Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

4. ОБОСТРЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ БОРЬБЫ В ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВАХ И ИХ ЗАВОЕВАНИЕ РИМОМ

Со второй половины III в. в Средиземноморье и Южной Европе начинают отчетливо проявляться новые экономические и политические тенденции. На западе крупнейшим государством становится Рим. К середине III в. он подчинил Центральную и Южную Италию, в том числе все греческие полисы юга Апеннинского полуострова, а после победы в первой войне с Карфагеном - всю Сицилию, кроме небольшого сиракузского царства Гиерона II, сохранившего относительную независимость [+14]. Таким образом, западные греческие полисы как самостоятельные социально-политические единицы и вместе с тем как часть всей системы эллинских полисов перестали существовать, были поглощены Римом.

Видимо, как следствие этого приобрели устойчивость и регулярность торговые и дипломатические связи между Римом и государствами Восточного Средиземноморья, для которых Рим стал преемником их традиционных партнеров в сношениях с Северо-Западным Средиземноморьем. Римляне также были заинтересованы в упрочении этих контактов (особенно в предвидении нового столкновения с Карфагеном), и потому нарушение иллирийскими пиратами безопасности морских путей в Адриатическом и Ионическом морях привело к войне Рима с иллирийцами (229-228 гг.) Это был первый шаг в проникновении Рима на Балканский полуостров, но пока это не вызвало тревоги в Греции и Македонии, так как они были слишком поглощены своими внутренними и межполисными столкновениями.

После смерти Антигона Гоната его наследник Деметрий II (239-229 гг.) попытался восстановить пошатнувшееся после захвата Коринфа ахейцами влияние Македонии в Пелопоннесе и Средней Греции. Это привело к сближению Ахейского и Этолийского союзов и их совместной длительной войне с Деметрием II. Но начавшиеся вторжения иллирийских племен, теснимых бастарнами, заставили Деметрия сосредоточить свои силы на северных границах Македонии. В 229 г. он был разбит дарданами и погиб, иллирийцы заняли северные районы Македонии. Воспользовавшись ситуацией, отпала Фессалия, этолийцы вторглись в юго-западные районы Македонии; Афины за выкуп в 150 талантов добились вывода македонского гарнизона из Пирея; в Пелопоннесе тираны Мегалополя, Аргоса и других городов, не получая помощи от Македонии, сложили власть, полисы присоединились к Ахейскому союзу. Казалось, Македония полностью утратила свои позиции в Греции. Но уже через год преемнику Деметрия II Антигону Досону (229-221 гг.) удалось вновь подчинить себе Фессалию и восстановить влияние Македонии в Средней Греции, а в последующие годы - в Эгеиде и на Пелопоннесе. Причину этих успехов следует искать не в усилении военно-экономического потенциала Македонии, а в нарастающем обострении социальной борьбы в греческих полисах. Главным очагом ее стала Спарта.

К середине III в. в Спарте большая часть спартиатов фактически лишилась своих наделов, число полноправных граждан резко сократилось; по словам Плутарха, спартиатов оказалось не более 700 человек и из них лишь около 100 владели землей. Упала военная мощь Спарты, задолженность ростовщикам стала постоянным явлением даже среди семей старой аристократии, потребность в социальных преобразованиях ощущалась во всех слоях спартанского общества. Первым с предложением реформ выступил молодой царь Агис (245-241 гг.). Воодушевленный идеей восстановления "ликургова строя", он предложил аннулировать долги и произвести передел земли с целью увеличить число полноправных граждан; для осуществления реформы он предоставил имущество и земли своей семьи, призывая богатых граждан последовать его примеру. Эти предложения, встретившие активную поддержку среди обедневших спартиатов, вызвали ожесточенное сопротивление эфората и аристократии. Агис погиб, но выдвинутые им идеи продолжали жить, социальная обстановка в Спарте оставалась напряженной. Через несколько лет с реформами, облеченными в форму восстановления законов Ликурга, выступил царь Клеомен (235-221 гг.). Учитывая опыт Агиса, Клеомен, более зрелый и реалистичный политик и талантливый полководец, предварительно упрочил свое положение успешными действиями в начавшейся в 228 г. войне с Ахейским союзом. Заручившись поддержкой армии, он сначала уничтожил эфорат и изгнал из Спарты 80 наиболее богатых граждан, затем провел кассацию долгов, и передел земли; пополнив число граждан периэками, он создал отряд гоплитов в 4000 человек.

События в Спарте вызвали социальное брожение во всей Греции. Мантинея вышла из Ахейского союза и присоединилась к Клеомену, волнения начались и в других городах Пелопоннеса. В возобновившейся войне с Ахейским союзом Клеомен занял ряд городов, причем его поддерживали народные массы, рассчитывавшие на отмену долгов и передел земли. Напуганное этим олигархическое руководство Ахейского союза, в течение многих лет возглавлявшего борьбу против Македонии, обратилось за помощью к царю Антигону Досону. Арат "в страхе перед уничтожением богатства и облегчением мук бедности, - пишет Плутарх (Клеомен, XVI),- подчинил ахейцев и самого себя... приказам македонских сатрапов". В результате перевес сил оказался на стороне противников Спарты. Тогда Клеомен (как это не раз случалось в античности в критических ситуациях) освободил за выкуп в 5 мин с человека около 6000 илотов и 2000 из них включил в свою армию. Однако и ата крайняя мера не спасла положения: в битве при Селассии (221 г.) значительно более многочисленные объединенные силы Македонии и ахейцев уничтожили спартанскую армию. В Спарту был введен македонский гарнизон, назначен наместник и восстановлен прежний порядок. После победы над Клеоменом Антигон создал Эллинский союз под гегемонией Македонии, в который вошли ахейская федерация, Спарта и другие греческие полисы, за исключением Этолийского союза и Афин. Исследователи по-разному оценивают деятельность Клеомена: одни подчеркивают ее революционность, другие видят в ней лишь стремление возродить гегемонию" Спарты в Пелопоннесе. Но если даже субъективно Клеомен и стремился к гегемонии, то реальная обстановка требовала от него радикальных социальных мероприятий.

Поражение Клеомена не могло остановить нарастание социальных движений. Уже через два года после восстановления олигархических порядков спартанская "молодежь", еще находившаяся под влиянием идеи царя-реформатора, произвела переворот: прежний эфорат был уничтожен, избраны новые эфоры, Спарта вышла из Ахейского союза и присоединилась к этолийцам. Еще более радикальные преобразования пытался провести последователь Клеомена Хилон, но его попытка окончилась неудачей. В 210 г. власть в Спарте захватил тиран Маханид, о его социальной программе сведений не сохранилось, известно лишь, что олигархическое руководство Ахейского союза вело с ним упорную борьбу. В 207 г. во главе спартанского государства становится тиран Набис (Полибий называет его тираном, в надписях же он носит титул царя); внутренняя политика Набиса была в известной мере осуществлением программы Клеомена. Очевидно, с той же целью - пополнить число спартиатов - он освобождал илотов и наделял их и периэков землей, конфискуя для этого имущество наиболее богатых граждан. Политика Набиса встречала поддержку демоса в соседних полисах, благодаря чему удалось присоединить к Спарте некоторые города Пелопоннеса и Крита. Едва ли террор Набиса по отношению к своим политическим противникам проводился с большей, чем обычно, жестокостью, и лишь потому, что он был направлен против современных Полибию и близких по положению и взглядам лиц, его действия резко осуждаются историком и вслед за ним другими древними авторами.

Не менее напряженная социальная борьба шла в Беотии. "Государство беотян,- пишет Полибий,- было окончательно расстроено, и у них в течение чуть ли не 25 лет не было вынесено ни одного приговора ни по частным жалобам, ни по государственным делам" (XX, 6). Чтобы предотвратить социальные конфликты и облегчить положение демоса, руководители Беотийского союза вынуждены были отсрочивать взыскание долгов, устраивать общественные раздачи и обеды. В Этолии долговой вопрос приобрел особую остроту, было поручено стратегам Скопасу и Доримаху разработать законы о кассации долгов, но в результате активного противодействия ростовщиков они не были приняты.

Обострение социальной борьбы в полисах Средней Греции создало благоприятные условия для активизации агрессивной политики Македонии. Пользуясь положением главы Эллинского союза, Филипп V (221-179 гг.) попытался с помощью союзников подчинить Этолийскую федерацию. Эта так называемая Союзническая война (220-217 гг.), сопровождавшаяся опустошительными вторжениями на территорию противников, не принесла, однако, желаемого результата. Тогда Филипп, надеясь укрепиться на Адриатике, вступил в союз с Ганнибалом после его победы при Каннах (215 г.) и начал вытеснять римлян из Иллирии. Это положило начало первой войне Македонии с Римом (215-205 гг.), которая, по существу, была войной Филиппа с его греческими противниками, примкнувшими к Риму, - Этолией, Спартой и Пергамом, и закончилась миром, не разрешившим тех проблем, которые привели к войне. Последние годы III в. были периодом наибольшего политического и экономического усиления Македонии. Этому благоприятствовала и общая политическая ситуация в Восточном Средиземноморье.

