - декабре 1932 г. прозвучали доклады Г.И.Рубанова "Внутренняя жизнь ВКП(б) за последнее время", проф. Д.И.Иванцова "Черты своеобразия в развитии русской экономической мысли", проф. К.И.Храневича "Лик деревни" [29]. Наиболее оживленную дискуссию вызвал доклад П.Н.Савицкого (6 февраля 1934 г.) "О дальневосточном вопросе". Дело было в том, что автор доклада, будучи всегда убежденным государственником, опасался притязаний Японии на Российский (в то время - Советский) Дальний Восток. Япония, как островная, т.е. "океаническая" держава, несмотря на ее антизападную (по отношению к Англии и США) ориентацию, тем не менее, не включалась евразийцами в сферу Континента-Евразии и представлялась им враждебной России силой. Савицкий "выразил уверенность, что новый, создавшийся в революции русский ведущий слой способен организовать защиту страны на западном и восточном фронте. На него и должны сделать ставку россиелюбцы" [30]. Савицкий предполагал, что "грядущая перегруппировка" "низвергнет власть коммунизма и утвердит национальное значение нового ведущего слоя" [31]. Действительно, как он и предполагал, произошли страшные, небывалые по масштабу репрессии 1937- 1939 гг., "ведущий отбор" в СССР обновился почти полностью, но власть коммунистов сохранилась еще на долгие годы. И все-таки, как он считал, нельзя было уповать на помощь извне, т.е. врагов России - СССР, для свержения власти большевиков. Савицкий в письме к калмыцкому ученому-евразийцу Э.Хара-Давану выразил свои взгляды так: "и если Вс. Иванова мы не можем считать нашим, то исключительно потому, что он в настоящий момент [1929 г. - Н.С.] недостаточно ценит единство Чингизова царства (нынешней России-Евразии) и готов освобождать от коммунистов отдельные его части при помощи врагов Кубилая (японцев), немцев и пр." [32] Во время обсуждения упомянутого доклада Савицкого развернулась горячая дискуссия между "оборонцами" (большинство евразийцев) и "пораженцами" (некоторые эсеры, "младороссы", сторонники других группировок), в результате которой "пораженцы" были идейно побеждены. Автор доклада убедительно доказал, что попытка устроить революцию в СССР во время грядущей войны приведет только к внешнему поражению и к сохранению коммунизма на оставшейся русской территории. Путь "пораженчества" и "революции", по мнению Савицкого, не являлся евразийским, "только победоносная Россия может найти в себе силы для коренного и решительного преодоления коммунизма" [33].

В Европе, помимо Праги, большая евразийская работа велась также в Париже, его пригородах Кламаре и Медоне, там действовал постоянный евразийский семинар. Его деятельность была связаны с ярким и необычайно эрудированным философом, культурологом, историком средневековья и христианства, проф. Л.П.Карсавиным. В вопросах евразийства он, однако, не проявлял достаточной стойкости и попадал под влияние "сбивающего фактора" т.е. марксизма. Этому, по-видимому, способствовало и растущее влияние во французком (среди русских во Франции) евразийстве агента Москвы С.Я.Эфрона (распоряжавшегося финансированием этой группы от ОГПУ) и определенное идейное воздействие на Карсавина зависевшего от Эфрона формального лидера парижских (или Кламарских евразийцев), талантливого публициста, литературного и музыкального критика, одного из основателей евразийства, П.П.Сувчинского. Борьба за лидерство в евразийском движении между Савицким и Сувчинским во многом предопределила появление так называемого "Кламарского раскола" в евразийстве в 1927-1930-м гг. Победа осталась за Савицким, Сувчинский и его сторонники были исключены из евразийского движения, но оно в целом было очень ослаблено этим противостоянием и уже не смогло возродиться до уровня середины 1920-х гг. [34] Что касается Карсавина, то он по приглашению Ковенского (Каунаского) университета возглавить кафедру всеобщей истории, переехал в 1928 г. в Литву, где сосредоточился на научной и преподавательской работе и отошел от евразийской деятельности. Евразийский семинар в Париже как постоянно действовавший орган фактически прекратил с отъездом Карсавина свое существование, хотя отдельные интересные публичные лекции и диспуты по евразийству еще проводились там в 1930-е гг. [35]

Евразийские семинары и лекции читались также в Бельгии, Югославии, Болгарии и в некоторых пограничных с СССР странах ("лимитрофах") - например, в Латвии (Рига). В Бельгии изучение и преподавание евразийства было связано с энергичным его сторонником Иваном Степановым, который начал там работать с начала 1926 г. Им было создано внепартийное "Общество русской культуры". Оно вскоре после создания раскололось и закрылось, однако лекции и семинары по истории и политике с привлечением лекторов-евразийцев продолжались. Этому во многом содействовали приезд в Брюссель из Парижа и выступление с докладами П.П.Сувчинского и Б.П.Вышеславцева [36], а также вышедшая вскоре после этого популярная книга И.Степанова о евразийстве [37]. В 1927 г. в Брюсселе выступал также Л.П.Карсавин (доклад "Основы евразийства"), в котором он рассматривал феноменологию революции и отношение евразийства к советской государственной системе. Кроме образовательного центра евразийства [38], этот город являлся во многом и важным организационным пунктом для создававшегося подобия евразийской партии; в сентябре 1931 г. там состоялся расширенный съезд евразийских организаций [39].

