Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

8. Анты с конца четвертого до середины шестого века

Хотя ссылки на антов делались в ряде случаев в предшествующих разделах, теперь настало время рассмотреть вновь антскую проблему и постараться нарисовать общую картину распространения антов и их цивилизации. Такая картина не будет полна вследствие лакун в свидетельствах источников. Мы уже видели, [121] что в сармато-готский период существовали две группы антов: одна - в регионе верхнего Донца, другая - в регионе нижнего Буга. Значительное количество их должно было проникнуть в Крым вместе с аланами [122]. После алано-готской войны 375 г. часть антов могла двинуться в Бессарабию как вовлеченная в общее аланское перемещение. В конце пятого и в начале шестого века, когда склавены начали смещаться на юг в регион нижнего Дуная, анты могли занять часть территории, до этого заселенной склавенами, в регионах Киева и Волыни; для подкрепления этого предположения не существует, однако, достаточных свидетельств. В целом анты едва ли занимали протяженную территорию большого размера, и было бы затруднительным определить точно границы экспансии антов.

Вслед за гуннским вторжением и, в особенности, за последующим разложением Гуннской империи этническая и политическая ситуация в черноморских степях была в определенной мере осложнена. Аланские и славянские общины были ограничены со стороны тюркскими и угорскими племенами. По свидетельству Прокопия, река Днестр представляла собою восточную границу бессарабской группы антов [123]. Что же касается донецкой группы, то она была отрезана от моря гунно-булгарскими ордами. Однако множество антских поселений видимо продолжали существовать как в регионе нижнего Дона, так и в районе Северного Кавказа, где анты были смешаны с ас и аланами.

Высказанные выше соображения могут быть до определенной степени подтверждены данными топонимики и археологии. Мы уже видели, что имя ас отражено во множестве названий местности в Южной Руси [124]. Ввиду тесных связей между ас и антами, мы можем предположить, что в определенных случаях имя ас использовалось также для обозначения антов. Проблема, разумеется, довольно сложна. С нашей точки зрения, анты могли всегда называться ас, поскольку они были славянами, управляемыми аланскими родами. С Другой стороны, ас не всегда должны отождествляться с антами, поскольку во многих случаях они были чистыми иранцами без какой-либо примеси славянской крови. Таковы были северокавказские ас, или осетины. В регионе дельты Кубани, равно как и в Крыму, мы можем предположить существование как иранской, так и славянских ветвей ас (т.е. антов). Поэтому имена некоторых крымских мест, производные от названия "ас", могут рассматриваться как свидетельство антской экспансии. В данной связи имена города Кичкас (Кучук Ас.) на нижнем Днепре и города Ясы в Молдавии одинаково могут быть упомянуты. Оказывается, что остров Березань в широком устье Днепра был также известен как Аас [125].

Попытка изучения археологического фона антов впервые была предпринята покойным А.А. Спицыным [126]. Его заключения были предварительными, в особенности поскольку он не включал аланские древности в поле своего исследования. Спицын впервые рассмотрел предмет с топографической точки зрения. С его точки зрения, территория, заселенная антами, простиралась от региона нижнего Днестра до верхней реки Донец. Согласно Спицыну, группа древностей шестого и седьмого веков, выполненная в характерном стиле и обнаруженная на территории предполагаемой экспансии антов, должна быть идентифицирована как антские древности. Он таким образом относит к антам множество драгоценных кладов этого периода, обнаруженных в различных местах Херсонской. Киевской, Черниговской, Полтавской, Екатеринославской, Харьковской и Воронежской губерний. Заключения Спицына были недавно подтверждены и развиты Б.А. Рыбаковым.

По Рыбакову, [127] заселенная антами территория простиралась от нижнего Дуная до реки Донец. Согласно Рыбакову, следующая группа древностей пятого, шестого и седьмого столетий, найденных на этой территории, может рассматриваться как антская: пальчатые и простые застежки, подвески, лунообразные украшения, квадратные металлические пластины, крупчатые грубые металлические ушные кольца, браслеты с расширяющимися концами, спиральные ушки (для крючка и иглы); массивные поясные пряжки; односторонние гребни определенного типа с высокой орнаментированной задней стороной; височные кольца и т. д. Большинство этих вещей сделано из бронзы или серебра, но некоторые из золота. К этому перечню следует прибавить мечи антского типа. В другой связи сам Рыбаков упоминает антские мечи седьмого века [128].

