Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

ТРИЛИСТНИК ПИСЬМЕННОГО СТОЛА

3. Путь через историю (окончание)

СТЕПНОЕ ВИЗАНТИЙСТВО

Когда мы произносим слово "Византия" без каких бы то ни было пояснений и добавлений, то содержание понятия бывает различным. Может оказаться, что Византия - это Восточная Римская империя, реликт былого величия, на протяжении тысячи лет катившийся к упадку. Так понимали термин "Византия" и Гиббон и Лебо [*35] называвший это государство Bas-Empire, а также Владимир Соловьев. Может быть, под этим термином подразумевается греческое царство, возникшее как антитеза выродившейся античности, имевшее свои собственные ритмы развития, свои светлые и теневые стороны. Такой видели Византию Успенский, Кулаковский и Шарль Диль [*36].

А может быть, Византия просто огромный город, средоточие торговли и образованности, воздвигшийся на берегах голубого моря и окруженный выжженными горами, где полудикое население веками пасло коз и снимало оливки и виноград? Это тоже закономерное понимание термина, но мы в нашей работе хотим использовать его четвертое значение: Византия- культура, неповторимая и многообразная, выплеснувшаяся далеко за государственные границы константинопольской империи. Брызги ее золотого сияния застывали на зеленых равнинах Ирландии (Иоанн Скотт Эригена), в дремучих лесах Заволжья (Нил Сорский и нестяжатели) [*37], в тропических нагорьях вокруг озера Цана (Аксум) [*38] и в Великой Евразийской степи, о которой и пойдет речь.

В таком понимании термина "Византия" не только город Константинополь и подвластная ему страна, и даже не только халкедонское исповедание, но целостность, включающая в себя равно православных и еретиков: монофизитов и несториан, христиан и гностиков (маркионитов и манихеев, о которых тоже будет упомянуто). То, что перечисленные течения мысли боролись между собою, не противоречит предложенному значению термина, ибо идейная, да и политическая борьба - тоже вид связи, форма развития.

Христианская религиозная мысль с самого момента своего возникновения растеклась на множество струй, из которых большая часть высохла, а некоторые превратились в мощные потоки. Небольшая группа иудео-христиан, т.е. евреев, признавших пришествие Мессии, исчезла без следа. Зато проповедь апостола Павла, обращенная к просвещенным язычникам, обрела многих неофитов. Эллинов особенно поразила идея, дотоле им чуждая, о существовании стихии зла, и они начали трактовать ее по-разному: наиболее образованные и умеющие мыслить последовательно возложили ответственность за все несправедливости и несчастья мира на особу, его сотворившую, и с раздражением назвали ее "демиургом", т.е. ремесленником. Они считали, что демиург - не очень крупный демон, сотворивший мир и человека (Адама) для того, чтобы Адам жил в неведении и был для него, демиурга, игрушкой. Но мудрый змей просветил Адама и помог ему добиться свободы, за что демиург мучит потомков Адама и Евы.

Это течение мысли положило начало гностицизму, религиозно-философской концепции, рассчитанной на людей мудрых и образованных (гносис - знание). Можно опустить описание трех главных направлений гностицизма: египетского, сирийского и маркионитского (от имени христианского гностика Маркиона) - и остановиться только на изящной концепции персидского мыслителя Мани (III в. н.э.), объединившего идеи христианские, зороастрийские и даже индийские. Мани учил, что существует "беснующийся мрак" - пространство вечной тьмы, имеющей сгустки еще более темные, чем вмещающая их среда. Эти скопления мрака движутся беспорядочно, как молекулы в броуновском движении, но однажды они случайно приблизились к краю своего пространства, к границе "вечного Света" и попытались проникнуть туда, чтобы омрачить "царство Света". Против них вышел сражаться носитель светлого начала, которого Мани называет "Первочеловек" и придает ему качество Ормузда. Силы мрака победили, растерзали "Первочеловека" и облекли тьмой частицы Света, которые теперь томятся в плену. На выручку этим частицам, т.е. душам, приходил Христос, а вслед за ним он, Мани, воплощение Святого Духа, Параклета-Утешителя. Цель их прихода - освобождение душ от материи - кристаллизованной тьмы; отсюда вытекает, что все материальное, все, что привязывает человека к миру и жизни, - греховно.

