Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа

А.П. Новосельцев

4. Падение Хазарского каганата (окончание)

Попытаюсь дать в соответствии с наличными источниками свое понимание этого исторического события.

Думается, что вначале главной целью Святослава было отнятие у хазар страны вятичей - единственной славянской земли, еще платившей дань каганату. Поход 964 г., очевидно, был просто политическим зондажем в этой стороне и вопреки мнению некоторых исследователей [656] к присоединению земли вятичей к Киеву не привел. Но совершенно необоснованна точка зрения о завоевании и опустошении Святославом Среднего Поволжья, прежде всего Волжской Булгарии. Во-первых, на это нет никаких указаний ПВЛ, согласно которой в 965 г. Святослав взял Саркел и воевал в Северо-Западном Предкавказье, а в 966 г. покорил землю вятичей. Во-вторых, Волжская Булгария в X в. не была союзником Хазарии. События 921/922 г., связанные с посольством Ибн Фадлана, красноречиво свидетельствуют, наоборот, о враждебных отношениях между Булгарией и Хазарией, которые вряд ли изменились к 60-м годам. Волжская Булгария, правители которой приняли ислам, ориентировалась прежде всего на мусульманскую Среднюю Азию. В-третьих, никаких следов погрома Булгара этого времени археологически не обнаружено. Можно с полной уверенностью сказать, что Ибн Хаукаль спутал Волжскую и Дунайскую Болгарии и у него идет речь о войнах Святослава на Балканах, о которых в мусульманских странах, несомненно, знали.

Важнее указания Ибн Мискавейха и Ибн ал-Асира о нападении на хазар в 965 г. каких-то турок. Это не печенеги, которые, по византийским и русским источникам, были враждебны Киеву., К тому же о нападении на хазар с запада печенегов указанные арабские историки вряд ли могли знать. Ряд ученых давно предположили, что речь идет об огузах (узах), и, думаю, это правильно. Огузские племена в 80-90-е годы IX в. вытеснили с левобережья Волги основную массу родственных им печенегов. Тогда огузы выступали как союзники хазар, но затем положение изменилось, и, став у пределов Хазарии, огузы уже в 30-40-е годы Х в. могли нападать на хазар [657]. В Х в. огузские племена занимали обширную территорию, но большинство их кочевало в степях у Аральского и Каспийского морей. В частности, их кочевья находились в непосредственной близости от Гурганджа (Джур - Джании - Ургенча), главного города Северного Хорезма. На западе огузы достигали Волги и граничили с, хазарами и подвластными Хазарии буртасами [658]. К сожалению, в нашем распоряжении почти нет известий о политической истории Хорезма до конца Х в. Ибн Фадлан провел в Гургандже "много дней" [659], но ничего конкретного о взаимоотношениях Хорезма с гузами не cooбщaeт.

Огузско-хазарские отношения того времени выглядят противоречиво. В период прохождения посольства халфа через страну огузов у хазар были огузские пленные и огузские вожди явно опасались осложнений отношений с хазарами. Очевидно, перед этим имели место хазаро-огузские столкновения, окончившиеся для огузов неудачно. Из сведений Константина Багрянородного можно заключить, что такие войны были довольно частыми, а потому нет ничего удивительного, что в то время, когда Святослав в 965-966 гг. громил западные владения Хазарии, огузы напали на хазар с востока. И это зафиксировали летописцы Халифата, вообще-то уделявшие мало внимания политическим отношениям даже Саманидов с их северными соседями.

Однако если огузо-хазарскую войну, вернее, ее начало надо датировать 965 г., то события, изложенные далее Ибн Мискавейхом и Ибн ал-Асиром (т. е. обращения хазар к Хорезму), скорее всего, относятся к более позднему времени.

