Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

ТРИЛИСТНИК ПТИЧЬЕГО ПОЛЕТА

sik1 Карта 1. Племена Великой степи с VIII по X в. (108 KB)

4. Темный век (861≈960) (окончание)

ИМПЕРИЯ ЛЯО

Переходом на сторону врага Ши Цзинь-тан спас свою жизнь, но не более. По отношению к киданьскому Дэгуану он был вассалом, несмотря на приобретенный им пышный императорский титул. Часть правителей областей отказала ему в повиновении, другая, сохраняя внешнюю покорность, плела сети заговоров. Население городов, переданных киданям, возмутилось, но было жестоко усмирено. Однако это восстание предрешало грядущие смуты. В 937 г. Юго-Восточный Китай отложился и его правитель принял титул императора Южной Тан. Теперь уже китайцы воспользовались этим славным именем как знаменем.

В империи Поздней Цзинь царил полный разброд, который был полезен только киданям, занявшим в 937 г. Ляодун и давшим десять лет спустя своей империи китайское название (Железная) Ляо [+39].

Это была поистине железная империя, настолько безжалостная к покоренным народам, что кочевники и китайцы объединились для борьбы с угнетателями. В 941 г. несколько пограничных племен [+40] предложили Ши Цзинь-тану выставить 100 тыс. войска, чтобы напасть на киданей, но получили отказ. Это деморализовало повстанцев, некоторые племена разбежались, а оставшиеся потерпели поражение в 942 г. Однако волна негодования продолжала расти, и после смерти Ши Цзинь-тана вопреки его завещанию его сын был отстранен от престола, на который вступил его племянник Ши Чжун-гуй [+41], немедленно попытавшийся освободить свою страну. Он арестовал киданьского чиновника и киданьских купцов и конфисковал их товары. Это означало войну.

Первое наступление киданей в 944 г. было отражено, но в 946 г. Дэгуан, использовав продажность китайских военачальников, взял столицу Китая - Кайфын [*62] и захватил в плен императора. Недолго думая, он сам взошел на престол, и все губернаторы, за исключением двух, выразили ему покорность. Возвращаясь домой в 947 г., он увел огромное количество китайских пленных, позднее осевших в Маньчжурии и смешавшихся с киданями. Шаванн [*63] и Виттфогель утверждают, что "этот монарх основал династию Ляо, поистине китайскую [+42]". По дороге домой он скончался.

Да, с этого времени династия стала как бы китайской. Дэгуан переменил свой костюм на китайское парадное облачение, окружил себя китайскими чиновниками [+43], установил в своей стране порядки, больше похожие на ранний феодализм, чем на старый племенной строй [+44], и еще до победы, в 944 г., отказал уйгурскому Арслан-хану в династическом союзе. Как это не похоже на то время, когда основатель империи, Амбагань, объявив в 916 г. благоволение к буддизму, мотивировал это для своих соплеменников так: "Буддизм - не китайская религия" [+45]. Прошло 30 лет - и Кидань выпала из кочевого мира, больше того - она стала ему враждебна.

Но пошло ли это на пользу империи Ляо, не говоря уже о киданьском народе? Как только труп завоевателя был отвезен в Маньчжурию, Китай восстал. На этот раз шато и китайцы объединились, и наместник Хэдуна, Ли Чжи-юань, при активной помощи населения, перебившего киданьских чиновников, разосланных в китайские города, выгнал иноземцев и основал новую династию - Позднюю Хань. Но союз тюрок с китайцами оказался непрочным. В 951 г. китаец Го Вэй низверг сына освободителя, начавшего казнить генералов своего отца, и основал чисто китайскую империю - Позднюю Чжоу, резко враждебную всему иноземному. Остатки шато попытались организовать сопротивление в Шаньси, где создали царство Северное Хань. которое благодаря союзу с киданями продержалось до 979 г., но эта эпопея, равно как и войны между империями Ляо и Сун, сменившей Чжоу в 960 г., относятся к истории Китая, тогда как наша тема будет связана с историей кочевого мира, независимого от китайских влияний.

Отметим некоторые черточки, важные для нашей темы. Во-первых - перестановку сил. В начале Х в. китайцы были против традиций Тан, которые защищали тюрки-шато. Тогда они победили, но четверть века спустя к власти пришли китайцы, потомки Хуан Чао, а шато вернулись в свои старые земли. Вектор истории повернулся на 180 градусов.