С этой концепцией боролись христиане, утверждавшие, что создатель мира благ, а мир, созданный им, прекрасен. В противовес возникли монистические мысли: неоплатонизм, утверждавший, что материя - ничто (мэон), а мир - это истечение из божественной Плеромы - полноты всего сущего, и христианский монизм в учении Оригена, проповедовавшего, что после светопреставления и Страшного суда по милосердию божьему дьявол будет прощен.

Православная мысль к IV в., усвоив отдельные элементы всех перечисленных концепций, выкристаллизовывалась в особую философему. Но тогда начались новые затруднения, уже чисто богословского, а не философского характера, отразившиеся в жестокой борьбе на вселенских соборах.

Появились четыре направления христианской мысли: арианское - распространившееся среди германских племен, несторианское - наиболее важное для нашей темы, монофизитское - возникшее как антитеза несторианству, и халкедонитское [*39] (от места, где происходил IV собор) - ставшее господствующим исповеданием Византийской империи.

Вулканом вольномыслия в первые века нашей эры был Передний Восток. В начале IV в. александриец пресвитер Арий выступил с проповедью, что Христос-Логос меньше своего отца, ибо он сын и, значит, рожден. Архиепископ Александр и его диакон Афанасий возражали Арию, указывая, что слово "рожден" к божественной сущности неприменимо, и обвинили его в ереси Павла Самосатского, учившего, что Христос был человек, осененный божественной мудростью. Спор быстро перерос в гражданскую войну, причем одни императоры поддерживали ариан, а другие - православных. Одновременно проповедовали свои учения гностики, неоплатоники, митраисты, и все боролись против всех.

Не следует думать, что представители этих учений были неискренни в своих привязанностях к исповеданиям веры. В те времена потребность в логически-последовательном мировоззрении была очень острой [+40].

Конечно, не случайно, что наиболее рационалистические и буквалистские толкования догмы религии были связаны с антиохийской школой, философские - с александрийской, а эмоционально-эстетические - с константинопольской, где эллинский элемент среди населения был преобладающим. Но нам нет необходимости далее останавливаться на перипетиях религиозной борьбы в Римской империи, а можно сосредоточить внимание на проникновении этой бурлящей, раскаленной мысли на Дальний Восток и в бескрайние пространства Великой степи [+41].

После того как в 277 г. в Гундишапуре, резиденции персидского шаха, принял мученический венец мыслитель и писатель Мани, объявивший себя наследником Христа и Параклетом, замученный мобедами, зороастрийским духовенством, его последователи вынуждены были бежать из Персии, но на западе манихейство подвергалось постоянному гонению и ушло в подполье [+42]. На востоке манихеи нашли приют в Трансоксании [*40] и в оазисах вдоль великого караванного пути [+43].

В 431 г. на вселенском соборе в Ефесе был предан анафеме константинопольский патриарх Несторий, неосторожно заявивший, что "у Бога нет матери". Его победители немедленно вступили в борьбу между собою, но как монофизиты, так и православные халкедониты были единодушно нетерпимы к несторианству. Особенно обострилась вражда после 484 г., когда на соборе в Бит-Запате несторианство было признано господствующим исповеданием персидских христиан, в том числе и прихожан Мервской митрополии [*41]. Поддержка персидского шаха для византийских несториан оказалась роковой. В 489 г. император Зенон подтвердил осуждение несториан и закрыл эдесскую школу, где несториане преподавали свое учение. Школа переехала в Персию, в Низиб [*42], а в 499 г. в Ктезифоне возникла несторианская патриархия, расцветшая в VI в. [+44].

Из Персии несториане широко распространились по Восточной Азии. В VI в. христиане проповедовали свою веру среди кочевых тюрок не без успеха. Тюрки, захваченные в плен византийцами в битве при Балярате в 591 г., имели на лбах татуировку в виде креста и объяснили, что это сделано по совету христиан, живших в их среде, чтобы избежать моровой язвы [+45]. Этот факт отнюдь не говорит о распространении христианства среди кочевых тюрок VI в.. но позволяет констатировать нахождение христиан в степи.