Святослав, закрепившись в Тмутаракани, что было ему необходимо из-за балканских планов, и освободив вятичей от хазарской дани, всю энергию обратил на реализацию своей балканской политики и увел с собой не только дружину, но и, как это практиковалось, ополчения подвластных славянских "племен". На этом этапе (967-968 гг.) Святослав первоначально воевал с болгарами как союзник Византии, хотя его отношения с империей и в это время не были стабильными. Империя была заинтересована в русском князе и платила ему за это "дань" [660]. В конце концов Святослав заключил мир с Болгарией, и в это время печенеги напали на Киев, где почти без войска находилась престарелая Ольга с внуками [661]. В историографии преобладает мнение, что печенегов направил на Киев византийский император [662].

Это вполне допустимо, но столь же возможно предположить, что печенегов к нападению на беззащитный Киев подтолкнули хазары или хазары и византийцы вместе. Ведь ситуация давно изменилась, старые враги печенегов - узы стали недругами и хазар, и недавнее поражение в войне со Святославом должно было побуждать хазар к реваншу, который они, ведя борьбу с гузами, своими силами осуществить не могли. Если принять этот вариант, то становятся яснее и многие аспекты рассказа Ибн Хаукаля.

ПВЛ сообщает, что печенеги пришли на Русь [663], когда Святослав пребывал в Переяславце на Дунае. Киев, обложенный кочевниками, находился в критическом положении и был спасен воеводой Претичем с левого берега Днепра (скорее всего, из Чернигова). Претич выдал себя за начальника передового отряда Святослава и сумел заставить печенегов несколько отступить от города. Лишь спешное возвращение князя окончательно спасло Киев. Святослав привел дружину, а затем на месте "собра вой", т. е. ополченцев из окрестных земель, "прогна печенеги в поли, и бысть мир" [664]. Все это происходило, по летописи, в 968 г. Весь 969 г. князь оставался в Киеве. ПВЛ объясняет это болезнью Ольги, которая чувствуя приближение кончины, просила сына повременить с отъездом на Дунай. И лишь похоронив мать и разместив сыновей по городам, Святослав в 970 г. (не раньше) [665] отправился на вторую Балканскую войну. Следовательно, в период событий, упоминаемых Ибн Хаукалем, князь был на родине. Сам он, очевидно, действительно не покидал "мать городов русских", но это не могло помешать ему послать отряды против хазар, с которыми надо было покончить, прежде чем опять уйти в далекий поход за Дунай.

То, что поход 968/969 гг. на хазар - реальность, достаточно хорошо обосновала Т. М. Калинина. Мне кажется, его достоверность косвенно подтверждает сообщение младшего современника событий - ал-Мукаддаси, когда он пишет, что русы - войско из Рума, т. е. Византии. Не означает ли это, что речь шла о русах, только что вернувшихся из византийских владений? То, что до этого упоминается поход Ма'муна, т. е. событие более позднее, удивлять не должно, так как само описание Хазарии, откуда взят этот отрывок, у ал-Мукаддаси составлено отнюдь не в хронологическом порядке, но скорее с нарушением последнего.

Поход 358 г. х. совершался по традиционным путям походов русов морем на восток, скорее всего мимо теперь русского Саркела через Переволоку на Волгу. Здесь он вполне мог затронуть и страну буртасов, подвластную хазарам, но основной целью стали обе хазарские столицы - новая Атиль и старая Самандар. Цель эта была достигнута, хазарские города взяты и разграблены, а их население в панике бежало буквально в разные стороны - от дагестанского побережья и областей Хорезма или прилегающих к нему до южного побережья Каспийского моря. Но вот последующие события источниками освещены смутно, и в них надо попытаться разобраться.

Несомненно, русы действовали не в одиночку. По-видимому, них были какие-то контакты с гузами. Именно в это время гузы перешли Волгу [666] и вскоре под именем торков появились по соседству с Киевом. В 80-е годы Х в. торки выступили в качестве союзников Владимира против булгар [667], по-видимому приазовских (черных).