После 4-й Сирийской войны между Египтом и царством Селевкидов (219-216 гг.), в результате которой Птолемей IV потерял Келесирию, в Египте начались массовые волнения, охватившие всю страну и длившиеся в Фиваиде около 20 лет. Вслед за этим развернулась ожесточенная придворная борьба вокруг опекунства над малолетним Птолемеем V. Воспользовавшись внутренней неустойчивостью Египта, Филипп V и Антиох III начали захватывать внешние владения Птолемеев: к Македонии отошли все принадлежавшие Птолемеям полисы на Геллеспонте, в Малой Азии и в Эгейском море. Антиох III после победы при Панионе (200 г.) овладел Финикией и Келесирией. Экспансия Македонии ущемляла интересы Родоса и Пергама, что привело к войне (201 г.), где перевес был на стороне Филиппа V. Тогда Родос и Пергам обратились за помощью к римлянам. Для Рима, который после успешного завершения II Пунической войны подчинил все Западное Средиземноморье и перенес свои агрессивные устремления на Восток, это оказалось благоприятным предлогом начать войну с Македонией. Так конфликт между эллинистическими государствами перерос во II Македонскую войну (200-197гг.).

Знаменательно, что и в ходе II Македонской войны важнейшим для воюющих сторон был вопрос, какую позицию займут греческие государства. В упорной дипломатической борьбе перевес оказался на стороне римлян, широко использовавших традиционный демагогический лозунг "свободы" греческих полисов. На сторону Рима перешли Этолийский (в 199 г.) и Ахейский (в 198 г.) союзы, так как имущие слои полисов видели в римлянах силу, способную обеспечить их интересы без одиозной для демоса монархической формы правления. После поражения при Киноскефалах, в котором важную роль сыграла этолийская конница (197 г.), Филипп вынужден был заключить мир, по которому Македония лишалась всех своих владений в Малой Азии, Эгейском море и Греции. Филипп должен был выдать весь флот, уплатить контрибуцию и выдать заложником сына. Вопрос о статусе отнятых у Филиппа территорий решался римским сенатом.

На Истмийских играх в 196 г. сенатская комиссия под председательством Тита Фламинина, направленная для устройства дел в Греции, торжественно провозгласила "свободу" греческих полисов. Но вслед за этим Рим начал распоряжаться в Греции, не считаясь с интересами своих бывших союзников: определял границы государств, разместил свои гарнизоны в Коринфе, Деметриаде и на Халкиде, с помощью сенатской комиссии и послов вмешивался во внутреннюю жизнь Греции. Так, Фессалийскую лигу, где борьба между олигархией и демосом была особенно ожесточенной, Фламинин, руководствуясь цензом, перестроил по образцу Ахейского союза. "Устроив" греческие дела, римляне потребовали от союзников объявления войны Набису, опять-таки под предлогом "освобождения" греческих городов от тирании. В результате военных действий в 192 г. Набис погиб и Спарта утратила свою независимость.

Римляне вывезли из Македонии и Греции огромное количество медных и мраморных статуй, золота и серебра в изделиях, слитках и монетах. "Освобождение" Греции, по существу, было первым шагом в распространении римского господства в Восточном Средиземноморье, началом нового этапа в истории эллинистического мира.

Поражение Македонии в войне с Римом и внутренние осложнения в Египте создали благоприятные условия для усиления политического могущества царства Селевкидов. Начало ему было положено восточным походом Антиоха III (212-204 гг.), во время которого он, подчинив Армению и упрочив свои границы на западе, повторил отчасти маршрут Александра Македонского. Во время II Македонской войны Антиох захватил города Киликии, Ликии и Карий, принадлежавшие ранее Птолемеям, а затем начал подчинять полисы Малой Азии и Фракии, освобожденные Римом из-под власти Македонии. Предвидя неизбежность столкновения с Римом, он уладил свои отношения с соседями в Малой Азии и попытался заручиться союзниками в Греции, где уже возникло недовольство Римом. Против Рима открыто выступали этолийцы, обделенные римлянами при раздаче владений Филиппа. Весьма неуверенно чувствовали себя сторонники Рима в Беотии, где были сильны промакедонские настроения и беотархом был избран Брахилла. С согласия Фламинина Брахилла был убит.

Когда Антиох III высадился на Балканском полуострове, население греческих полисов, по словам Ливия (XXXV, 34), разделилось на два лагеря: "знатные и все вообще благонамеренные стоят за союз с римлянами и довольны настоящим положением, а толпа и те, дела которых не соответствовали их желаниям, хотят всеобщего переворота". Так как власть в большинстве греческих государств была в руках "знатных" и "благонамеренных", к Антиоху присоединились лишь Этолия и Беотийский союз. Война между Антиохом и римлянами развернулась на территории Средней и Северной Греции; многие полисы подверглись грабежу и разорению двух враждебных чужеземных армий. Антиох III после поражений у Фермопил и о. Мионнеса отступил в Лидию; здесь в битве у Магнесии (190 г.) его войска были разгромлены. Вслед за этим капитулировали этолийцы и приняли продиктованные Римом условия мира: территория Этолии значительно сокращалась, все города, занятые римлянами или заключившие с Римом сепаратно дружественный союз, отторгались от Этолийского союза, Этолия теряла свое господство над Дельфами, обязывалась уплатить 500 талантов и выдать заложников.

По мирному договору Антиох вынужден был (помимо уплаты 15 тыс. талантов контрибуции) отказаться от всех своих владений в Европе, а в Малой Азии - от земель к северу от Тавра. Эти области римляне передали из дипломатических соображений своим союзникам - Родосу и Пергаму. Поражение Антиоха оживило сепаратистские тенденции внутри государства Селевкидов: отделились незадолго до того подчиненные области Армении, возобновились волнения в восточных областях. Победа римлян и их союзников над крупнейшим из эллинистических государств - царством Селевкидов - коренным образом изменила политическую ситуацию: ни одно из эллинистических государств не могло более претендовать на гегемонию в Восточном Средиземноморье.

Влияние Рима в Греции после победы над Антиохом еще более усилилось. Внутренние греческие дела, как, например, взаимоотношения Ахейского союза с его членами - Спартой и Мессенией, разбираются римским сенатом. Но одновременно усиливаются и антиримские настроения демоса, недовольство проримской политикой правящих кругов. Полибий сообщает (XXIV, 11, 2-8), например, о появлении в Ахейском союзе оппозиционной группировки, выступавшей против безоговорочного подчинения Риму.

Гораздо больше, чем антиримские настроения в Греции, беспокоили римлян новые попытки Филиппа расширить свои владения и укрепиться на фракийском побережье. Филипп отчетливо сознавал, что новое столкновение с Римом неизбежно, и начал целенаправленно готовиться к нему. За короткое время он сумел восстановить финансы страны, усиленно проводил переселение фракийцев - как для обработки пустующих земель, так и с целью обеспечить надежность приморских городов на случай войны. Рим, в свою очередь, начал дипломатическую подготовку к войне с Македонией, предъявляя ультиматумы Филиппу, рассылая посольства и принимая жалобы на него. Наследовавший Филиппу Персей (179-168 гг.) главное внимание уделял стабилизации внутреннего положения. Он старался приобрести симпатии демоса и внутри Македонии, и в греческих полисах, объявил амнистию всем изгнанникам, кассацию государственных долгов. Вместе с тем он искал союзников среди эллинистических царств. Внутри Греции в 173-172 гг. борьба промакедонских и проримских партий достигает особого напряжения в Этолии, Фессалии и Беотийском союзе и в известной мере носит социальный характер.

Несмотря на промакедонские настроения демоса многих греческих государств, к началу третьей войны с Римом (171 г.) Македония оказалась почти изолированной, к ней присоединились только царь Иллирии и часть эпиротов. В Греции продолжалась борьба партий, но римлянам удалось путем демагогии, угроз и репрессий удержать в повиновении все греческие полисы. В 168 г. в единственном крупном сражении при Пидне римские войска под командованием Луция Эмилия Павла полностью разгромили Персея и его союзников, сам он сдался в плен, и македонское царство прекратило существование.

Объявив македонян "свободными" от тирании царской власти, римляне в то же самое время дали им почувствовать иго победителей: Македония была разделена на четыре изолированных округа, жители каждого из них могли покупать недвижимость и вступать в брак только в своем округе. Римляне отняли у македонян право разрабатывать серебряные рудники, вывозить лес, ввозить соль - все это стало монополией Рима. Особенно жестоко римляне расправились с Эпиром, своим бывшим союзником: более 150 тыс. эпиротов были проданы в рабство, большая часть городов была разрушена. В зависимости от заслуг или вины перед римлянами в войне с Персеем (даже нейтралитет считался виной) были пересмотрены границы греческих полисов. За сочувствие Персею Родос был лишен переданных ему Римом после войны с Антиохом III Ликии и Карии; чтобы подорвать его торговое значение, римляне объявили свободным портом Делос. От Ахейского союза римляне начали отбирать один город за другим. Во всех городах сторонники Македонии были подвергнуты наказаниям или отправлены на суд в Рим.