В 635 г. несторианство проникло в Китай и было встречено правительством весьма благожелательно [+46]. Первые императоры династии Тан, Тай-цзун и Гао-цзун, покровительствовали христианам и позволяли им строить церкви. Во время узурпации престола императрицей У Цзэ-тянь, связанной с буддистами, на христиан началось гонение, но узурпаторша была быстро лишена власти сторонниками династии Тан. В 714 г. в империи Тан император Сюань-цзун указом запретил буддизм, а в 745 г. разрешил проповедь христианства [+47]. С этого времени несторианство начало распространяться в Джунгарии, находившейся под контролем империи Тан, и обретать неофитов среди кочевников, главным образом басмалов, но довольно долго его успехи были незначительны.

Распространяющееся несторианство встречало сопротивление не со стороны местных религий, пришедших в упадок после падения Тюркского каганата, а от подобных ему прозелитических религий: буддизма, ислама, манихейства и бона. Первые две религии долгое время не находили последователей в степи. Тоньюкук воспрепятствовал пропаганде буддизма на том основании, что "Учение Будды делает людей слабыми и человеколюбивыми" [+48], а тюргешский хан Суду ответил послу халифа Хишама (724-743) так: "Среди моих воинов нет ни цирюльников, ни кузнецов, ни портных; если они сделаются мусульманами и будут следовать предписаниям ислама, то откуда же они добудут себе средства к жизни" [+49]. Ислам представлялся кочевникам исключительно городской религией, и они относились к нему так же, как и бедуины Аравии век назад. Зато манихеи, изгнанные в 732 г. из китайских владений императором Сюань-цзуном [+50], нашли сторонников среди уйгуров и поддержали хана Моянчура в тяжелой внутренней войне [+51].

Поскольку христиане оказались противниками уйгурского хана, то после победы он склонился на сторону манихеев, которые его поддержали. Вскоре Уйгурия [*43] быстро превратилась в теократическую державу, где правила манихейская община [+52]. Хану оставили только военные дела.

Манихеи, оказавшись у власти, проявили такую религиозную нетерпимость [+53], что рассорились со всеми соседями: тибетскими буддистами и последователями религии бон, сибирскими шаманистами, мусульманами, китайцами и, уж конечно, несторианами. Здесь мы не будем прослеживать политическую историю Уйгурии, отметим лишь, что, когда эта страна была сокрушена в 840-847 гг. кыргызами [*44], вместе с ней погибла и манихейская община [+54]. Опустевшие после ухода уйгуров на юг степи постепенно заселились монголоязычными племенами. Культурная традиция на время оборвалась, но как только восстановился кое-какой порядок, несторианство буквально затопило Центральную Азию.

Зато в Китае, где несторианство было терпимо с 635 г. [+55], в 945 г. специальным указом Танского правительства оно было объявлено вне закона вместе с буддизмом и манихейством. Это событие совпало с разгромом Уйгурии, в которой до сих пор Китай нуждался как в союзнике и которая охраняла интересы и жизнь кочевников, обитавших в пределах Срединной империи [+56]. Последовавшим за указом гонениям христиане оказали куда более сильное сопротивление, чем буддисты и манихеи. Но позиции христианства в Китае были сильно подорваны. В 987 г. христианский монах, вернувшийся в Константинополь с Дальнего Востока, рассказал, что "христиане в Китае исчезли и уничтожены по разным причинам и что только он один убежал" [+57]. Можно быть уверенным, что здесь имеется некоторое преувеличение и что осколки несторианства оставались на северной границе Китая вплоть до начала XI в., когда развернулась интересующая нас вторая волна христианской экспансии на Дальнем Востоке.

Буддизм выдержал натиск куда более успешно, чем христианство. И даже манихейство не было полностью подавлено, хотя для того, чтобы удержаться, оно прибегло к обману. Манихеи начали притворяться буддистами. Сначала это была сознательная мимикрия: нельзя же было, в самом деле, каждому неофиту объяснять, что он вступает в запрещенную правительством общину, которая маскируется под буддийскую, будучи в действительности манихейской! Такими разъяснениями можно было только оттолкнуть неофитов, да еще и нарваться на предателей. Поэтому, выдавая себя за буддистов и соблюдая соответствующий декорум, китайские манихеи постепенно слились с буддистами, и даже такие ученые, как Бируни [*45], перестали различать их [+58]. Особенно интенсивным было это смешение в тех областях, где позже возникло Тангутское царство: манихейские божества светил в буддийском облике обнаружены на иконах Хара-хото [+59].