Во-вторых - резкое ослабление сил шато и даже их вырождение за два поколения. Пока это было тюркское племя, с боевой выучкой степняков - оно побеждало. Перемешавшись с китайцами, оно не слилось с ними. Императоры из шато принуждены были пополнять свои войска и администрацию представителями местного населения, и в результате образовался конгломерат людей, где немногие тюрки правили, а метисированная прослойка управляла китайским населением. Племенные традиции, конечно, исчезли, и народность, рассредоточившись, превратилась в прокочевническую партию, разумеется, непопулярную в массах народа, но уже малобоеспособную.

И третье, самое важное - китайская реакция на иноземное засилье. Приведем несколько характерных фактов. Го Вэй, несмотря на бурное время, покровительствовал изучению классической литературы, хотя сам был неграмотен. И он же осквернил и разграбил 18 гробниц императоров Тан [+46]. Направление политики ясно. Преемник Го Вэя, Чай Жун, закрыл 30 тыс. буддийских монастырей, оставив только 2694. для престарелых монахов и монахинь [+47], а бронзовые статуи будд переплавил в монеты [+48]. Типичная секуляризация, которой добивался основатель "китайского гуманизма" Хань Юй [+49]! А потом, при династии Сун, эти традиции окрепли и выжали из Китая всю мировую культуру, воспринятую при династии Тан [+50]. И тогда, в конце Х в., буддисты нашли приют в оазисах предгорий Наньшаня и на берегах Ляохэ, а несториане - в Великой степи. Сердца изгнанников ожесточились. Вместо вольнодумных, мечтательных подданных Китай получил неутомимых и непримиримых врагов. Такова была плата исторической судьбы за осуществление единомыслия.

КУШАНЬЕ С ПРИПРАВОЙ

Наше краткое изложение событий имело только одну цель - проследить механизм раскола между китайцами, киданями и тюрками-шато. Но теперь мы можем вернуться к главной линии исследования и посмотреть, как выглядит этот эпизод в подаче китайского историка XX в. Победа киданей, разумеется, приписывается измене полководца, к сожалению, не тюрка-шато, а китайца, который, "бесстыдно обманув солдат, заставил их разоружиться. Скорбные возгласы солдат потрясли всю равнину" [+51]. Так, но что же это за армия, которая будто бы хочет воевать, а потом, плача, сдается малочисленному врагу?

Ну хорошо, дальше еще крепче: "Мощное движение народных масс (которые убивали одиноких чиновников. - Л.Г.) породило страх и смятение в душе Елюя Дэгуана, который, обращаясь к свите, сказал: "Я не знал, что будет так трудно подчинить людей Китая!" В панике он бежал на север, угнав с собой большое количество населения и захватив много имущества..." Начать с того, что спутана хронология событий. Сначала Дэгуан уехал домой и умер по дороге, а потом вспыхнуло восстание, и именно тогда, когда киданьских войск осталось мало [+52]. Затем, что за "паника", когда победитель возвращается с огромной добычей? Да он только для того и воевал, чтобы ее получить. И наконец, почему он "бежал", когда на самом деле он оставил в Кайфыне наместника? И именно наместника выгнал шатосец Ли Чжи-юань, подлинный спаситель китайского народа, но о нем только сказано: "в это время бывший цзедуши (военный губернатор) Хэдуна провозгласил себя императором в Тайюане". Ну и отплатили же китайцы своему защитнику! Го Вэй, выходец из солдат, ставший генералом, предал и убил сына Ли Чжи-юаня, но о нем сказано, что он "был хорошо знаком со страданиями народа", и дальше панегирик его добродетелям. А то, что он толкнул тюрок-шато в объятия киданей, благодаря чему Китаю пришлось воевать 30 лет, только чтобы вернуть Шаньси, - об этом читатель, может быть, догадается, хотя автором сделано все, чтобы запутать сюжет. А ведь весь текст построен на цитатах из источников. Ну как? Неплохо, не правда ли?

А вот и другая крайность - сухая выжимка сведений из тех же источников. Таковы книги А.Кордье и Р.Груссе [*64]. Как справочник они полезны, но для того, чтобы возникла потребность в справках, необходим интерес к предмету, а он тонет в калейдоскопе имен, дат и фактов. Просто читать эти книги так же трудно, как технический справочник Хютте [*65], да и незачем. Эстетического наслаждения не возникает, память бесплодно утомляется и выкидывает сведения, не нанизанные на какой-либо стержень. Но стоит ему появиться - и сведения становятся в красивые ряды.