Система приглашения наиболее сильных евразийских ораторов (лекторов) из других стран русского зарубежья для чтения лекций на конкретные темы являлась очень важной в деле популяризации евразийства. Так, в 1926 г. П.Н.Малевский-Малевич приезжал в Болгарию и Югославию с лекциями и инспекционной работой [40] в ноябре 1927 г. Н.Н.Алексеев прочитал в Риге две лекции о евразийстве, имевшие огромный успех [41].

Большое значение для евразийского движения русской эмиграции имела организация надлежащим образом "около евразийской среды" и связь с нею. Вне Чехословакии, после исключения из евразийства "кламарцев", это были остатки евразийских групп на юге Франции, в местах компактного проживания русских эмигрантов - Риуперу, Гренобль, отдельные "евразийствующие" элементы в других районах этой страны, а также в Германии и Польше. Имели место отдельные попытки установить контакты с отдаленными евразийскими группами и вне Европы: в Южной Америке, куда в 1929 г. был послан активист пражской евразийской группы А.Г.Романицкий [42], в Сирии и США (через евразийца Я.А.Бромберга) [43].

Кроме деятельности по связям с евразийскими группами в других странах русского рассеяния, в самой Чехословакии и в 1930-е гг. продолжалась работа с людьми, сочувствовавшими евразийству, с "потенциально евразийской" молодежью и студенчеством в форме встреч, бесед, переписки. Важным направлением работы Пражской евразийской группы было наладить связи с представителями эмиграции из России из числа нерусских национальностей, в той или иной степени проявивших свою близость или выразивших интерес к евразийству. Это была многочисленная и разнородная в политических симпатиях украинская эмиграция, калмыки, группы горских народов Кавказа, а также до некоторой степени специфические сообщества русской эмиграции - казаки и компактные землячества сибиряков [44].

Как известно, в эмиграции действовали различные пореволюционные (т.е. образовавшиеся после 1917 г. и так или иначе принявшие революцию, как свершившийся факт) группировки и сотрудничество с ними было важным для пражских евразийцев. Они установили и поддерживали переписку, обмен изданиями, распространяли литературу дальневосточной "харбинской" эмиграции как в Чехословакии, так и в других европейских странах, посылали свои печатные издания как для использования ее "харбинцами" у себя, так и для засылки в СССР через Дальний Восток. Однако прочных организационных связей ни с последователями русского космизма Н.Ф.Федорова ("федоровцами"), осуществлявшимися через К.А.Чхеидзе, ни с национал-большевиками, ни с группой сторонников "азийца"- японофила Вс.Иванова, у пражан не было. Пражские евразийцы переписывались с колонией "Чураевка" в Харбине (с ее главой и основателем Г.Гребенщиковым), с Музеем Н.К.Рериха в США. В Европе нерегулярный обмен изданиями и отчасти переписка происходили с группами журналов "Утверждения", "Новый Град" (в частности, с одним из его основателей и членом ред. коллегии философом Ф.Степуном), "Третья Россия" (П.Баранецким), группой "Поворот" (в 1930-е гг. издание не выходило), группой "План", "младороссами", кирилловцами, Дмитриевским, Союзом национальной молодежи ("нацмальчиками") и др [45].

Таким образом, в 1920-х - начале 1930-х гг. для жизни русской эмиграции Европе было характерно увлечение евразийством. Особенно энергичную работу по развитию этого учения в эмиграции проводила Пражская евразийская группа, возглавлявшаяся бессменным лидером всего евразийского движения, одним из замечательных русских людей, к сожалению, еще не в должной степени известным у себя на родине, П.Н.Савицким. В те годы существовала целая разветвленная система изучения евразийского подхода к истории, философии, политике и преподавания евразийства. Для распространения евразийских идей было характерно сочетание пропагандистских методов (проведение углубленных научных семинаров) и агитационных (открытые публичные лекции и диспуты с раздачей евразийской литературы). Целью этой работы было подготовить как можно больше сторонников евразийства в среде русской эмиграции для последующего их использования уже в СССР после "перевоспитания" советского правящего слоя и в перспективе соединения его с эмигрантами. Этим идеям не суждено было осуществиться. Тем не менее, евразийские научные семинары и лекции, несомненно, содействовали росту национального самосознания в среде русских эмигрантов (не только представителей состоятельных слоев общества и интеллигенции, но и рабочих, торговцев и мелких служащих, бывших офицеров и солдат белых армий, студенчества), их просвещению, развитию чувства патриотизма и любви к России. Евразийские лекции и семинары, имевшие и свои достоинства, и не лишенные недостатков, учили людей главному - мыслить, развиваться духовно. В специфических условиях эмиграции они позволяли слушать правильную русскую речь и общаться на родном языке, читать русские книги, журналы, брошюры, что было особенно важно в иноязычной среде при тяжелой ежедневной работе. Семинары и лекции проводили известные, даже знаменитые ученые, профессора, прекрасные знатоки своих предметов и ораторы, что также способствовало популярности этих начинаний.