Но события 945 г., а может быть, и более ранние показывают, что у русов были налажены контакты с некоторыми правителями Северного Кавказа. В пользу этого говорят факты междоусобиц в Дагестане в первые два десятилетия Х в. и, наконец, участие алан и лакзов в походе 944-945 гг.

После разгрома 968/969 гг. хазарам ничего другого не оставалось, как просить о поддержке тех самых мусульман, с которыми Хазария боролась буквально столетия. В ответ, естественно, последовало предложение оставить иудаизм и принять ислам. Поставленное в безвыходное положение окружение царя вынуждено было согласиться, хотя сам царь, кажется, сначала отказался, но, судя по сообщению Ибн ал-Асира, уже после похода Ма'муна также принял ислам.

Все эти события происходили на протяжении 70-х - начала 80-х годов Х в. В них много остается неясным. Во-первых, какова роль русов после разорения ими Атиля и Самандара? Из сведений Ибн Хаукаля получается, что какие-то русы пребывали в Хазарии еще в начале 80-х годов, так как ширван-шах Мухаммед б. Ахмад воцарился в 371 г. х. (981/982 гг.). Географ именует его "могущественным", и действительно этот правитель начал свою деятельность с больших политических успехов (в масштабах Кавказа). В 982 г. он овладел столицей Аррана Берда'а, до этого в 981 г. захватил г. Кабала, а позже, в 988 г., временно даже закрепился в Дербенте [668]. Примечательно, что как раз за год до этого, в 987 г., эмир Дербента Маймун в борьбе с городской знатью "искал помощи" у русов и они прибыли в Дербент на 18 судах [669]. Откуда прибыли? Вероятно, из устья Волги, обычным для русских судов маршрутом.

Известно, что в год, когда русы захватили Атиль и Самандар (358 г. х.), в Дагестане происходили бурные события, в которых активную роль играл дейлёмитский правитель (Южного) Азербайджана Ибрагим б. Марзубан (960-983 гг.), сын того самого Марзубана б. Мухаммеда, что воевал с русами в Закавказье в 945 г. В 968/969 гг. Ибрагим занял Ширван и приказал эмиру Дербента Ахмаду прибыть к нему, т. е. подчиниться. Однако Ахмад, по смутному выражению хроники, "не ответил и не явился" [670]. Попытка Ибрагима продвинуться на север к Маскату не удалась из-за сопротивления жителей. Эмир действовал в союзе с сарирцами, но затем "народ Баба" перебил сарирцев, и это вызвало войну мусульман с сарирцами, закончившуюся страшным поражением мусульман у самого Дербента в 971 г. [671]

Время было смутное, народ или мусульмане Дербента предводительствовались городскими раисами [672], которые боролись против тех дербентских правителей, которые ориентировались на союз с мусульманскими властителями Восточного Закавказья и Дейлема. Упомянутый Ахмад пытался лавировать между мусульманами, на стороне которых симпатии составителя дербентской хроники, и какой-то частью дербентцев, которая ориентировалась на неверных - ас-Сарир, Шандан и др. Скорее всего, с последними контактировали и русы. Сыном Ахмада был эмир Маймун, который прямо призвал русов на помощь в борьбе с раисами.

Эта борьба - особая тема. В данном случае важно установить. что русы и в 80-е годы Х в. были в таком месте, откуда они могли на судах быстро и легко достигнуть Дербента. Сделать это было бы невозможно, если бы устье Волги не находилось под их контролем. А об этом свидетельствует и Ибн Хаукаль. Отмечу и еще одну немаловажную деталь. По данным дербентской хроники, русы появляются в Дербенте в 80-х годах Х в. (987/989 гг.) [673] и позже, в 20-х годах XI в. [674] В промеждутке же между этими датами о русах в Дербенте сведений нет. Ширван-шах Мухаммед б. Ахмад правил с 371 по 381 г. х. (981-991 гг.) [675], но его активность в районе хазарских владений закончилась где-то в 989/990 гг., т. е. совпадает с последними известиями о русах в Дербенте. Так что не совсем ясные из сообщения Ибн Хаукаля сведениия о помощи этого ширван-шаха хазарам, утесненным русами, скорее всего, приходятся также на 981-989 гг., когда ширван-шах активно вмешивался в дела Дагестана. А так как Ибн Хаукаль мог знать лишь о событиях начала 980-х годов, то логично отнести его сведения к этой дате.