Расправа с Македонией и Эпиром, вмешательство во внутренние дела греческих полисов резко изменили отношение греков к Риму. Социальная и политическая борьба в греческих городах теперь приобрела характер борьбы против римского господства. Даже в Ахейском союзе к власти приходят элементы, враждебные Риму, усиливается политическая роль средних слоев, делаются попытки облегчить положение демоса отсрочкой уплаты долгов. Римское господство в Македонии вызвало массовое восстание населения в 149 г. под руководством Андриска, выдававшего себя за Филиппа, сына Персея. Почти два года восставшие вели упорную борьбу с Римом. Подавив восстание, римляне превратили Македонию в провинцию римского государства.

Вслед за тем было подавлено и антиримское движение в Греции. Воспользовавшись как предлогом междоусобными войнами в Ахейском союзе, Рим предписал отделить от союза Спарту, Коринф, Аргос, Орхомен и Гераклею. По существу, это означало роспуск союза и вызвало возмущение ахеян. Но неподчинение Риму было равносильно объявлению войны, и сенат направил в Грецию стоявшие в Македонии войска. Ахейский союз вступил в неравную борьбу; чтобы усилить свою армию, ахейцы отпустили на волю и зачислили в армию 12 тыс. рабов. Попытки оказать сопротивление римлянам до их вступления в Пелопоннес оказались безуспешными, центром сопротивления стал Коринф. Хотя война ахейцев против римлян вызывала сочувствие демоса в других греческих полисах, выступить на помощь ахейцам никто не решился. Одни ахейцы выдержать борьбу с Римом не могли, Коринф был взят римлянами, разрушен до основания и сожжен, разрушены были и другие ахейские города. Масса населения была порабощена и вывезена в Рим. Все греческие союзы были распущены, власть в полисах передана олигархам, Греция была подчинена властям провинции Македонии.

Замирив Грецию и Македонию, Рим начал наступление на государства Малой Азии. Проникшие туда римские торговцы и ростовщики все более подчиняли внешнюю и внутреннюю политику этих государств интересам Рима. В наиболее тяжелом положении оказался Пергам, где социальная обстановка была столь напряженной, что Аттал III (139-133 гг.), не надеясь на устойчивость существующего режима, завещал свое царство Риму. Но ни этот акт, ни реформа, которую пыталась провести знать после его смерти, не смогли предотвратить народного движения, охватившего всю страну и направленного против римлян и местной знати. Более трех лет (132-129 гг.) восставшие земледельцы, рабы и неполноправное население городов под руководством Аристоника оказывали упорное сопротивление римлянам. После подавления восстания Пергам был превращен в провинцию Азию.

Восстание Аристоника было одним из звеньев прокатившейся по Средиземноморью в конце II в. волны рабских восстаний. Начало им положило 1-е восстание рабов в Сицилии (137-132 гг.); около 130 г. на Делосе вспыхнуло быстро подавленное восстание рабов, привезенных, туда для продажи; к этому же времени относится восстание рабов в Лаврийских рудниках в Аттике, тоже, по-видимому, быстро подавленное. Более длительным было рабское восстание в Лаврийских рудниках в 103/102 г., где работавшие в рудниках скованными рабы перебили стражу, овладели крепостью на Сунии и долгое время опустошали Аттику.

Политическая история эллинистического мира во II-I вв. - это история постепенного подчинения одной страны за другой римскому господству. Предпосылками этого являются, с одной стороны, потребности экономического развития античного общества в целом, в том числе и эллинистических государств, требовавшие установления более тесных и устойчивых экономических связей между Западным и Восточным Средиземноморьем; с другой стороны, противоречия во внешнеполитических взаимоотношениях и внутренняя социально-политическая неустойчивость эллинистических государств, ослаблявшие их сопротивление римской агрессии. Объединение Западного Средиземноморья под властью Рима внесло существенные изменения в традиционные торговые связи Греции с Сипилией и другими греческими колониями на Западе и в упрочившиеся в III в. связи Египта и Сирии с Северной Африкой и Италией. Начался процесс нового перемещения торговых путей и экономических центров, активного проникновения римлян на Восток и приспособления восточных экономических центров к новой ситуации. Военная и экономическая экспансия римлян сопровождалась интенсивным развитием рабовладельческих отношений в Италии и в завоеванных областях: в ходе завоеваний происходило массовое порабощение населения, расширялась торговля рабами и сфера применения рабского труда.

Все эти явления находили отражение во внутренней жизни эллинистических государств. Обостряется борьба в верхах эллинистического общества между слоями преимущественно городской знати, заинтересованной в расширении товарного производства, торговли и рабовладения, и знати, связанной с царским административным аппаратом и храмами, жившей в основном за счет традиционных форм эксплуатации сельского хозяйства. Эта борьба выливалась в дворцовые перевороты, династические войны, городские восстания, выступления народных масс против налогового гнета, злоупотреблений государственного аппарата, ростовщичества и порабощения, перерастая иногда в своего рода гражданские войны, истощавшие экономику и военные силы государства.

Так было в Египте, где длительные и ожесточенные династические войны переплетались с массовыми народными движениями. В державе Селевкидов, также раздираемой династическими войнами, усиливаются сепаратистские движения в сатрапиях; в конце II в. Парфия захватывает Вавилонию, Персию и Мидию, в начале I в. отпадают Иудея (где уже несколько десятилетий шла борьба против господства Селевкидов) и Коммагена; добиваются автономии крупные города (Антиохия, Лаодикея, Апамея и др.). Сократившееся до территории одной только Сирии царство Селевкидов в 83-69 гг. было подчинено царем Армении Тиграном, а в 64 г. до н. э. Помпеи присоединил его к Риму в качестве провинции Сирии.

В I в. до н. э. очагом сопротивления римской экспансии в Малой Азии стало Понтийское государство, которое при Митридате VI Евпаторе превратилось в крупную державу и распространило свою власть почти на все побережье Черного моря. В 89 г. Митридат Евпатор начал войну с Римом, его выступление нашло поддержку среди широких слоев населения Греции и особенно в провинции Азии, где римские публиканы беззастенчиво грабили подвластные им территории. Вражда к Риму была так велика, что по приказу Митридата в один день в Малой Азии было вырезано огромное число римлян и италиков, включая женщин, детей и рабов. Войска Митридата после безуспешной попытки взять Родос высадились в Северной и Средней Греции, и к 88 г. без особого труда заняли почти всю Грецию. В Афинах власть оказалась в руках ставленника Митридата тирана-эпикурейца Аристиона.

Однако успехи Митридата были недолговременны. Направленная в Грецию под командованием Суллы римская армия нанесла поражение понтийскому войску под Херонеей и Орхоменом, после длительной осады Сулла взял и разгромил Афины и Пирей. Последовавшие за тем социальные мероприятия Митридата - кассация долгов, раздел земель, предоставление гражданства метекам и рабам - лишили его поддержки зажиточных слоев граждан. В 85 г. Митридат вынужден был признать себя побежденным и по Дарданскому мирному договору отказался от своих завоеваний в Греции и Малой Азии.

Он еще дважды - в 83-81 и 73-53 гг.- пытался, используя антиримские настроения, приостановить проникновение римлян в Причерноморье и Малую Азию, но расстановка социальных сил и тенденции исторического развития предопределили окончательное поражение понтийского царя.

В начале I в. до н. э. владения Рима вплотную подступили к границам Египта. В 96 г. Киренаика, отделившаяся за два десятилетия до этого от Египта, перешла к Риму. Царство Птолемеев по-прежнему сотрясали династические распри и народные движения. И хотя в римском сенате неоднократно дебатировался вопрос о присоединении Египта, внутреннее и внешнеполитическое положение не позволяло Риму начать открытую войну против этого еще относительно сильного и стратегически труднодоступного государства. Только в 48 г. Цезарь, преследуя Помпея, ввел в Александрию свои войска. Но и он после восьмимесячной упорной войны с египтянами, в первую очередь с александрийцами, ограничился присоединением Египта в качестве союзного царства. Потребовалось еще почти два десятилетия для того, чтобы Александрия, крупнейший центр ремесла, науки и искусства и важнейший торговый порт в Средиземноморье, столица одной из наиболее богатых стран, примирилась с неизбежностью подчинения римскому господству. В 30 г. до н. э. после победы над Антонием Август почти без сопротивления занял Александрию и подчинил Египет.

Эллинистический мир как политическая система был поглощен Римской империей, но элементы социально-экономической структуры, сложившиеся в эллинистическую эпоху, оказали огромное воздействие на дальнейшее развитие Восточного Средиземноморья и в значительной мере определили его специфику. Важнейшим наследием эллинистического мира была созданная им культура, получившая затем широкое распространение на периферии эллинистического мира и оказавшая огромное влияние на развитие римской культуры, и особенно культуры восточных римских провинций.

5. ЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА

Эллинистическая культура не была единообразной на всей территории эллинистического мира. В каждой области она формировалась в результате взаимодействия местных, наиболее устойчивых традиционных элементов культуры с культурой, принесенной завоевателями и переселенцами, греками и негреками. То или иное сочетание этих элементов, те или иные формы синтеза определялись воздействием многих конкретных обстоятельств: соотношением различных этнических групп (местных и пришлых), уровнем их культуры, социальной организацией, условиями экономической жизни, политической обстановкой и т. д., специфическими для данной местности.

И однако эллинистическую культуру можно рассматривать как нечто целое и своеобразное, так как всем ее местным вариантам свойственны некоторые общие черты, обусловленные, с одной стороны, обязательным участием в этом синтезе греческой культуры [+15], с другой - сходными тенденциями социально-экономического и политического развития общества на всей территории эллинистического мира. Развитие городов, товарно-денежных отношений, торговых связей Средиземноморья и Передней Азии во многом определяло формирование материальной и духовной культуры в период эллинизма. Образование эллинистических монархий в сочетании с полисной структурой способствовало возникновению новых правовых отношений, нового социально-психологического облика человека, новых элементов в идеологии. Напряженная политическая обстановка, непрерывные военные конфликты между государствами и социальные движения внутри них также наложили существенный отпечаток на культуру эллинистического общества. В эллинистической культуре более выпукло, чем в классической греческой, выступают различия в содержании и характере культуры эллинизированных верхних слоев общества и городской и сельской бедноты, в среде которой устойчивее сохранялись местные культурные традиции.

Характерной чертой эллинистического времени была большая подвижность населения. Не говоря уже о наемниках, которые постоянно переходили от одного полководца или царя к другому, о моряках и торговцах, поддерживавших регулярные связи между отдаленными частями эллинистического мира, постоянно перемещалась значительная масса людей интеллигентных профессий - артистов, врачей, риторов, поэтов, философов, художников, скульпторов, искусных мастеров и пр.: из Малой Азии, Сирии, Сицилии, Причерноморья и других районов приезжали учиться или работать в Афины, на Родос, в Александрию, в Пергам, переезжали из одного города в другой, иногда так и не возвращаясь на родину [+16]. Поэтому эллинистическая культура - это результат творчества всего эллинистического мира, и нельзя говорить о культуре Греции и Македонии, не касаясь культуры других регионов.

Выше уже говорилось о взаимодействии эллинских и местных элементов материальной культуры, результаты которого прослеживаются в развитии техники ремесленного производства, градостроительства, а также в развитии прикладного искусства. Те же явления наблюдаются и в других сферах художественного творчества, и прежде всего в архитектуре. Архитектура эллинистических полисов продолжала греческие традиции, но наряду с сооружением храмов большое внимание стало уделяться гражданскому строительству - архитектуре театров, гимнасиев, булевтериев, дворцов. Внутреннее и внешнее оформление зданий стало богаче и разнообразнее, широко стали использовать портики и колонны (главным образом ионического и коринфского ордера), колоннадой обрамляли отдельные сооружения, агору, а иногда и главные улицы (портики Антигона Гоната, Аттала на Делосе, на главных улицах Александрии). Цари и города строили и восстанавливали множество храмов греческим и местным божествам. Из-за большого объема работ и недостатка средств строительство растягивалось на десятки лет. Наиболее грандиозными и эффектными считались Сарапеум в Александрии, построенный Пармениском в III в., храм Аполлона в Дидиме возле Милета, строительство которого началось в 300 г., храм Зевса в Афинах (начат в 170 г. по плану архитектора Коссутия) и храм Артемиды в Магнесии на Меандре архитектора Гермогена (начат па рубеже III и II вв.). Одновременно и так же медленно сооружаются, и реставрируются храмы местных божеств - храм Гора в Эдфу, богини Хатхор в Дендера, Хнума в Эсне, Исиды на острове Филы, Эсагила в Вавилоне, храм бога Набу, сына Мардука, в Борсиппе и Уруке. Храмы греческих богов строились по классическим канонам с небольшими отклонениями. В архитектуре храмов восточных богов тоже строго соблюдаются традиции древних египетских и вавилонских зодчих, эллинистическое влияние прослеживается лишь в отдельных деталях и в надписях на стенах храмов.

Спецификой эллинистического периода можно считать появление нового типа общественных зданий - библиотек (в Александрии, Пергаме, Антиохии и других городах), Мусейона (в Александрии) и сооружений научно-практического назначения - Фаросского маяка, Башни ветров в Афинах. Наиболее грандиозным и сложным сооружением, считавшимся одним из семи чудес света, был Фаросский маяк, созданный архитектором и строителем Состратом из Книда. Это была башня, увенчанная статуей бога Посейдона и достигавшая высоты около 120 м, нижняя ее часть, квадратная в сечении и ориентированная по странам света, суживалась кверху, средняя часть была восьмигранной и ориентирована по направлению основных ветров, верхняя часть - типа ротонды, цилиндрическая, была оборудована металлическими зеркалами, внутри ее горел огонь. Фаросский маяк служил одновременно и наблюдательным пунктом, и своего рода метеорологической станцией для мореходства и крепостью (внутри него, по-видимому, располагался гарнизон с запасом провианта и пресной воды). Вероятно, метеорологические функции исполняла восьмиугольная Башня ветров в Афинах с флюгером в виде фигурки тритона на крыше. Кроме того, снаружи на ее стенах находились солнечные часы, а внутри - водяные часы, заменявшие солнечные в плохую погоду.

Раскопки в Пергаме позволили воспроизвести структуру здания библиотеки. Она находилась в центре акрополя на площади возле храма Афины. Фасад здания представлял собой двухэтажный портик с двойным рядом колонн, нижний портик упирался в опорную стену, примыкавшую к крутому склону холма, а на втором этаже позади портика, использовавшегося как своего рода читальный зал, находились четыре закрытых помещения, служивших хранилищем для книг, т. е. папирусных и пергаментных свитков. Крупнейшей библиотекой в древности считалась Александрийская, но ее описания не сохранилось, по-видимому, она примыкала или входила в комплекс Мусейона (Храма муз). По сообщению Страбона (XVII, 1, 8), Мусейон был частью дворцовых сооружений, и, помимо самого храма, ему принадлежал большой дом, где находилась общая столовая для ученых, состоявших при Мусейоне, экседра (крытая галерея с сиденьями для занятий) и место для прогулок.

Сооружение общественных зданий, служивших центрами научной работы, можно рассматривать как признак и как материальное выражение возросшей роли науки и в практической, и в духовной жизни эллинистического общества. Накопленный в предшествующую эпоху объем знаний в греческом и восточном мире и появившаяся возможность объединения этих двух потоков информации породили потребность в классификации имеющегося материала, подведении некоторых итогов. В слабо расчлененном комплексе научных представлений начинается дифференциация, отделяются от философии и зарождаются как особые науки математика, астрономия, ботаника, география, медицина, филология.

Синтезом математических знаний древнего мира можно считать труд Евклида "Элементы" (или "Начала"). Изложенные в нем постулаты и аксиомы и дедуктивный метод доказательств служили в течение веков основой для учебников геометрии. Работы Аполлония из Перги о конических сечениях положили начало тригонометрии. С именем Архимеда Сиракузского связано открытие одного из основных законов гидростатики, начало исчисления бесконечно больших и малых величин, ряд важных положений механики и технических изобретений.

Существовавшие в Вавилонии при храмах центры изучения астрономических явлений и труды вавилонских ученых V - IV в. Кидинну и Сидина, ставшие доступными грекам после походов Александра Македонского, оказали большое влияние на развитие астрономии в эллинистический период. Аристарх из Самоса (310-230 гг.) выдвинул гипотезу, что Земля и планеты вращаются вокруг Солнца по круговым орбитам. Селевк Вавилонский пытался обосновать это положение. Гиппарх из Никеи (146-126 гг.) писал о явлении прецессии равноденствий, установил продолжительность лунного месяца, составил каталог 805 неподвижных звезд с определением их координат и разделил их на три класса по яркости. Однако он отклонил гипотезу Аристарха на том основании, что такие орбиты не соответствуют наблюдаемому движению планет, и его авторитет способствовал утверждению геоцентрической системы в античной науке. Наряду с развитием научных знаний во II в. широкое распространение получила астрология, восходящая к существовавшему в Междуречье культу звезд.