Приведенный выше перечень будет, возможно, существенно пересмотрен и расширен, если когда-нибудь будет предпринято систематическое параллельное исследование антских и аланских древностей. Подходящей археологической стоянкой для такого исследования будет Верхний Салтов в районе верхнего Донца [129]. Поселение Верхний Салтов было важным коммерческим пунктом в торговле между Северной Русью и Азовским регионом. Раскопанные объекты относятся к периоду между шестым и девятым столетиями, но весьма возможно, что поселение ас здесь было основано задолго до шестого века. Позднее Верхний Салтов был оккупирован мадьярами и затем, возможно, шведами. Отсюда и противоречия во мнениях различных ученых, которые изучали древности Харьковской губернии, где расположен Верхний Салтов. Шведский ученый Т. Арн ссылается на некоторые древности, найденные в этой губернии, как на шведские [130]. Венгерский археолог Н. Феттих определил некоторые из салтовских предметов как мадьярские [131]. Итак, некоторые предметы, обнаруженные в Верхнем Салтове и вокруг него, могут быть шведскими, другие мадьярскими, а иные и аланскими (асскими, антскими).

По мнению Рыбакова, центр цивилизации антов находился в районе среднего Днепра, в Киевской и Черниговской губерниях; на востоке антская территория включала регионы по рекам Десне, Сейму, Пселу, Ворскле и достигала Дона у Воронежа; на юге она достигала нижнего Днепра. Нужно отметить, что Рыбаков не проводит различия между границами распространения антов в ранний период (пятое и первая половина шестого столетия) и поздний период (вторая часть шестого и седьмое столетие). Подходя к проблеме с точки зрения общего исторического фона, мы можем предположить, что регион нижнего Буга и Бессарабия были территориями ранней антской цивилизации. И только позднее ее центр сместился на север, в регион Киева. Как предполагает сам Рыбаков, некоторые древности антов схожи с древностями византийских городов на северном черноморском побережье. Это - свидетельство тесной связи между антами и греками; подобная связь наиболее легко объяснима, если предположить, что по крайней мере некоторые антские поселения были расположены вблизи Черного моря. Это также указывает на существование алано-антских общин в Крыму.

В то время как сельское хозяйство кажется опорой антской экономики, скотоводство также было хорошо известно антам. В византийских и сирийских источниках мы встречаем ссылки на склады проса и овощей в селении антов; [132] на антские поля на Дунае; [133] на стада скота и лошадей [134]. Анты, кажется, селились кланами или большими семьями типа задруги и уделяли большое внимание созданию поселений, недоступных их врагам. "Они живут в лесах и на болотах, между реками и озерами; их поселения имеют много выходов на случай опасности" [135]. Несколько мест старых поселений, которые могут быть отнесены к антским, недавно были раскопаны на Украине [136]. Таково городище Гочево, относящееся к шестому и седьмому столетиям, на берегу реки Ворсклы и др. Остатки славянского (антского) поселения также были найдены в Борщево [137]. Земельный план антского городища борщевского или гочевского типа состоит из большого центрального круга, по периметру которого выстроены землянки; поселение имеет множество выходов. Это хорошо соответствует описанию Маврикия. Землянки городища этого типа квадратные, 5 на 5 метров; в центре каждого находилась глиняная плита, а по стенам земляные скамьи. Близ хижины находились ямы для хранения пищи; зерна проса и кости домашних животных (корова, свинья, овца, коза) были обнаружены в таких ямах.

Обратимся теперь к политической и социальной организации антов. Прокопий именует ее демократией. "Поскольку эти народы, склавены и анты, не управляются одним человеком, но жили с древних времен при демократии, и соответственно все, предполагающее их благосостояние, во благо или во зло имеет отношение ко всем людям" [138]. Согласно Маврикию, "как склавены, так и анты живут в мире и не позволяют кому-либо подчинять их... У них нет высшей власти, и они всегда бранятся друг с другом" [139]. Картина политической организации антов, данная Прокопием и Маврикием, однако неполна, поскольку мы знаем из других источников, что определенные группы или общины антов возглавлялись вождями, имеющими значительный авторитет. Так, как мы видели, [140] во время алано-готской войны 375 г. анты находились под предводительством царя Боза и семидесяти знатных особ [141]. Менандер также упоминает "архонтов" антов [142].

Поскольку (по нашему мнению) анты были славянами, организованными иранцами (аланами), правящий род антов должен был быть иранского происхождения. Существенно, что имена антских вождей, как это зафиксировано в хрониках, во многих случаях иранские или полуиранские. Таковы, например, имена Ардагаста, [143] Пейрагаста, [144] Келагаста [145]. Это сложные имена. Вторая часть каждого, "-гаст", также известна как отдельное имя из керченских надписей (G a s a c h s ) [146]. Она может быть иранской, кельтской, фракийской или славянской, но факт ее использования в Боспорском царстве показывает, что она была в любом случае ассимилирована иранцами. Некоторые славянские имена следуют тому же образцу, как, например, Доброгаст [147].