Вероятно, надежды хазар на ширван-шаха не оправдались и тогда они обратились к правителю Гурганджа.

Смущает длительность пребывания русов в Хазарии после похода 358 г. х. Ведь получается, что они находились в хазарских городах все 70-е и 80-е годы Х в.! Если считать этих русов варяжской вольницей, это понятно. Скандинавские викинги часто вообще покидали родину и обосновывались в чужих землях навсегда (Нормандия, Сицилия и т. д.). Если же русы эти были воинами киевского князя, то как объяснить их столь длительное пребывание на чужбине в годы, когда сначала все силы были нужны для тяжелой войны с империей на Балканах, а затем для борьбы сыновей Святослава за власть, и даже после этого, в период единодержавия Владимира? Вопрос очень трудный, но ответить на него надо.

Мне кажется, необходимо учитывать два обстоятельства. Во-первых, характер известий ПВЛ о IX-Х вв. Цель хрониста - показать историю правящей династии с 882 г., киевских князей прежде всего. События в подвластных Киеву областях почти не затрагиваются, исключая такие экстравагантные факты, как убийство Игоря в земле древлян. Но и оно связано с судьбой киевского князя. А между тем во всех подвластных Киеву землях текла своя жизнь, полная событий, оставшихся нам неизвестными. И когда случайно появляются дополнительные, чужеземные материалы, мы часто становимся в тупик.

Во-вторых, и это главное, надо учитывать сам уровень Древнерусского государства Х в. В нашей историографии его и завышают (Б. А. Рыбаков), и занижают (И. Я. Фроянов). Между тем Русь той поры - типичное варварское государство [676], в котором еще были сильны и нерушимы общинные связи. Над этой совокупностью общин возвышалась столь же типичная надстройка в лице князя и его дружины, формировавшейся, употребляя древнерусский термин, из изгоев разных стран и племен. Что бы ни писали "антинорманисты", состав древнерусской верхушки, перечисленной в договорах Олега и Игоря с греками, в основном не славянский, как неславянские и имена первых князей. При Святославе ситуация менялась, но еще не изменилась. Сам князь уже носит славянское имя, но его ближайшие советники - Свенельд и Асмуд имеют скандинавские имена. Скандинавская по происхождению династия не могла быстро оторваться от своих истоков. Она, конечно, должна была выражать и интересы славянской знати, прежде всего киевской, но слилась с ней, по-видимому, лишь на протяжении второй половины Х в. Организуя большие заморские походы, киевские князья, естественно, привлекалн на службу те же варяжские отряды, да и местные дружины в ту пору жили войной и полюдьем. Поэтому их могли оставлять в завоеванных областях, где они держались какое-то, зависящее уже от конкретных условий, время. Так могло быть и в Хазарии, где к тому же русы действовали в союзе с такими варварскими же образованиями, как ас-Сарир, Алания и т. д.

Поэтому вполне можно допустить, что после похода 968/969 гг. в хазарских городах Атиле и Самандаре какое-то время пребывали русы. В каких отношениях находились они с метрополией, Киевом, можно только гадать, но такие отношения должны были существовать. Ушли оттуда русы, по-видимому, где-то после 989/990 гг., и, как представляется, это связано именно с вмешательством Хорезма, о котором упоминают арабские источники.

