Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

Предисловие Д. С. Лихачева к книге Л. Н. Гумилева ╚Древняя Русь и Великая степь╩

Д. С. Лихачёв

Опубликовано // Л. Н. Гумилёв. Древняя Русь и Великая степь. М.: Мысль, 1989. С. 7-11.


На представленных страницах Л. Н. Гумилёв предлагает своим читателям увлекательный (как всегда у него) опыт реконструкции русской истории IX≈XIV вв. Это именно реконструкция, где многое раскрывается благодаря воображению ученого. Такой опыт реконструкции, даже не будучи во всем достоверен, имеет все права на существование. Если идти вслед за бедными источниками, посвященными этому времени, устанавливать только то, что может быть установлено с полной достоверностью, то все равно мы не гарантированы от недопонимания истории, ибо историческая жизнь несомненно богаче, чем это можно представить только по источникам. И все-таки любое, самое строгое, следование за источниками невозможно без элементов реконструкции. У Л. Н. Гумилёва элементов реконструкции больше, чем у других историков, стремящихся к ╚усредненности╩ выводов, но в этом и преимущества Л. Н. Гумилёва. Он обладает воображением не только ученого, но и художника.

Спорить с Л. Н. Гумилёвым по частностям мне не хочется: в его концепции все они имеют подчиненный характер. Л. Н. Гумилёв строит широкую картину, и ее нужно принимать или не принимать как целое.

Сходную картину реконструкции церковно-политической жизни Киевской Руси дал в свое время такой тонкий и строгий источниковед, как М. Д. Приселков. Реконструкция М. Д. Приселкова до сих пор не утратила своего значения. Совсем не совпадающая с ней по направлениям, но сходная по методике реконструкция русской национальной жизни дается Л. Н. Гумилёвым. Совершенно уверен, что она вызовет не меньший интерес, чем в свое время вызвала реконструкция церковно-политической жизни М. Д. Приселкова.

Книга Л. Н. Гумилёва читается как роман. Автор имеет право на такого рода ╚роман╩, ≈ сейчас это крупнейший специалист по трактуемым вопросам. Концепция Л. Н. Гумилёва не столько расходится с существующей точкой зрения на взаимоотношения Руси и Степи, сколько перекрывает эту точку зрения, демонстрируя всю сложность ситуации. Конечно, с Л. Н. Гумилёвым можно спорить по отдельным частностям, но стоит ли это делать? Надо дать возможность Л. Н. Гумилёву в короткой (иногда кажется, даже кратчайшей) форме изложить свою концепцию. Концепция же Л. Н. Гумилёва имеет одну очень важную сторону: она смягчает то противопоставление народов Востока и Руси, которое имеет место до сих пор. И это сделано с огромными знаниями, которые ощущаются за каждой строкой книги. В этом концепция Л. Н. Гумилёва, как мне кажется, целиком соответствует основной идее понятия ╚дружба народов╩.

Предлагаемая работа на первый взгляд кажется написанной без соблюдения принятых правил и композиции, включающей: постановку проблемы, разбор источников и литературы, изложение и вывод. Но только на первый взгляд. Если вдуматься, то очевидно, что все это есть и подано отнюдь не банально.

В начальных главах автор излагает свое отношение к истории культуры и этнической истории, а также к проблеме использования источников. Бесспорно, он прав в том, что строить широкую историческую панораму только на источниках, игнорируя всю критическую литературу и сводные, обобщенные работы, невозможно. Тем не менее следует учитывать, что не все частные проблемы истории и истории культуры такого темного периода, как 1-е тысячелетие н. э., достаточно освещены. Поэтому, признавая за автором право опираться на обобщения, уже сделанные его предшественниками, мы не можем не потребовать, чтобы отношение к ним было в меру критическим, а любое приятие или неприятие того или иного тезиса ≈ аргументированным.

Во второй главе мы находим вместо перечня источников точку зрения автора на историю культуры и этногенеза. Эта глава начинается с философского экскурса, где уточнен ряд терминов, употребляющихся в работе, затем изложены историко-географическая и этнологическая концепции, и только после этого автор объясняет, ╚без чего следует обойтись╩. Он указывает, что библиография проблемы Хазарии критически учтена в книге М. И. Артамонова ╚История хазар╩ (Л., 1962), редактором которой был сам Л. Н. Гумилёв. Евразийская степь описана им же в ╚Степной трилогии╩, а данные по Древней Руси почерпнуты из комментария к ╚Повести временных лет╩ (М.;Л., 1950), составленного мною. Действительно, повторять работу нет смысла, за исключением тех случаев, когда вывод исследователя расходится с распространенным, устаревшим, но принимаемым без критики мнением.

Автор строит свое рассуждение, опираясь не столько на анализ фрагментов памятников, уцелевших от тех времен, сколько на системные связи, при которых история событий играет роль индикатора интенсивности исторического процесса.

Этот синтез ранее не применялся, так как не были известны величины, соизмеримые для военной истории, этногенеза и истории культуры. Л. Н. Гумилёв в качестве моста между этими науками предложил открытое им явление ≈ пассионарность, благодаря чему был осуществлен исторический синтез.

Не останавливаясь на достигнутом, Л. Н. Гумилёв привлек к анализу истории культуры физическую географию. Правильно учитывая связь экономики натурального хозяйства с уровнем благосостояния древних обществ, а тем самым с их военной мощью, автор сопоставляет исторические события и колебания климата степной зоны Евразии. Этим способом он получил ряд уточнений, позволивших ему подробно обрисовать историко-географический фон, на котором сталкивались различные культурные влияния с местными формами оригинальной культуры Восточной Европы. Так, ╚белое пятно╩ в истории нашей Родины ныне закрыто, хотя работу в этом направлении нельзя считать законченной.

В исторической части почти все тезисы автора для читателя неожиданны. Китай, который казался мирной страной, обижаемой кочевыми соседями, выступает как хищный агрессор... и это убедительно доказано на широком историческом фоне. Обры представлены как реликт культуры Турана. Половцы описаны и на их азиатской родине. Византия, по мнению автора, не ╚второй Рим╩, а ╚анти-Рим╩. Нестору-летописцу Л. Н. Гумилёв отказывает в доверии, опираясь на работу А. А. Шахматова и автора этих строк. Поход Святослава рассматривается не как грабительский набег славянского викинга, а как освободительная война против купеческой компании, эксплуатировавшей покоренные народы.

Все непривычно, но убеждает внутренней логикой и широтой анализа.

В заключительных главах книги Л. Н. Гумилёв рассматривает причины того явления, вследствие которого большая часть памятников искусства и культуры погибла. Он полагает, что здесь играла роль не только плохая сохранность шедевров из нестойких материалов или из драгоценных металлов, которые постоянно переливали в слитки, но и иконоборческая направленность некоторых сект, а вернее, течений мысли ≈ катаров, богумилов, исмаилитов.

Последние разделы написаны особенно удачно. Силу, противостоящую уничтожающему Времени, автор видит в Жизни, порождающей страсть и волю к действию. И он рассматривает Жизнь как планетарное явление, свойственное Земле. Укажу, что все предшествующие книги Л. Н. Гумилёва имели большой читательский успех и были переведены за рубежом. Мне известно, с каким интересом относятся к работам Л. Н. Гумилёва, например, в Венгрии и Польше, а также во Франции, Англии и США.

Эта книга ≈ весомый вклад в развитие отечественной, и не только отечественной, истории. Впрочем, значение ее выходит далеко за рамки традиционного понимания истории как науки. Книга Л. Н. Гумилёва, безусловно, станет заметным явлением нашей культурной жизни.

Академик Д. С. Лихачев

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top