Итак, в аспекте борьбы мировоззрений влияние китайской и мусульманской культур в степи было ограничено и остановлено византийской культурой, понимаемой в самом широком смысле. И самое любопытное в этом явлении было то, что успех "степного византийства", т.е. проникновение христианства и манихейства в степь, нельзя подвести под рубрику "культурных влияний". Всякое влияние предполагает какую-нибудь форму принуждения, хотя бы моральную, интеллектуальную, эмоциональную. А кочевники были всегда очень чувствительны к любым формам принуждения и умели весьма успешно отбиваться от них. Но Византийская империя, находясь далеко от степей Центральной Азии, не давила и не могла давить на кочевников. К тому же проповедь христианства среди кочевников вели те, кого в самой Византии считали еретиками. Поэтому распространение христианства в степи было не "культурным влиянием", а пересадкой идейных ценностей [*46].

Универсализм христианства, в котором "несть ни варвар, ни скиф, ни еллин, ни иудей", привился в кочевом мире, потому что он не третировал кочевников как неполноценных людей и не вел к подчинению чужому хану, будь то "Сын Неба" или "Наместник пророка". Напротив же, победа "китайского гуманизма" [+60], т.е. стремление избавиться от чужеродных элементов в своей, культуре, свелась к расправе над беззащитными подданными и потому не перехлестнула китайскую стену.

К 1000 г. несторианство в Китае исчезло [+61]. Сунское правительство объявило войну религии как таковой и победило. Но кого? Кучку монахов и немногих пограничных метисов, искавших утешения и покоя! Уцелевшие китайские несториане бежали в степь, и с этого момента несторианство стало антикитайской силой, во много раз более мощной, чем до гонений. А теперь поставим острый вопрос: так ли уж нам надо разбираться в судьбах вероисповеданий и мнений? Какое это имеет значение для судеб гибнувшего Китая, поднимавшейся Западной Маньчжурии, покинутой народом Уйгурии, наполнявшегося людьми Тангутского царства? Что нам даст изучение религиозных движений вместо разбора социально-экономических отношений, о которых в этой работе говорится только мимоходом? Даст много, ибо идеологические системы не что иное, как индикатор глубинных процессов - экономических, социальных и этногенетических. Фантастическое мифологемы - пена на воде, но по пене мы определяем глубину реки и скорость течения. Конечно, это окольный путь. А что делать, если прямой непроходим из-за отсутствия сведений? Период Х-XI вв. недаром называется "темным": он весь прошел под знаком молчания летописцев. До этого мы ставили вопрос о преодолении лжи источников, что, конечно, очень нелегко сделать. Но как разорвать пелену безмолвия? Как найти опорные точки для исследования при полном отсутствии прямой информации? Вот задача, непосильная для индуктивного метода.

И тут приходит очередь дедукции. Если собрать крупицы информации и расположить их в пространстве и но времени, т.е. на исторической карте и синхронистической таблице, то контуры "белых пятен" сузятся и появится возможность их приблизительного заполнения. Но именно для этой цели необходимо наблюдение за индикатором, т.е. колебанием успехов религиозной проповеди враждебных систем мысли и мироощущения.

Затем поставим вторую, вспомогательную, проблему: кто виноват в заговоре молчания - сама историческая действительность, не породившая событий, достойных описания, или летописцы, пренебрегшие своими обязанностями? Ответ на это был дан китайскими историками еще в 874 г. "В сие время Китай начал колебаться от безначалия (имеются в виду смуты, повлекшие за собой падение династии Тан. - Л.Г.) и мало имел времени заниматься внешними сношениями с смежными народами (намек на то, что географическая наука, находившаяся в эпоху Тан в расцвете, благодаря активной поддержке правительства, претендовавшего на гегемонию в Азии, пала, как только эти претензии оказались неосуществленными. - Л.Г.), почему и сведенья китайцев о восстановлении Дома Хойху (Уйгурии) кратки и прерывисты" [+62]. Впрочем, и после восстановления в Китае порядка и централизации - 960 г. - сведения о кочевниках столь же скудны, вплоть до эпохи Чингисхана. Выбранный нами окольный путь дает возможность отчасти заполнить купюру в истории. И вот каким способом!

В это чуть ли не самое жестокое для классового общества Китая столетие (860-960) нередки были случаи, когда социальное положение каждого отдельного человека менялось иногда по несколько раз в течение его жизни. Разжалованный полководец становился нищим батраком, удачливый разбойник становился князем, слуга за своевременный донос превращаются в крупного феодала, а при смене власти делался крестьянином.