Под стержнем я понимаю аспект. Историю героического племени шато можно рассматривать под разными углами зрения. История их побед и гибели - это проблема неслияния разных культур в аспекте гуманитарном, проблема вынужденной смены ландшафта этносом и невозможность вторичной адаптации в аспекте исторической географии, проблема метисации при несходстве психического склада в аспекте биологическом и, наконец, проблема регресса в аспекте философии истории. В любом случае это выход к стыку наук. Но есть и чисто исторический аспект - логика самих событий - например, вторжение врага вызывает сопротивление или бегство, угроза жизни наместника - восстание или измену, ограбление народа - нищету государства, покровительство чужим - недовольство своих и т.д. Исследуемые нами здесь события IX-Хвв. были бедствием той разновидности причинной связи, которую в начале XIX в. именовали "силой вещей" (А.. С. Пушкин), а теперь предлагают назвать "цепной реакцией" (Б.Ф.Поршнев) [*66]. Это - закономерность второго порядка. Накладываясь на закономерность первого порядка - развитие производительных сил и производственных отношений - и суммируясь, эти закономерности образуют ту канву событий, которая является исходным пунктом исторического анализа. Ведь на поверхности явления видны только последствия глубоко скрытых причин. Войны и договоры, законы и реформы, сведенные в синхроническую таблицу, позволяют историку путем сложного анализа сначала вскрыть мотивы событий, а затем синтезировать ход процесса, что будет венцом исторического исследования.

ОПЫТ ПРОСТРАНСТВЕННОГО АНАЛИЗА

Приведенная краткая справка о шато и киданях может показаться лишней, потому что специалисты по истории Дальнего Востока знают и даже просто держат в памяти гораздо большее количество информации, но ведь другие специалисты, историки Ближнего Востока, археологи, тюркологи и даже историки Средней Азии, в отношении истории Дальнего Востока являются, как правило, образованными читателями, и только, как, впрочем, и наоборот. При осмыслении истории Азии и Европы как единого целого полезнее отобрать и привести нужные данные, чем адресовать читателя к редким, толстым книгам, которые он не всегда может найти и прочесть. Равно не следует заставлять его самого делать выборку из калейдоскопа событий, потому что для этого нужны профессиональные навыки, а они у разных специалистов различны. Поэтому хотя краткий очерк образования киданьской империи сам по себе не является исследованием, но в общем плане нашей темы это один из краеугольных камней воздвигаемого здания.

Вторая необходимая опора - это западная граница кочевого мира [*67]. Но здесь наша задача проще, ибо читатель будет встречать знакомые имена, привычные места и события, о которых он не мог не слышать с детства. Нам остается только напомнить о них да расположить их в нужном порядке для того, чтобы "белое пятно" истории сузилось до предела. Для начала напомним, что главным врагом кочевников был так называемый "мир ислама", невольным союзником - Византия, а объектом их вторжений - латино-германская Западная Европа, и особое место занимала языческая Русь. Попробуем разобраться в этом калейдоскопе путем применения панорамного метода.

В то время когда Хуан Чао потрясал устои династии Тан, а дансяны, шато и кидани еще робко ютились по границам некогда грозной империи, рухнула мощь Аббасидского халифата. Турецкие гвардейцы в Багдаде меняли халифов по своему произволу, атаман разбойничьей шайки Якуб ибн-Саффар захватил восточные области Ирана и диктовал условия наместнику пророка, в низовьях Междуречья восстали рабы, привезенные с невольничьих базаров Занзибара (зинджи), а греки перешли от обороны к наступлению и отняли у мусульман Малую Азию. Тогда же двинулись из Семиречья на юг карлуки и в 861 г. взяли Кашгар. А на западе развалилась империя Карда Великого, сначала на три королевства: Францию, Лотарингию и Германию, а затем на десять и продолжала дробиться. И на фоне этого распада выросла папская власть, противопоставив себя византийскому императору: папа Николай I отлучил от церкви патриарха Фотия, чем положил начало расколу между Западом и христианским Востоком.

Прошло 20 лет. Империя Тан пала, а восемь киданьских племен объединились. В это время на Ближнем Востоке зинджи были уже перебиты, но против халифата выступили бедуины Бахрейна - карматы, взявшие под свой контроль всю Аравию и Сирию. А в Средней Азии вместо разбойников Саффаридов создалась мощная держава Исмаила Самани, лояльная халифу, но по существу независимая [*68]. Она сумела остановить натиск "неверных тюрок" на Среднюю Азию, но этого не смогли сделать европейцы. Мадьяры проникли в Паннонию (895) и вскоре превратили ее в Венгрию. Печенеги, проиграв войну с гузами, пробрались в причерноморские степи (889) и дошли до устьев Дуная (900). Византия героически отражала натиск болгар, а Западная Европа стала объектом набегов норманнов и венгров, причем последние дважды доходили до Испании. Тогда лишены были власти бездарные Каролинги и за дело обороны взялись феодалы, которым показал пример Эд, граф Парижа, отстоявший город от норманнов (886).