Примечания

[1] Войцеховский С.Л. Трест - воспоминания и документы. Ontario, Zaria, 1974

[2] Кудрова И. Гибель Марины Цветаевой. М. 1995

[3] Соболев А.В. Полюса Евразийства. Л.П.Карсавин (1882 - 1952), Г.В.Флоровский (1893 - 1979) // Новый мир, 1992, No1, с.180 -182; Князь Н.С.Трубецкой и евразийство // Литературная учеба, 1991, No6, с. 121 - 131; Своя своих не познаша. Евразийство: Л.П.Карсавин и другие (конспективные исследования) // Начала. Религиозно - философский журнал. - М., 1992, No4, с. 49 - 58.

[4] Мадхаван К.Палат (Индия). Евразийство - идеология будущего России // Культурное наследие российской эмиграции: 1917 - 1940. В двух книгах. Книга первая. / Под общей ред. акад. Е.П.Челышева и проф. Д.М.Шаховского. - М.,1994, с.80 -87; Хачатурян В.М. Истоки русской революции в оценке эмиграции 20 - 30 -х гг. ХХ в. // Там же, с. 88 - 94; Пономарева Л.В. Идеи евразийцев и доктрина "испанидад" Рамиро де Маэсту // Там же, с. 116- 123; Дурновцев В.И., Кулешов С.В. Жизнь и судьба П.Н.Савицкого // Там же, с. 144 - 152.

[5] Степанов Н.Ю. Практическая работа Пражской группы евразийской организации как политической партии // Русская, украинская и белорусская эмиграция в Чехословакии между двумя мировыми войнами. Результаты и перспективы проведенных исследований. Фонды Славянской библиотеки и пражских архивов. В двух томах. Т. 1, Прага, 1995, с. 437 - 447.; Shnirelman V. The Eurasian Concept of Culture: N.S.Trubetskoj and L.P. Karsavin // Ibidem, p.448 - 466.

[6] Степанов Н.Ю. Научная и преподавательская деятельность евразийцев в Европе // Русская эмиграция в Европе в 20-е - 30-е гг. ХХ века Под ред. д.и.н. Пономаревой Л.В. М., ИВИ РАН, 1996, с.199 - 221; Чиняева Е.В. (Оксфорд) Русские интеллектуалы в Праге: теория евразийства // Там же, с. 177 - 198.

[7] "Последние новости". 11 января 1927 г. и 8 февраля 1927 г., "Руль", 19 января 1927 г.

[8] Вернадский Г.В. Русская историография. - М., 1998, с. 395 - 444.

[9] В бурные годы (из воспоминаний Н.Н.Алексеева) // Архив русской революции, 1926, No17, "Новый журнал". 1958, No53 -55; 1959, No57; "Грани", 1960. No47; Приложение 1У. Воспоминания (из архива В.Т.Пашуто). Из Царьграда в Прагу. Русский юридический факультет. Н.Н.Алексеев. // Пашуто В.Т. Русские историки-эмигранты в Европе. - М, 1991 , с. 205-224.

[10] Boss, Otto. Die Lehre der Eurasier. Ein Beitrag zur russischen Ideengeschichte des 20. Jahrhunderts. Wiesbaden, 1961.

[11] "Евразийская хроника". Вып.У11, Париж, 1927, с. 47

[12] Там же.

[13] Там же, с. 49

[14] Из письма Малевского-Малевича С.С. - Чхеидзе К.А. 25 сентября 1931 г. - ГАРФ. ф.5911, оп.1, ед.хр. 47, л. 71.

[15] Евразийская хроника. Выпуск У1. Париж, 1926, c.45

[16] Евразийская хроника. Выпуск У111, Париж, 1927, с. 51.

[17] Евразийская хроника. Выпуск У. Париж. 1926, с.82.

[18] Там же, с. 83.