Походы Александра Македонского значительно расширили географические представления греков. Пользуясь накопившимися сведениями, Дикеарх (ок. 300 г.) составил карту мира и вычислил высоту многих гор Греции. Эрастосфен из Кирены (275-200 гг.), необычайно разносторонний ученый, возглавлявший некоторое время Александрийскую библиотеку, исходя из представления о шарообразности Земли, вычислил ее окружность в 252 000 стадий (ок. 39 700 км), что очень близко к действительной (40075,7 км). Он же утверждал, что все моря составляют единый океан и что возможно попасть в Индию, плывя вокруг Африки или на запад от Испании. Его гипотезу поддержал Посидоний из Апамеи (135-51 гг.), ученый широкого профиля, изучавший приливы и отливы Атлантического океана. Посидоний изучал также вулканические и метеорологические явления и выдвинул концепцию о пяти климатических поясах Земли. Во II в. Гиппал открыл муссоны, практическое значение которых показал Евдокс из Кизика, проплыв в Индию через открытое море. Многочисленные, не дошедшие до нас сочинения географов описательного характера послужили источником для сводной работы Страбона "География в 17 книгах", законченной им около 7 г. н. э. и содержащей описание всего известного к тому времени мира от Британии до Индии. Наряду с чисто географическими данными Страбон сообщает много исторических сведений об описываемых им странах и народах.

Заметно продвинулось изучение природы и человека. Феофраст, ученик и преемник Аристотеля в школе перипатетиков, по образцу аристотелевской "Истории животных" создал "Историю растений", в которой систематизировал все накопленные к началу III в. знания в области ботаники, включая сведения, почерпнутые во время походов Александра Македонского. Последующие работы античных ботаников внесли существенные дополнения лишь в изучение лекарственных растений, что было связано с развитием медицины. В области медицинских знаний в эллинистическую эпоху существовали два направления: "догматическое", или "книжное", выдвигавшее задачу умозрительного познания природы человека и скрытых в ней причин недугов, и эмпирическое, ставившее целью изучение и врачевание каждого конкретного заболевания. В изучение анатомии человека большой вклад внес работавший в Александрии Герофил Халкедонский (III в.). Он обнаружил нервы и установил их связь с мозгом, высказал гипотезу, что с мозгом связаны и мыслительные способности человека; он установил также, что по венам и артериям циркулирует кровь, а не воздух, т. е. фактически открыл кровообращение. Очевидно, его выводы основывались на практике рассечения трупов и опыте египетских врачей и мумификаторов. Не меньшей известностью пользовался Эрасистрат с острова Кеоса (III в.): он различал двигательные и чувствительные нервы, изучал анатомию сердца. Оба они умели делать сложные операции и имели свои школы учеников. Гераклид Тарентский и другие врачи-эмпирики большое внимание уделяли изучению лекарств.

Этот далеко не исчерпывающий перечень научных достижений эллинистического времени говорит о том, что наука в целом приобретает значение одной из важнейших форм общественного сознания. Это проявляется и в том, что при дворах эллинистических царей (для повышения их престижа) создаются специальные учреждения, мусейоны и библиотеки, где ученым и поэтам предоставлялись пропитание и необходимые условия для творческой работы. Практика создания мусейонов, по-видимому, восходит к Платоновой Академии, где по словам Диогена Лаэртского (IV, 3, 19), в саду были святилище муз и крытая галерея для прогулок, а ученики жили в хижинах поблизости от святилища. Такую же организацию приобрела и школа перипатетиков - Ликей - при преемнике Аристотеля Феофрасте; как сообщает Диоген Лаэртский (V, 2, 51-53), в завещании Феофраста (умер в 286 г.) предписывалось довершить сооружение (скорее - восстановление) святилища муз и статуй муз, восстановить при святилище портики и в нижнем поместить картины и алтарь. Сад, прогулочное место и все постройки при саде Феофраст завещает названным в завещании ученикам и преемникам с примечательной оговоркой: "И пусть они ничего себе не оттягивают и не присваивают, а располагают всем сообща, словно храмом, и живут между собой по-домашнему дружно, по пристойности и справедливости" (пер. М. Л. Гаспарова). Содержание и Академии, и Ликея обеспечивалось за счет средств руководителя школы, учеников и последователей, а также пожертвований "благодетелей" (часто царей).

Крупнейшим научным центром эллинистического мира были Мусейон и библиотека Александрии, насчитывавшая более полумиллиона книг. Сюда приезжали работать выдающиеся ученые, поэты и художники со всего Средиземноморья. Но материальная и моральная зависимость от царского двора налагала определенный отпечаток на форму и содержание научного и художественного творчества. И не случайно скептик Тимон называл ученых и поэтов александрийского Мусейона "откормленными курами в курятнике". Наиболее отчетливо это проявилось в литературных произведениях.

Литература эллинистической эпохи необычайно обширна по количеству произведений и многообразию жанров: в источниках упоминается более тысячи имен писателей и поэтов (включая науку и философию). Продолжали разрабатываться традиционные жанры - эпос, трагедия, комедия, лирика, риторическая и историческая проза, но появились и новые виды произведений - филологические исследования (например, Зенодота Эфесского о подлинном тексте поэм Гомера и т. п.), словари (первый греческий лексикон составлен Филетом Косским ок. 300 г.), биографии, переложения в стихах научных трактатов, эпистолография я др. Художественная литература эллинистического периода в отличие от греческой литературы V-IV вв. не касается широких общественно-политических и этических проблем своего времени, ее сюжеты ограничиваются интересами, моралью и бытом той или иной узкой социальной группы, к которой принадлежали авторы. Поэтому многие произведения быстро утратили свою общественную и художественную значимость и были забыты, лишь некоторые из них оставили след в истории культуры.

При дворах эллинистических царей процветала пышная, утонченная, полная мифологии и учености, но лишенная искреннего чувства и связи с жизнью придворная поэзия, образцами которой были идиллии и гимны Каллимаха из Кирены (310-245 гг.), Арата из Сод (III в.), эпическая поэма "Аргонавтика" Аполлония Родосского (III в.) и др. Более интимный и жизненный характер имели короткие и выразительные эпиграммы - жанр, которым пользовались все поэты, и особенно широко во II-I вв. Выросшие из посвятительных и надгробных надписей, эпиграммы в эллинистической литературе многообразны по содержанию: в них даются краткая оценка произведений поэтов, художников, зодчих, характеристика отдельных лиц, сентенции по поводу событий, зарисовки бытовых и эротических сценок. Эпиграмма отражала чувства, настроения и размышления поэта - лишь в римскую эпоху она приобрела преимущественно сатирический характер. Наибольшей известностью в конце IV - начале III в. пользовались эпиграммы Асклепиада, Посидиппа, Леонида Тарентского, а во II-I вв. - эпиграммы Антипатра Сидонского, Мелеагра и Филодема из Гадары.

Крупнейшим лирическим поэтом был Феокрит из Сиракуз (род. в 305 г.), живший какое-то время в Александрии и на Косе, автор буколических (пастушеских) идиллий. Этот жанр возник из существовавшего в Сицилии состязания пастухов (буколов) в поочередном исполнении песен или двух- и четырехстиший. В своих буколиках Феокрит создал яркие реалистические описания природы, живые образы пастухов, в других его идиллиях - зарисовки сцен городской жизни, близкие к мимам, но с лирической окраской.

Если эпос, гимны, идиллии и даже в значительной мере эпиграммы удовлетворяли главным образом вкусы привилегированных и высокообразованных слоев эллинистического общества, то мим и комедия в большей степени, чем другие жанры, отражали интересы и вкусы широких слоев населения. Из многочисленных (известно 64 имени) авторов возникшей в конце IV в. до н. э. в Греции "новой комедии", или "комедии нравов", сюжетом которой стала не общественная, а частная жизнь граждан, наибольшей популярностью пользовался Менандр (342-291 гг.), чьи произведения оказали большое влияние на римских комедиографов. Творчество Менандра и постановка его комедий на сцене приходятся на начальный период становления эллинистических государств. Политическая неустойчивость, участившаяся смена олигархических и демократических режимов, бедствия, обусловленные военными действиями на территории Эллады, внезапные разорения одних и обогащения других - все это вносило смятение в сознание граждан, подрывало устои полисной идеологии. Если беднейшая часть граждан и олигархическая верхушка еще сохраняют политическую активность, то средние слои отстраняются от общественной деятельности, замыкаются в узкий круг своих семейных и бытовых интересов. Растет неуверенность в завтрашнем дне, вера в судьбу, в случай. Эти настроения и нашли отражение в "новой комедии".

О популярности Менандра в эллинистическом обществе и позднее, в римскую эпоху, говорит тот факт, что многие его произведения - "Третейский суд", "Самиянка", "Остриженная", "Брюзга", "Щит", "Сикионец", "Ненавистный" и др. - сохранились в папирусах II-IV вв., найденных в периферийных городах и комах Египта и лишь недавно ставших достоянием современной науки. Такая живучесть произведений Менандра обусловлена тем, что он не только выводил в своих комедиях типичные для его времени персонажи, но и выявлял в них индивидуальность, подчеркивал их лучшие черты, утверждал новое, гуманистическое отношение к каждому человеку независимо от его положения в обществе, к женщинам, чужестранцам, рабам.