О Хорезме той поры сведений мало. Мы даже не знаем, когда в Гургандже стал эмиром Ма'мун, который в 995 г. подчинил себе и Южный Хорезм. Вмешательство его в дела Хазарии имело место раньше, до этой даты. Ал-Мукаддаси, который и упоминает поход Ма'муна, не указывает, с кем он воевал. Ибн Мискавейх и Ибн ал-Асир излагают события так, что вполне можно предположить, что между нападением турок на хазар в 965 г. и изгнанием их из Хазарии прошло какое-то время. К тому же только более поздний Ибн ал-Асир прямо указывает, что хорезмийцы изгоняли именно турок. Так что вполне возможно, что Ма'мун освобождал Хазарию от русов пли от русов и турок (огузов) вместе.

Интересно и другое - упоминание у хазар в период их пребывания в изгнании (на Мангышлаке?) царя, который, очевидно, бежал со своим двором и приближенными из Атиля и до оказания ему помощи хорезмийцами находился вне пределов своего государства, а затем (вероятно, вернувшись в Атиль) принял ислам, что его окружение сделало раньше.

Это говорит о том, что утвердившийся в историографии тезис об уничтожении хазарской государственности в 60-е годы Х в. неточен. Уже из рассмотренного материала можно заключить, что Хазарское государство существовало еще в 90-е годы Х в., хотя мы не можем ничего конкретного сказать ни о его территории, ни о каких-либо событиях, с ним связанных, кроме упомянутых выше. Во всяком случае, походы русов в пределы Дагестана и Ширвана в 1025-1034 гг., несомненно связанные с деятельностью тмутараканского князя Мстислава Владимировича, как видно из дербентской хроники, скорее всего, шли через аланскую территорию, так как аланы были постоянными союзниками русов в этих походах [677]. Никакого упоминания хазар в связи с этими событиями в источниках нет, так что можно предположить, что древние владения Хазарии в Северном Дагестане, в том числе и старая столица Самандар, к Хазарии уже не вернулись. Хазары Подонья (Саркела) и Тмутаракани попали под власть Руси, и упоминания о них в русских летописях [678] не позволяют уловить какую-либо их связь с Нижней Волгой, где, по-видимому, и доживал свои сроки Хазарский каганат.

Когда он прекратил существование, мы сказать не можем. В экстрактах дербентской хроники у Мюнаджим-баши в богатый событиями 1064 г. попало такое сообщение: "В том же году и остатки хазар численностью в 3000 семей (домов) прибыли в город Кахтан из страны хазар, отстроили его и поселились в нем" [679]. Мне кажется, так точнее перевести арабский текст. У В. Ф. Минорского речь идет о прибытии этих хазар в г. Кахтан хазарской страны или (как вариант) "в Кахтан на (прежней?) хазарской территории" [680]. Это известие следует за упоминанием захвата в том же году многих исламских земель. Здесь загадкой является уже сам г. Кахтан, название которого созвучно названию арабского племени кахтан. А поскольку, согласно ал-Мас'уди, на происхождение от этого племени претендовали правители Хайтака в Дагестане, В. Ф. Минорский допускает, что Хайтак и есть Кахтан. Однако в тексте Мюнаджим-баши речь идет о г. Кахтан, а такой город не известен ни в Хазарии, ни в окрестных землях. Скорее всего, название искажено, и идентифицировать его с известными нам городами не представляется возможным.

Вместе с тем если понимать текст, как предлагаю я, то он может быть объяснен. Прежде всего в нем идет речь об остатках хазар, бежавших из своей страны, очевидно, из-за каких-то имевших там место событий. Что это могли быть за события?

Первая половина XI в. ознаменовалась новым мощным движением кочевых племен из Центральной и Средней Азии. Одни племена вытесняли другие и заставляли их, в свою очередь, надвигаться на области с земледельческим населением. Кыпчаки (половцы) в 30-е годы XI в. вытеснили огузов из среднеазиатских степей, в результате чего началась экспансия огузских племен через Мавераннахр и Иран на запад. Половцы, в свою очередь теснимые восточными соседями, толкали на запад торков, кочевавших между Волгой и Днестром (торки - те самые узы, о которых говорилось в связи с событиями Х в.). Торки же в союзе с русскими громили печенегов [681] - Наконец, около 1054 г. половцы сломили торков и подошли к южным пределам Руси. В этих событиях какую-то роль играли аланы, в 60-е годы XI в. захватившие какие-то мусульманские земли (скорее всего, в Приморском Дагестане, но, возможно, речь идет о хазарских территориях, поскольку хазары в конце Х в. приняли ислам).