[19] См. подробнее об этом: Вандалковская М.Г. Историческая наука российской эмиграции: "евразийский соблазн". М., 1997, с. 210, а также: Степанов Д.Н. Евразийцы о прошлом и будущем российской экономики. // Развитие экономики России с помощью предпринимательского прорыва: Сборник статей. М., 2000, с.137-140.

[20] Евразийская хроника. Выпуск У, с. 84-85.

[21] Там же.

[22] Там же. с. 86.

[23] Там же.

[24] "Тридцатые годы". Издание евразийцев. б/ м, 1931. См. Примечание к с. 50.

[25] Евразийская хроника. Выпуск У11. Париж, 1927, с. 31-34; Там же опубликована статья евразийца В.П.Никитина "Что я возразил бы П.Н.Милюкову (по поводу его выступления об евразийстве). - с. 34-42.
26. Miliukov, Paul. Eurasianism and Europeanism in Russian History. // Festschrift Th.G.Masaryk zum 80 Geburtstage . Erster Teil. Bonn, 1930. S. 225-236. См. об этой критике: Степанов Н. Критика евразийства П.Н.Милюковым.// Евразийская перспектива. (Второй международный конгресс "Культура и будущее России"). М., 1994, с. 72-79, а также: Хачатурян В.М. "П.Милюков и теория Евразии", подготовленную ей публикацию этой статьи П.Н.Милюкова в переводе на русский язык - "Евразианизм и Европеизм в русской истории" // Европейский альманах. История. Традиции. Культура. М.: Наука. 1994, с.56-57, 58- 66.

[27] Евразийская хроника. Выпуск Х, Париж, 1928. с. 73.

[28] См. статью Чхеидзе К.А. "Евразийство и ВКП(б) // Евразийский сборник. Книга У1. Под ред. Алексеева Н.Н., Ильина В.Н., Клепинина Н.А., Савицкого П.Н. и Чхеидзе К.А., б/м, 1929, с.38-40.

[29] ГАРФ, ф.5911 (Чхеидзе К.А.), оп. 1, ед. хр. 115, л.29-32.

[30] Евразийские тетради. Вторая-третья. б/м, 1934. с. 43.

[31] Там же.

[32] Из письма Савицкого П.Н. - Хара-Давану Э.Д. 24 марта 1929 г. // ГАРФ, ф.5783 (Савицкий П.Н.). оп. 1, ед. хр. 364, л. 196.

[33] Евразийские тетради. Вторая - третья., с. 46.

[34] См. Алексеев Н.Н., Ильин В.Н., Савицкий П.Н. О газете "Евразия" (газета "Евразия" не есть евразийский орган). Париж, 1929.

[35] Подробнее о Парижском евразийском семинаре см. Степанов Н.Ю. Научная и преподавательская деятельность евразийцев в Европе в 1920-1930-е гг. // Русская эмиграция в Европе.(20-е - 30-е годы ХХ века), с.210 -219.

[36] Евразийская хроника. Выпуск У1. Париж, 1926, с. 26-29.

[37] Степанов И. Белые, красные и евразийство. Брюссель, 1927. 63 с.

[38] Евразийская хроника. Выпуск У11. Париж, 1927, с.46.

[39] ГАРФ, ф. 5783 (Савицкий П.Н.), оп.1, ед. хр. 446.

[40] Евразийская хроника. Выпуск У1, с.23-25.

[41] Евразийская хроника. Выпуск Х, с.68-70.

[42] См., например, материалы о попытках основать Евразийский социальный институт для распространения евразийства в Аргентине (1929 г.). // ГАРФ, ф.5783 (Савицкий П.Н.), оп. 1, ед. хр. 352., л. 123.

[43] Автора интересной евразийской книги: см. Бромберг Я.А. Запад, Россия и еврейство. Прага, 1931.

[44] ГАРФ. ф.5911 (Чхеидзе К.А.), оп. 1, ед. хр. 99. л. 5-8. О попытках заинтересовать евразийством многочисленную украинскую диаспору в Чехословакии говорит и тот факт, что г. Ужгороде (в то время это была территория Чехословакии) в 1930 г. вышла книга: Салтыков А.А. Евразийцы и украинцы. К проблеме единства русской национальной культуры. Ужгород, 1930. В этой стране в те годы активно действовала также Калмыцкая культурная комиссия в Праге ("Улан Залаз"), с которой сотрудничали евразийцы. В их среде был и евразийский историк, калмык, Э.Хара-Даван.

[45] Публикации статей евразийцев в других пореволюционных изданиях см., например "Новый Град". Под ред. Бунакова И, Степуна Ф., Федотова Г. No1, Париж. 1931; No2, Париж, 1932.; No5, Париж, 1932; No6, Париж, 1933, No13, Париж, 1938, а также "Третья Россия". Орган осуществления нового синтеза. No3, Париж, 1933.

9 июня 1999, г. Москва

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top