Мим издавна существовал в Греции наряду с комедией. Часто это была импровизация, которую исполнял на площади или в частном доме во время пира актер (или актриса) без маски, изображая мимикой, жестом и голосом разных действующих лиц. В эллинистическую эпоху мим стал особенно популярен, появились художественные обработки мимов. Однако тексты, кроме принадлежавших Героду, до нас не дошли, а сохранившиеся в папирусах мимы Герода не были предназначены для широкой публики: они намеренно написаны на устаревшем к тому времени эолийском диалекте и тем не менее дают представление о стиле и содержании такого рода произведений. В написанных Геродом сценках изображены сводница, содержатель публичного дома, сапожник, ревнивая госпожа, истязающая своего раба-любовника, и другие персонажи. Колоритна сценка в школе: бедная женщина, жалующаяся, как ей трудно платить за обучение сына, просит учителя нещадно выпороть ее бездельника-сына, занимающегося вместо учебы игрой в кости, что и делает весьма охотно учитель с помощью других учеников. Стиль мима был использован поэтом Сотадом из Маронеи (III в.), сторонником кинической философии, для нападок на литературных противников и царя Птолемея II Филадельфа, за что он был заключен в тюрьму, где и умер.

В комедиях, идиллиях, эпиграммах часто отражаются раздумья над смыслом человеческой жизни, пессимизм, беспомощность человека перед неумолимой судьбой и в то же время - стремление воспользоваться радостями жизни, благами, которые посылает всевластная судьба.

Образы, темы и настроения, свойственные художественной литературе, находят свои параллели в изобразительном искусстве. Продолжает развиваться монументальная скульптура, предназначенная для площадей, храмов, общественных сооружений. Для нее характерны мифологические сюжеты, грандиозность, сложность композиции. Так, Родосский колосс - бронзовая статуя Гелиоса, созданная Харесом из Линда (III в. до н. э.), - достигал высоты 35 м и считался чудом искусства и техники. Изображение битвы богов и гигантов на знаменитом (длиной более 120 м) фризе алтаря Зевса в Пергаме (II в. до н. э.) отличается сложной многофигурной композицией, динамичностью поз, необычайной выразительностью и драматизмом. Складываются родосская и пергамская школы ваятелей, продолжавшие традиции Лисиппа, Скопаса и Праксителя. Шедеврами эллинистической скульптуры считаются статуя богини Тюхе (Судьбы), покровительницы города Антиохии, изваянная родосцем Евтихидом, статуя Афродиты с о. Мелоса (Венера Милосская), автором которой считают Александра, изваянные неизвестными скульпторами Ника с о. Самофракия, Афродита Анадиомена из Кирены, "Умирающий галл" и "Галл, убивающий жену" и др. Подчеркнутый драматизм скульптурных изображений со временем вырождается в холодную театральность, присущую таким скульптурным группам, как "Лаокоон" родосских скульпторов Агесандра, Афинодора и Полидора и "Дирка" - тоже родосцев Аполлония и Тавриска. Широкого распространения и высокого мастерства достигли портретная скульптура (образцами ее являются портреты Александра Македонского работы Лисиппа, статуя Демосфена работы Полиевкта) и портретная живопись (фаюмские портреты). Очевидно, те же настроения и вкусы, которые породили буколическую идиллию Феокрита, эпиграммы, "новую комедию" и мимы, нашли отражение в реалистических скульптурных образах старых рыбаков, пастухов, многочисленных терракотовых фигурках женщин, крестьян, рабов (иногда гротескных), в комедийных персонажах, бытовых сценах, сельском пейзаже, в мозаике и росписи стен.

Если в художественной литературе и изобразительном искусстве отражаются преимущественно те аспекты мировоззрения, которые связаны с частной жизнью и внутренним миром человека, то в исторических и философских сочинениях раскрывается его отношение к обществу, политическим и социальным проблемам своего времени. Сюжетами исторических сочинений обычно служат события недавнего прошлого и современные авторам. По своей форме произведения многих историков стоят на грани художественной литературы: изложение событий искусно драматизируется, используются риторические приемы, рассчитанные на эмоциональное воздействие на широкую аудиторию. В такой манере писали историю Александра Македонского Каллисфен (конец IV в.) и Клитарх Александрийский (середина III в..), историю греков Западного Средиземноморья - Тимей из Тавромепия (середина III в.), историю Греции с 280 по 219 г. - Филарх, сторонник реформ Клеомена (конец III в.). Другое направление историографии придерживалось более строгого и сухого изложения фактов - в этом стиле выдержаны дошедшие во фрагментах история походов Александра, написанная Птолемеем I (после 301г.), история периода борьбы диадохов Гиеронима из Кардии (середина III в.) и др. Крупнейшим историком II в. был Полибий (198-117 гг.), автор "Всеобщей истории" в 40 книгах, посвященной событиям от 221 до 146 г., т. е. периоду, когда Рим превратился в средиземноморскую державу и подчинил Грецию и Македонию. Вслед за Полибием всемирную историю писали Посидоний из Анамеи, Николай Дамасский, Агатархид Книдский, Диодор Сицилийский. Но продолжала разрабатываться и история отдельных государств, изучались хроники и декреты греческих полисов, возрос интерес к истории восточных стран. Уже в начале III в. появились написанные на греческом языке местными жрецами-учеными история фараоновского Египта Манефона и история Вавилонии Бероса, позднее Аполлодор из Артемиты написал историю парфян. Появлялись исторические сочинения и на местных языках ("Книги Маккавеев" - о восстании иудеев против Селевкидов).

На выборе темы и освещении событий авторами, несомненно, отражались политическая борьба, политические и философские теории современной им эпохи, но часто выявить это очень трудно, так как большинство исторических сочинений эллинистического периода дошло до нас в незначительных фрагментах или пересказе поздних авторов. Лишь относительно хорошо сохранившийся труд Полибия позволяет проследить и методы исторического исследования, и некоторые характерные для его времени историко-философские концепции. Полибий, видный политический деятель Ахейского союза, после поражения Македонии в 168 г. был в числе тысячи заложников отправлен в Рим, там сблизился со Сципионом и его окружением, ознакомился с политической идеологией римлян и проникся идеей провиденциальной роли Рима. В своем труде он ставит перед собой задачу объяснить, почему и каким образом весь известный мир оказался под властью римлян. Определяющую роль в истории играет, по его мнению, судьба: это она - Тюхе - насильственно направила в одну сторону события во всем мире и слила историю отдельных стран во всемирную историю, она даровала римлянам мировое владычество. Ее власть проявляется в причинной связи всех событий. Вместе с тем Полибий отводит большую роль и человеку, особенно выдающимся личностям. Он стремится доказать, что римляне создали могущественную державу благодаря совершенству своего государственного строя, сочетавшего в себе элементы монархии, аристократии и демократии, а также благодаря мудрости и моральному превосходству своих политических деятелей. Идеализируя римлян и их государственный строй, Полибий пытается примирить своих сограждан с мыслью о неизбежности подчинения Риму и утраты политической самостоятельности греческих полисов. Появление такого рода концепций говорит о том, что политические воззрения эллинистического общества далеко отошли от полисной идеологии.

Еще более отчетливо этот отход проявляется в философских учениях. Школы Платона и Аристотеля, отражавшие мировоззрение гражданского коллектива классического города-государства, с упадком политического значения полиса теряют свою прежнюю ведущую роль. Одновременно возрастает влияние существовавших уже в IV в. и порожденных кризисом полисной идеологии течений киников и скептиков. Однако наиболее популярны в эллинистическом мире были возникшие на рубеже IV и III вв. учения стоиков и Эпикура, вобравшие в себя основные черты мировоззрения новой эпохи. К школе стоиков, основанной в 302 г. в Афинах Зеноном из Кития на Кипре (около 336-264 гг.), принадлежали многие крупные философы и ученые эллинистического времени - Хрисипп из Сол (III в.), Панетий Родосский (II в.), Посидоний из Апамеи (I в.) и др., люди разной политической ориентации - от советчиков царей (Зенон) до вдохновителей социальных преобразований (Сфер в Спарте, Блоссий в Пергаме). Особое внимание стоики сосредоточивают на этических проблемах и человеке как индивидуальной личности. Их цель - найти морально-философскую опору для человека в условиях кризиса полисных устоев, ослабления связей индивидуума с коллективом граждан, общиной, в условиях непрерывных военных и социальных конфликтов. Если порождаемое этими условиями представление о неустойчивости социального бытия гражданина воплощалось литературой и искусством в образе всесильной судьбы, то стоиками оно осмысляется как зависимость человека от высшей благой силы (логоса, природы, бога), разумно управляющей всем существующим. Человек в их представлении уже не гражданин полиса, а гражданин космоса; для достижения счастья он должен познать закономерность явлений, предопределенных высшей силой, и жить в согласии с природой, что означает жить добродетельно. Основными добродетелями стоики считали разумение (т. е. "знание, что есть зло, что-добро"), мужество, справедливость, здравомыслие и их разновидности - величие души, воздержание, упорство, решительность и добрую волю (Диоген Лаэртский, VII, 1, 92). Согласно их учению, только нравственно-прекрасное есть благо; но вместе с тем благо есть нечто, приносящее пользу. Среди этических категорий стоиков следует также отметить представления о "надлежащем", должном как действии разумном, соответствующем законам природы и общества. Мудрец в изображении стоиков разумен, бесстрастен, беспристрастен, добродетелен, общителен и деятелен. Эклектизм, многозначность основных положений стоиков обеспечивали им популярность в разных слоях (в том числе и в правящих кругах) эллинистического, а затем и римского обществ, допускали (при сохранении некоторых элементов материализма, главным образом в гносеологии) слияние доктрин стоицизма с мистическими верованиями и астрологией.