Можно высказать гипотезу, что Хазарское государство окончательно было ликвидировано в ходе бурных политических событий 50-60-х годов XI в. И вот тогда-то, очевидно, постепенно в Нижнем Поволжье закрепилась Волжская Булгария, что предположил в свое время В. В. Бартольд и что для XII в. было подтверждено опубликованным Дублером в 1953 г. новым сочинением ал-Гарнати [682].

Примечания

[656] Начиная с В. Н. Татищева. См. также: Новосельцев А. П. Древнерусско-хазарские отношения и формирование территории Древнерусского государства//Феодализм в России, М., 1987. С. 197. Более правильно мнение А. Н. Сахарова (Дипломатия Святослава. С. 101).

[657] См. выше данные Константина Багрянородного.

[658] Агаджанов С. Г. Указ. соч. С. 77-79.

[659] Путешествие Ибн Фадлана на Волгу. С. 58.

[660] Пашуто В. Т. Указ. соч. С. 69-70; Сахаров А. Н. Дипломатия Святослава. С. I27 - 146.

[661] ПСРЛ. Т. 1. С. 65-67; Т. 2. С. 53-55.

[662] Пашуто В. Т. Указ. соч. С. 70; Сахаров А. Н. Дипломатия Святослава. С. 139.

[663] ПСРЛ. Т. 1. С. 65; Т. 2. С. 53.

[664] Там же. Т. 1. С. 67; Т. 2. С. 55.

[665] Это ясно видно из летописной хронологии, где под 970 г. описываются назначения Святославом своих сыновей в разные города Руси (Там же. Т. 1. С. 69), А. Н. Сахаров (Дипломатия Святослава. С. 146), однако, полагает, что Святослав был на Дунае уже осенью 969 г.

[666] Расовский Д. А. Половцы // Seminarium Kondakovianum. Praha. 1936. Т. 8. С. 34.

[667] ПСРЛ. Т. 1. С. 84; Т. 2. С. 71.

[668] Минорский В. Ф. Указ. соч. С. 51.

[669] Там же. С. 68.

[670] Там же. С. 67.

[671] Там же. С. 68.

[672] Главы городских кварталов.

[673] Минорский В. Ф. Указ. соч. С. 68.

[674] Там же. С. 70-71.

[675] Там же. С. 51.

[676] Понятие "варварское" (феодализирующееся) государство есть у основоположников марксизма. К Древней Руси оно прежде также порой применялось. См.: Юшков С. В. Общественно-политический строй и право Киевского государства. М., 1949. С. 139; Бахрушин С. В. Держава Рюриковичей//Вестн. древней истории. 1938. No 2. С. 88-98. В 50-х годах от него отказались, и, кажется, несколько поспешно, поскольку это способствовало более вольным трактовкам, к которым надо отнести усмотрение феодализма в Древней Руси IX-Х и даже более ранних веков.

[677] Минорский В. Ф. Указ. соч. С. 70-71.

[678] ПСРЛ. Т. 1. С. 147, 205.

[679] Минорский В. Ф. Указ. соч. С. 26 (араб. текст).

[680] Там же. С. 75. С точки зрения норм арабской грамматики перевод В. Ф. Минорского более правильный. Но ведь Мюнаджим-баши не был арабом и мог допустить здесь при переписывании (и сокращении) оригинала перестановку внутри фразы.

[681] Расовский Д. А. Указ. соч. С. 37.

[682] Путешествие Абу Хамида ал-Гарнати... С. 27.

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ]

Top