А в те годы, когда киданьский Дэгуан создал империю Ляо и посадил на престол Китая своего клеврета (936), на западной окраине степи, вокруг Черного моря, развернулась жестокая война развалившегося халифата и окрепнувшей Византии. Греки вели планомерное наступление на арабов и отобрали у них Самосату, Малатию и западную Армению. Но мусульмане сумели ответить ударом на удар: они обрели новых союзников. Обращенные в ислам волжские болгары [*69] (922) и иудейское правительство Хазарии, связанное с Передним Востоком торговыми узами, обеспечили мусульманам приток доходов в виде ценных мехов из лесов Биармии, или Великой Перми. Около 932 г. Хазария вступила в войну, принудив алан отречься от православной веры. В ответ на это византийский император Роман Лекапин начал преследование евреев в Византии, и они массами выселились в ту же Хазарию. Русь, где княжил в 912 г. Игорь, выступила на стороне Византии, но уже в 915 г. хазары натравили на Русь печенегов, а около 940 г. русский воевода Хельгу, пытавшийся захватить крепость Самкерц (Тамань), был принужден капитулировать перед превосходящими силами хазарского правителя Песаха [*70]. Русские были отпущены при условии заключения военного союза против греков [+53], к этому же хазары принудили и печенегов. Однако в 941 г. поход Игоря на Константинополь кончился полным поражением, а второй, несмотря на печенежскую помощь, захлебнулся.

Можно думать, что на Руси тогда не было единого мнения по поводу внешней политики, потому что одновременно с походами Игоря какая-то русская дружина проникла по Волге через Хазарию и разграбила город Бердаа в Азербайджане. Этот поход тоже не принес русским ни богатства, ни славы. Эпидемии унесли много жертв, а уцелевшие были вытеснены мусульманскими войсками. Однако пройти в Каспий русские могли только с позволения хазар. Поэтому следует признать, что в 40-е годы Х в. гегемония в Восточной Европе принадлежала правительству Хазарии.

Предполагаемая нами интерпретация событий расходится с общепринятой, сформулированной С.М.Соловьевым, опиравшимся на умолчание летописца о столкновениях Хазарского каганата и русского княжества Олега. Чуткий историк обратил на этот пробел в цепи событий специальное внимание, но, не имея достаточно фактических данных, предположил, что печенежская угроза связала силы Хазарии [+54]. Теперь, при наличии сводной работы М.И.Артамонова, стало ясно, что первую войну с хазарами русские проиграли [+55]. Вот потому-то дружинники Игоря стали жаловаться князю на свою бедность и вынудили его на самоубийственный поход в древлянскую землю в 946 г.

Тяжелое положение молодого Киевского княжества выправилось только к 957 г., когда Ольга восстановила союз с Византией, приняв крещение и став крестницей самого императора Константина Багрянородного. После этого в византийской армии появились русские отряды, сражавшиеся в 960-962 гг. на Крите и в Сирии, а сама Русь собралась с силами для борьбы с Хазарским каганатом. Но удача улыбнулась русским воинам в 60-х годах Х в., а до этого был нелегкий период, о котором летописец предпочитал говорить уклончиво.

Расстановка сил менялась во всем мире. Началось усиление Европы. Германский король Оттон I разбил на Лехе венгров (955), после чего началось наступление европейцев на мир.

А кочевники? Они по-прежнему стремились к окраинам степи, чего бы это им ни стоило, ибо степь иссыхала. Не будучи в силах прорвать оборонительные линии, сооруженные Саманидами в Средней Азии, они начали принимать ислам, чтобы быть допущенными в области, где еще была вода. Сначала это были туркмены-сельджуки, затем карлуки (960) и, наконец, племя ягма (около 1000). Точно так же рвались печенеги к великим рекам Днепру и Дунаю, потому что за их спинами ширилось великое безмолвие пустыни, поглощавшей степные травы и засыпавшей песком ручьи.

Вот почему молчат летописцы Х в. о событиях в центре континента. Там долгое время не происходило событий, а когда они начали совершаться снова, то немедленно попали в хроники и географические трактаты. Но это уже новая эпоха, и о ней речь впереди.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

[+35] О наличии засухи в то время см.: Гумилев Л.Н. Истоки ритма кочевой культуры; он же. Открытие Хазарии. С. 92.

[+36] Его киданьское имя было Окичжи (Васильев В.П. История и древностн... С.16).