С другой стороны, каждый отдельный человек, будучи одиноким, чувствовал себя беззащитным. Поскольку в эту эпоху уже не играла роли принадлежность ни к семье или определенному кругу, ни даже к политической группировке, потому что предательство стало заурядным явлением, поскольку каждый человек вынужден был искать людей, близких себе хотя бы по духу. Входя в ту или иную религиозную общину, он попадал в среду людей, которым мог доверять, потому что общину он выбирал согласно своим вкусам и наклонностям. Часто такие общины совпадали с определенными территориально-политическими образованиями. Например, буддистов тянуло в Тангут или в Кидань, а христиан - к уйгурам или шато. С течением времени инкорпорация изменила состав этнической группы до неузнаваемости. Потому-то, когда мы сравниваем этнографическую карту Азии IX в. с картой XIII в., то первое, что бросается в глаза, - это их несходство. Конечно; за истекшие 300 лет имели место и переселения племен, но это касалось только северных окраин Великой степи, а этническая трансформация ее массива произошла за счет исторической судьбы, т.е. закономерного изменения, механизм которого в общих чертах обрисован нами.

Но этот же самый механизм порождал религиозную нетерпимость. Она стимулировалась не догматами сложных и разработанных теодицей, а простой неприязнью к другой группе людей, личными отношениями и затем распространялась на всю систему религиозных воззрений. Особенно активно в этом отношении действовали китайский националисты, поборники конфуцианства и враги любого мистицизма, в том числе и своего - даосского. Посмотрим, чего они добились.

 

Примечание

[+40] "И ариане и православные обвиняли друг друга в нелогичности; характерным для их спора было обращение к разуму" (История Византии. I. С. 169).

[+41] Христианство проповедовалось в Средней Азии еще до арианских споров, так как первое упоминание епископии города Мерва датируется 334 г. (R.Grousset. Histoire de l'Extreme-orient, vol. I, C. 353). С 420 г. она стала митрополией.

[+42] Cumont F. La propagation...

[+43] Бартольд В.В. О христианстве в Туркестане... С.6, 18.

[+44] Пигулевская Н. Мар Аба I.

[+45] Феофилакт Симокатта. История. С. 130-131.

[+46] Pelliot P. Chretiens...

[+47] См., например: P.Хенниг. Неведомые земли. С. 105; P.Y. Saeki. The neslorian documents... C. 457.

[+48] Бичурин Н.Я. Собрание сведений о народах...Т.I. С.274.

[+49] Бартольд В.В. О христианстве в Туркестане...С.9.

[+50] Grousset R. Histoire de l'Extreme-Orient. Vol.I. C.352.

[+51] Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 382.

[+52] Chavannes E.et Pelliot P. Un traite manicheen...Vol.1.

[+53] Например, они называли Будду бесом (E. Chavanneset P. Pelliot. Un traite manicheen... C. 193) и изображали в кумирнях демона, которому Будда моет ноги (Васильев В.П. Китайские надписи в орхонских памятниках. Т.III. С.23).

[+54] Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 428-431. Так, ибн Бахр сообщает, что в середине IX в. в столице уйгуров живут тюрки "зороастрийцы и зиндики", а в Х в. манихейский храм в Уйгурии рассматривался как исключительное явление (А.Ю. Якубовский. Арабские и н персидские источники об уйгурском Турфанском княжестве в IX-Х вв. С. 428, 435).

[+55] Pelliot P. Chretiens...С. 624.

[+56] Marquart J. Guwaini's Bericht...C.480; Chavannes E. et Pelliot P. Un traite manicheen... C. 284 и сл.

[+57] Moule A. Christians in China... C.76; Pelliot P. Chretiens... p.628.

[+58] Wittfogel K. and Feng Hsia-sheng, History... C. 308.

[+59] Кочетова C.M. Божества светил в живописи Хара-хото.С.471-502.

[+60] Конрад Н.И. Запад и Восток. С.127.

[+61] Pelliot P. Chretiens...С. 626.

[+62] Бичурин Н.Я. Собрание сведений о народах... Т. I. С.338-339.

 

Комментарии

[*35] Гиббон Эдуард (1737-1794) - английский историк, автор первой европейской монументальной истории древнего Рима "История упадка и разрушения Римской империи" (1776-1781), в которую вошла и история Византии до 1453 г.