Философия Эпикура в вопросах онтологии была дальнейшим шагом в развитии материализма Демокрита: принимая его атомистическую теорию строения Вселенной, Эпикур высказал предположение о спонтанном отклонении атомов от прямолинейного движения, выдвинув тем самым проблему сочетания закономерного и случайного. Проблемы онтологии у Эпикура тесно связаны с этическими, центральное место в его философии занимает человек. Свою задачу Эпикур видел в освобождении людей от страха перед смертью и судьбой: он отрицал вмешательство богов в жизнь природы и человека и доказывал материальность души. Признавая существование божеств, он выступал против "ложных домыслов толпы" о богах. Так как согласно его концепции заботы и деятельность несовместимы с состоянием блаженства, бог как "существо блаженное и бессмертное ни само забот не имеет, ни другим не доставляет, а поэтому не подвержено ни гневу, ни благоволению" (Диоген Лаэртский, X, 1, 139). Душа, как и тело, состоит из атомов, но только более тонких, и именно она является главной причиной ощущений, пока замкнута в оболочке тела; когда оболочка разрушается, атомы души рассеиваются, ощущения исчезают. А так как для человека хорошее и плохое заключается в ощущении, а смерть - лишение ощущений, то самое страшное из зол - смерть - не должно пугать человека, ибо "когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет" (Там же, Х, 1, 125). Поэтому мудрый человек в изображении эпикурейцев "о богах мыслит благочестиво", но свободен от страха смерти и "смеется над судьбою, кем-то именуемой владычицей всего" (Там же, X, 1, 133). Для него, как и для стоического мудреца, характерна прежде всего разумность, но в отличие от стоика эпикуреец доступен страстям, чувствам боли, горя, жалости, он воздерживается от государственных дел, не станет тираном, киником, не будет нищенствовать. Счастье человека Эпикур видел в "наслаждении", т. е. в обретении спокойствия, невозмутимости (атараксии), которой можно достигнуть только путем познания и самоусовершенствования, избегая страстей и страданий и воздерживаясь от активной деятельности. В приводимых Диогеном Лаэртским "Посланиях" и "Главных мыслях" Эпикура (в подлинности которых исследователи сомневаются) неоднократно говорится о "безопасности от людей", о ценности дружбы, что, по-видимому, отражает социально-психологический климат его времени.

Скептики, постепенно сблизившиеся с последователями платоновской Академии (так называемая Средняя Академия), направили свою критику главным образом против гносеологии Эпикура и стоиков. Они также отождествляли счастье с понятием "атараксия", но толковали его как осознание невозможности познать мир (Тимон Скептик, III в.), что означало отказ от познания окружающей их действительности, от решения вопросов, поставленных жизнью.

Учения стоиков, Эпикура, скептиков, хотя и отражали некоторые общие черты мировоззрения своей эпохи, были рассчитаны на наиболее культурные и привилегированные круги. В отличие от них киники выступали перед толпой на улицах, площадях, в портах, доказывая неразумность существующих порядков и прославляя бедность не только на словах, но и своим образом жизни. Наиболее известными из киников эллинистического времени были Кратет из Фив (ок. 365-285 гг.) и Бион Борисфенит (III в.). Кратет, происходивший из богатой фиванской семьи, увлекшись цинизмом, отпустил рабов, раздал имущество и, подобно Диогену, стал вести жизнь философа-нищего. Резко выступая против своих философских противников, Кратет проповедовал умеренный кинизм и был известен своим человеколюбием. Характерны строки из не дошедшей до нас трагедии Кратета: "Мне родина - не крепость и не дом, мне вся земля - обитель и приют, в котором - все, что нужно, чтобы жить" (Диоген Лаэртский, VI, 7, 98, пер. М. Я. Гаспарова).

Биография Биона показательна для приверженцев кинизма. Он родился в Северном Причерноморье в семье отпущенника и гетеры, в юности был продан в рабство; получив после смерти хозяина свободу и наследство, приехал в Афины и примкнул к школе киников. С именем Биона связано появление диатриб - речей-бесед, наполненных едкой полемикой с противниками и острой критикой общепринятых взглядов. Однако дальше критики богачей и правителей киники не шли, достижение счастья они видели в отказе от потребностей и желаний, в "нищенской суме" и противопоставляли -философа-нищего не только царям, но и "неразумной толпе".

Элемент социального протеста, звучавший в философии киников, нашел свое выражение и в возникшей в эллинистическую эпоху социальной утопии. Евгемер (конец IV - начало III в.) в фантастическом рассказе об острове Панхее и Ямбул (III в. до н. э.) в описании путешествия па острова Солнца создали идеал общества, свободного от рабства, социальных пороков и конфликтов. К сожалению, их произведения дошли только в пересказе Диодора Сицилийского. Согласно Ямбулу, на островах Солнца среди экзотической природы живут люди высокой духовной культуры, у них нет ни царей, ни жрецов, ни семьи, ни собственности, ни разделения на профессии. Счастливые, они трудятся все совместно, попеременно выполняя общественные работы. Евгемер в "Священной хронике" также описывает счастливую жизнь на затерянном в Индийском океане острове, где нет частного владения землей; люди у него делятся по роду занятий на жрецов и людей умственного труда, земледельцев, пастухов и воинов. На острове есть "священная запись" на золотой колонне о деяниях Урана, Кроноса и Зевса, устроителей жизни островитян. Излагая ее содержание, Евгемер дает свое объяснение происхождения религии: боги - это существовавшие некогда выдающиеся люди, устроители общественной жизни, объявившие себя богами и учредившие свой культ. Появление такой гипотезы перекликается с распространением царского культа в эллинистических государствах.

Если эллинистическая философия была результатом творчества привилегированных, глубоко эллинизированных слоев общества и в ней трудно проследить влияние восточных элементов, то эллинистическую религию создавали самые широкие слои населения, и наиболее характерной ее чертой является синкретизм, в котором восточное наследие играет огромную роль.

Боги греческого пантеона отождествлялись с древними восточными божествами, приобретали новые черты, менялись формы их почитания. Некоторые восточные культы (Исиды, Кибелы и др.) почти в неизменной форме воспринимались греками. До уровня главных божеств выросло значение богини судьбы Тюхе, покровительницы города Антиохии, столицы царства Селевкидов. Специфическим порождением эллинистической эпохи был культ Сараписа, божества, обязанного своим появлением религиозной политике Птолемеев. По-видимому, сама жизнь Александрии с ее многоязычным, с разными обычаями, верованиями и традициями населением подсказала Птолемею I мысль о создании нового религиозного культа, который мог бы идеологически объединить это пестрое в этническом отношении общество. Атмосфера духовной жизни того времени требовала мистического оформления такого акта. Источники сообщают о явлении Птолемею во сне неизвестного божества, об истолковании этого сна жрецами, о перенесении из Синопы в Александрию статуи божества в виде бородатого юноши и о провозглашении его Сараписом, богом, объединившим в себе черты мемфисского Осириса - Аписа и греческих богов Зевса, Гадеса и Асклепия. Главными помощниками Птолемея I в формировании культа Сараписа были афинянин Тимофей, жрец из Элевсина, и египтянин Манефон, жрец из Гелиополя. Очевидно, они сумели придать новому культу форму и содержание, отвечавшее духовным запросам своего времени, так как почитание Сараписа сравнительно быстро распространилось в Египте, а затем Сарапис и Исида стали популярнейшими эллинистическими божествами, культ которых просуществовал до победы христианства.

При сохранении в разных регионах эллинистического мира местных различий в пантеоне и формах культа постепенно получают все более широкое распространение некоторые универсальные божества, объединяющие в себе сходные функции наиболее почитаемых богов разных народов. Одним из главных культов становится культ Зевса Гипсиста (Высочайшего, Сущего над всем), отождествлявшегося с финикийским Ваалом, египетским Амоном, вавилонским Белом, иудейским Яхве и многими другими главными божествами того или иного района (например, Зевс Долихен в Малой Азии). Его многочисленные эпитеты - Пантократор (Всемогущий), Сотер (Спаситель), Гелиос (Солнце) и т. п. - свидетельствуют о необычайном расширении его функций. Другим соперничающим с Зевсом по распространенности был культ Диониса с его мистериями, сближавшими его с культом египетского Осириса, малоазийских Сабазия и Адониса. Из женских божеств главными и почти повсеместно почитаемыми божествами стали египетская Исида, "богиня с мириадом имен", воплотившая в себе многих греческих и азиатских богинь, и малоазийская Мать богов в ее многочисленных ипостасях. Сложившиеся на востоке синкретические культы проникали в полисы Малой Азии, Греции, Македонии, а затем и в Западное Средиземноморье.