[+37] Дансяны - одно из тибетских племен, в древности живших к югу от Кукунора, но в VII в. переселившихся в предгорья Наньшаня (Западное Ганьсу) и смешавшихся там с остатками хуннов, тюрок и тогонцев (южная ветвь монголов), благодаря чему образовался особый, довольно крупный народ, говоривший на тибетском языке. Г.Е.Грумм-Гржимайло (Материалы по этнологии Амдо... С. 16-19) считает в числе их предков народ ди, некогда населявший Западный Китай и истребленный китайцами.

[+38] Wittfogel К.A. and Feng Hsia-sheng. History... C. 577

[+39] Cordier.H. Histoire generale de la Chine.Vol.II. C. 36.

[+40] Тогонцы, дансяны, тюрки, хунь, киби, шато (там же, C. 37).

[+41] Для облегчения текста даются только имена императоров, без посмертных титулов.

[+42] Wittfogel К.A. and Feng Hsia-sheng. History... С. 4.

[+43] Васильев В.П. История и древности... С. 181, 44 Думан Л.И. К истории государств Тоба Вэй и Ляо... С.28.

[+44] Л.И. Думан. К истории государств Тоба Вэй и Ляо..., стр. 28.

[+45] Wittfogel K.A. and Feng Hsia-sheng. History... С. 291, 293, 579.

[+46] Cordler Н. Histoire generale de la Chine.Vol.II. C.48-49.

[+47] Там же. С. 50.

[+48] Шан Юэ. Очерки истории Китая. С. 269.

[+49] Конрад Н.И. Запад и Восток. С. 119 и сл.

[+50] Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 175-177.

[+51] Шан Юэ. Очерки истории Китая. С. 267 (и только она одна). А что, если всю книгу разобрать?!

[+52] Ср.: Васильев В.П. История и древности... С.19.

[+53] Артамонов М.И. История хазар. С.373-377.

[+54] Соловьев С.М. История России. С. 149-150.

[+55] Сам М.И.Артамонов не делает такого вывода (см. с. 382-383), но сопоставление его собственных данных с общей ситуацией середины Х в. показывает, что царь Хазарии Иосиф был прав, когда писал, что только его упорная и удачная война с Русью спасает от разграбления все мусульманские земли до Багдада (П. К. Коковцов. Еврейско-хазарская переписка в Х в. С. 83-84, 102), чем подтверждал наличие союза с мусульманскими правителями на Ближнем Востоке.

 

КОММЕНТАРИИ

[*62] Кайфын - старинный пограничный город на Хуанхэ, там, где река часто раздваивалась на два рукава и текла либо в Желтое море, либо в залив севернее полуострова Шань-дун. От реки был защищен дамбами, которые представляли для города постоянную угрозу, особенно во время войн и восстаний. В разные столетия становился столицей.

[*63] Шаванн Эдуар (1865-1918) - французский китаевед, член Петербургской АН (1913). В начале XX в. опубликован ряд трудов, среди них наиболее обстоятельное исследование по истории древних тюрок до Л.Н.Гумилева. Следует отметить, что русский историк выделяет в качестве авторитетов, работавших на основе документов, Э.Шаванна, П.Пеллио, Л.Кордье.

[*64] великого ориенталиста середины XX в. Рене Груссе, который в 1960 г. в Париже издал итоговую работу французской медиевистики по Востоку "Империя степей".

[*65] Справочник Хютте - популярный в 1920- 1930-е гг. немецкий классический справочник по всем вопросам технологии, машин, механики.

[*66] Б.Ф.Поршнев - советский историк, уделявший внимание роли естественных факторов и психологии в истории.

[*67] Западной границе кочевого мира посвящена книга Л.Н.Гумилева "Древняя Русь и Великая степь" (М., 1989).

[*68] Держава Саманидов - таджикское государство со столицей в Бухаре, в течение 100 лет сопротивлявшиееся вторжению кочевников с севера. Эмир Исмаил Самани (874-907) - один из наиболее почитаемых правителей Востока. При дворе в Бухаре жили Ибн Сина, Аль-фараби и многие другие великие ученые, писавшие на арабском языке. Держава пала в 999 г. от Караханидов, о которых далее в тексте Л.Н Гумилева.

[*69] Волжские болгары, или Булгары - тюркское государство в бассейне Волги и Камы, считается родоначальником казанско-татарского этноса и нынешнего Татарстана. Леса Биармии - в нормано-викинговской традиции -богатая мехами и золотом страна к востоку от берега Волги, от Ярославля. Костромы и до Перми и Оби. Название Пермь - видоизменение северной Биармии.

[*70] Данному сюжету посвящена книга Л.Н.Гумилева "Тысячелетие вокруг Каспия" (Баку. 1991).

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top