Лебо - французский историк XIX в. либерального направления, французы уничижительно называли Византию Bas-Empire, то есть нижняя Империя, в отличие от Верхней Италийской, иначе - низкой, невзрачной империей, по этому поводу протестовали французский историк А.Терри и русский философ истории К. Леонтьев.

Успенский Ф.И. и Кулаковский Ю.В. - русские византинисты, крупнейшие исследователи истории византийской государственности и церковности конца XIX-начала XX в.

[*36] Шарль Диль - крупнейший французский историк Византии, опубликовавший многочисленные работы, ставшие популярными в Росси. Одна из них - "Очерки Византии" - неоднократно переиздавалась.

[*37] Иоанн Скотт Эригена (ок. 810- после 877), Нил Сорский (ок. 1433-1508) и нестяжатели - имена, которые будут объяснены Гумилевым и в этой книге, и в работе "Этногенез и биосфера" (2-й том данного Собрания сочинений Л.Н.Гумилева).

[*38] Аксум - единственное раннехристианское государство в Африке, на территории современной Абиссинии (Эфиопии), в IV-VI вв. н.э. находилось в оживленном общении со всем евразийским и средиземноморским мирами.

[*39] Халкедон, или Халкидон - город напротив Константинополя, на азиатском берегу Босфора, ныне Скутари в Турции, где проходил Четвертый Вселенский собор в 451 г. На нем был принят основной догмат христианской церкви о двух природах Христа. Собор признал учение о православной, то есть ортодоксальной церкви, главой которой стал римский епископ - папа. Халкедонское вероисповедание - доминирующее христианство до разделения церквей в 1054 г. на католическую и восточно-православную.

[*40] Трансоксания - область Согда и ряда других государственных образований по реке Амударье, по-гречески Оке. В более широком смысле вся прилегающая к Ирану территория Средней Азии, включая северный Афганистан, французская историография, как правило, Трансоксанией называет все области к востоку от Ирана.

[*41] Мерв - огромный богатый средневековый город, ныне в Туркменистане, центр христианского вероисповедания, а также религиозный центр буддийской, манихейской и других общин средневековья. История города известна с Х в. до н.э.

[*42] Ктесифон - столица Персидской державы эпохи династии Сасанидов 226- 651 гг., до завоевания Ирана (Персии) арабами. Находилась на реке Тигр, напротив Селевкии, огромного греко-парфянского города, из-за которого шла долгая война Рима и Парфии. Невдалеке от развалин Ктесифона арабы, разрушившие город, построили новый город Багдад.

[*43] Уйгурия, о которой идет речь, располагалась на месте Монголии и столице ее находилась невдалеке от будущей столицы Монгольской империи Чингисхана на реке Орхон. Уйгурию не следует путать с Уйгурским ханством, образовавшимся как мусульманское государство на территории Джунгарии и восточного Казахстана. Раскопки, проведенные на месте древней столицы монгольской Уйгурии, привели к открытию Орхонской письменности и памятников культуры. Открытие культуры древних тюрок VII-VIII вв. и Уйгурии произвело переворот в тюркологии и истории Евразии.

[*44] Кыргызы - степняки-кочевники Южной Сибири, не путать с будущими жителями нынешнего Кыргызстана, тоже в прошлом кочевниками, но происхождение которых не связано с государством кыргызов Саянского нагорья.

[*45] Бируни - Абу-Рейхан-Мухаммед (973-1048) - хорезмский ученый-энциклопедист, писавший на арабском языке. Оставил громадной сочинение "Хронология древних народов", в которой дается описание календарных систем персов, арабов, евреев, индусов, греков.

Хара-Хото - столица Тангутского государства, открытая П.Козловым в 1923- 1926 гг. Там были найдены и привезены в Петербург две тысячи старинных рукописей (книг) и большое число уникальных предметов искусства. Благодаря собранию н России возникла исследовательская школа тангутоведения.

[*46] Здесь перекличка с неупоминаемым в тексте К.Леонтьевым. Оба великих историка говорят об одной из фаз взаимодействия двух культур - пересадке идейных ценностей, которые не искажают обе стороны, то есть не меняют их динамических восприятий действительности и стереотипов поведения. Подробнее об этом см. "Этногенез и биосфера земли".

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top