Эллинистические цари, используя древневосточные традиции, усиленно насаждали царский культ. Это явление было порождено политическими потребностями вновь формировавшихся государств. Царский культ, по существу, представлял собой одну из форм новой эллинистической идеологии, в которой слились древневосточные представления о божественности царской власти, греческий культ героев и ойкистов (основателей городов) и философские теории IV-III вв. о сущности государственной власти. Царский культ воплощал в себе идею единства нового эллинистического государства, освящал религиозными обрядами авторитет политической власти царя. Царский культ, как и многие другие политические институты эллинистического мира, был унаследован и получил дальнейшее развитие в Римской империи.

С упадком эллинистических государств и началом римской агрессии, сопровождавшимися обострением социальных противоречий, обнищанием населения, массовыми порабощениями военнопленных, происходят заметные изменения и в структуре эллинистической культуры. На протяжении всей эпохи эллинизма продолжали создаваться произведения на местных языках, сохранявшие традиционные формы (религиозные гимны, заупокойные и магические тексты, поучения, пророчества, хроники, сказки), но отражавшие в той или иной мере черты эллинистического мировоззрения. Но с конца III в. до н. э. их значение в эллинистической культуре возрастает. Глубоким пессимизмом проникнута одна из библейских книг - "Экклезиаст", - созданная в конце III в. Богатство, мудрость, труд - все суета сует, утверждает автор.

Рационалистическое мировоззрение все более отступает перед религией и мистицизмом; широко распространяются мистерии, магия, астрология, но в то же время нарастают и элементы социального протеста - приобретают особую популярность социальные утопии и пророчества. В папирусах сохранилось много магических формул, с помощью которых люди надеялись заставить богов или демонов изменить их судьбу, излечить от болезней, уничтожить врага и пр. Посвящение в мистерии рассматривалось как возможность непосредственного общения с богом и освобождения от власти судьбы.

Социальная утопия получает свое материальное, так сказать, воплощение в появившихся во II-I вв. иудейских сектах ессеев в Палестине и терапевтов в Египте, в которых религиозная оппозиция иудейскому жречеству соединялась с утверждением иных форм социально-экономического существования. По описаниям древних авторов - Плиния Старшего, Филона Александрийского, Иосифа Флавия, члены сект жили общинами, коллективно владели имуществом и совместно трудились, производя только то, что было необходимо для их потребления. Вступление в общину было добровольным, внутренняя жизнь, управление общиной и религиозные обряды строго регламентировались, соблюдалась субординация между младшими и старшими по возрасту и времени вступления в общину; некоторые общины предписывали воздержание от брака. Ессеи отвергали рабство, для их этических и религиозных взглядов характерны мессианско-эсхатологические идеи, противопоставление членов общины окружающему "миру зла".

Открытие в конце 1940-х годов кумранских текстов и археологические исследования дали бесспорные свидетельства о существовании в Иудейской пустыне религиозных общин, близких ессеям по своим религиозным, моральным и социальным принципам организации. Изучение кумранских текстов позволило установить, что община существовала с середины II в. до н. э. В ее "библиотеке" был обнаружен наряду с библейскими текстами ряд апокрифических произведений и, что особенно важно, ряд текстов, созданных внутри общины, - уставы, гимны, комментарии на библейские тексты, тексты апокалиптического и мессианского содержания, дающие представление об идеологии кумранской общины и ее внутренней организации. Сопоставление их с раннехристианскими и апокрифическими сочинениями позволяет проследить сходство в идеологических представлениях и в принципах организации кумранской и раннехристианской общин. По мнению исследователей, ессеи-кумраниты были лишь предшественниками нового идеологического течения - христианства, возникшего уже в рамках Римской империи и превратившегося со временем в универсальную религию.

Процесс подчинения Римом эллинистических государств, сопровождавшийся распространением на страны Восточного Средиземноморья римских форм политической и социально-экономической жизни, имел и обратную сторону - проникновение в Рим эллинистической культуры, идеологии и элементов социально-политической структуры. Вывоз в качестве военной добычи предметов искусства, библиотек (например, библиотеки Персея, вывезенной Эмилием Павлом), образованных рабов и заложников оказал огромное влияние на развитие римской культуры. Переработка Плавтом и Теренцием сюжетов Менандра и других авторов "новой комедии", расцвет на римской почве учений стоиков, эпикурейцев и других философских школ, проникновение в Рим восточных культов - это лишь наиболее очевидные среды влияния эллинистической культуры.

* * *

Эллинистическая культура была одним из важнейших достижений эллинизма, унаследованных и освоенных Римской империей. Но не менее существенное наследие эллинистический мир оставил и в области социально-экономических и политических отношений.

Прежде всего, в эпоху эллинизма был сделан новый шаг в развитии производительных сил: были освоены новые площади пахотных земель, расширены и усовершенствованы ирригационные системы, стала более интенсивной разработка полезных ископаемых; заметен прогресс в ряде oтраслей ремесленного производства, особенно в области строительной техники и изготовления предметов роскоши. Возник ряд новых городов, крупных торгово-ремесленных центров, не только переживших эпоху эллинизма, но и существующих до сих пор, например Александрия в Египте, Лаодикея (Латакия) в Сирии, Фессалоникия (Салоники) в Греции и др. Более интенсивными стали торговля и мореходство, появились новые и стали более налаженными старые торговые морские и караванные пути. Отчетливо проявляется тенденция унификации монетной системы в рамках того или иного региона.

В эллинистическую эпоху возник новый тип государства - эллинистические царства, соединяющие в себе черты восточной деспотии (со свойственными ей неограниченной властью над сельским населением и верховной собственностью на большую часть земель, природных богатств и промыслов) с полисной организацией городов. Однако эллинистический полис во многом уже отличается от классического греческого полиса. Прежние принципы полисного устройства - элевтерия (свобода, политическая независимость), автономия (самоуправление), автаркия (экономическая независимость) претерпели значительные изменения и в старых полисах, и во вновь основанных эллинистическими правителями. Полисы, входившие в состав эллинистических государств, утратили свою политическую и экономическую независимость, должны были подчиняться законам, издаваемым главой государства. Полисные органы самоуправления - народное собрание, совет, должностные лица - были ограничены в своей самостоятельности, так как должны были согласовывать свою деятельность с представителем царской администрации. По своему положению и социально-политической роли эллинистический полис стоит между классическим греческим полисом и римским муниципием.

В период эллинизма происходят существенные изменения в этнической и социальной стратификации населения: теряют свое прежнее значение этнические различия между греками и даже между греками и македонянами, так как по отношению к завоеванным народам Передней Азии и Северо-Восточной Африки все они были "эллинами", отличающимися по языку и культуре от местного населения. Но с течением времени, как уже говорилось, этническое обозначение "эллин" приобретает и социальное содержание: к "эллинам" относятся те слои населения, которые по своему социальному положению имеют возможность получить образование по греческому образцу и вести соответствующий образ жизни независимо от их этнического происхождения.

Этот социально-этнический процесс нашел свое отражение в выработке и распространении единого греческого языка, так называемого "койнэ", ставшего языком эллинистической литературы, официальным языком всех эллинистических государств, а позднее наряду с латынью - официальным языком восточной половины Римской империи.

Все отмеченные выше изменения в экономической, социальной и политической сферах сопровождались шедшей одновременно с ними перестройкой социально-психологического облика человека эллинистической эпохи. Ослабление связей внутри гражданского коллектива полисов, общинных связей в сельских поселениях способствовало росту индивидуализма. Полис уже не мог гарантировать свободу и материальное благополучие гражданина, большое значение приобретали личные связи с представителями царской администрации, покровительство власть имущих. Постепенно, от одного поколения к другому идет психологическая перестройка и гражданин полиса превращается в подданного царя не только по формальному положению, но и по политическим убеждениям. Тот же процесс, но несколько позднее можно проследить и в Римской империи.

Примечание

[+14] Гиерон II был провозглашен царем Сиракуз после победы над мамертинцами в 269 г. Благодаря его осторожной и гибкой политике в отношениях с Римом Сиракузское царство просуществовало до 215 г. до н. э.

[+15] По существу, подавляющее большинство известных в настоящее время письменных памятников и в значительной мере памятников искусства эллинистического времени отражают культуру грекоязычного или знающего греческий язык населения, получившего образование по греческому образцу.

[+16] Например, Феокрит родился в Сицилии, некоторое время жил и работал в Александрии, затем на Косе; Аполлоний Родосский работал сначала на Родосе, потом в Александрии; Зенон приехал в Афины из Кития на Кипре; Сфер из Борисфена приехал учиться в Афины, затем жил в Александрии, Спарте и снова в Александрии.

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top