Когда в гуннский период анты стали принимать участие в кампаниях в дальние регионы, некоторые из их вождей не упустили возможности самообогащения трофеями войны и пленными, что должно было значительно увеличить их социальный престиж. Возможно, что именно таким удачливым антским вождям могли принадлежать ценные клады, обнаруженные в русско-украинской лесостепной зоне. Один такой клад был найден в 1927 г. близ деревни Большой Каменец в Льговском районе Курской губернии; большинство предметов этого клада теперь находятся в Оружейной палате в Москве [148]. Здесь можно упомянуть в их кругу серебряный кувшин с чеканным рельефом, который частично позолочен. Он греческой работы и имеет клеймо константинопольской мастерской. Судя по его стилю, он может быть предварительно датирован 400 г. н.э. Знаменитый Перещепинский клад, [149] найденный в 1912 г. и с тех пор хранившийся в Эрмитаже, может также рассматриваться как часть сокровищницы антского вождя. Дата в этом случае - седьмой век.

9. Византия, анты и булгары в первой четверти шестого века

Мы уже упомянули, [150] что к концу 460-х г. византийский государственный деятель Аспар был заинтересован в стимулировании антской колонизации региона нижнего Дуная. Убийство Аспара (471 г.) и последующие изменения в византийской политике предотвратили византийско-антское сближение в это время. После смерти Аспара византийское правительство обратилось за поддержкой к исаврийцам, и после смерти императора Льва командир исаврийского гвардейского полка Зенон достиг трона. В период правления Зенона (474 - 491 гг.) византийское правительство старалось сохранить дружественные отношения с гуннами, в результате чего последние, теперь называвшиеся булгарами, вновь появились на нижнем Дунае и возможно подчинили себе склавенские и антские общины, которые могли обосноваться в регионе в это время.

Смерть Зенона породила радикальные изменения в имперской политике. Ведущие представители византийской администрации были достаточно хорошо знакомы с беззаконием исаврийской военной диктатуры, и, по их совету, вдова Зенона Ариадна (бывшая дочерью Льва I) провозгласила силенциариуса Анастасия новым императором [151]. Анастасий, правивший с 491 по 518 г., был зрелым и опытным администратором. Его первый шаг был направлен на слом высокомерия исаврийцев. Согласно его приказу, собственность Зенона была конфискована и его брат арестован и депортирован, хлебный рацион исаврийских солдат был значительно урезан, что и вызвало восстание во всем исаврийском гвардейском полку. Хотя восстание в столице было быстро подавлено, потребовались годы прежде чем исавры были усмирены.

Воспользовавшись гражданской войной в империи и, возможно, призывом о помощи исавров, гунно-булгары, вероятно усиленные антами, вторглись во Фракию (493 г.). Как мы уже упоминали, [152] в хронике комеса Марцеллина эти захватчики названы скифами. Шесть лет спустя булгары (на сей раз так названные в хронике Марцеллина) вновь предприняли рейд во Фракию и нанесли сокрушительный удар по византийской армии (499 г.). В 502 г. случился еще один булгарский набег. Три года спустя начались неприятности в регионе среднего Дуная, где командующий войсками федератов Мунд восстал против империи [153]. Иоанн Малала полагал, что он был гепидом, [154] а комес Марцеллин - гетом [155]. Информация Марцеллина обычно очень надежна, но, к сожалению, значение слова "гет" в этот период очень туманно. Изначально гетэ или геты были фракийцами [156]. Около шестого века их потомки уже смешались с различными пришельцами. Следуя классической традиции, Иордан называет готов гетами [157]. В этом особом случае, однако, Иордан описывает Мунда не как гета, а как соплеменника Аттилы, т.е. гунна [158]. Еннодий в панегирике Теодориху, остготскому королю Италии, пишет о Мунде как о булгаре, [159] т.е. опять же гунне. Итак, Мунд был либо гунном, либо гетом, и в любом случае он не был готом. Противоречие в источниках относительно него может быть объяснено тем, что будучи гунном, он возглавлял "гетское" восстание. Но что подразумевается под именем гет в этом случае? Весьма возможно, что славяне [160].

Нужно принять во внимание, что ситуация на дунайской границе империи была в первой половине шестого века довольно благоприятной для постепенного проникновения славян в регион. Для защиты имперской границы по берегам Дуная были расположены не регулярные армейские полки, а в основном сообщества федератов, рекрутированных из различных варварских племен, среди которых были и славяне. Когда бригада федератов оставалась на годы в той же провинции, ее командир начинал чувствовать себя не византийским офицером, а автономным пограничным правителем. В благоприятный момент он требовал от императора назначения strategos ("военачальником") или magister militum ("повелителем солдат") с полной властью над войсками и гражданским населением провинции. Получив отказ, он восставал против императора. Таким, возможно, был ход событий в случае Мунда, и так же должно было позднее обстоять дело с Виталианом и Псевдо-Килбудом. Нужно добавить, что местное население обычно поддерживало всем сердцем такие восстания, поскольку надеялось избавиться от имперских сборщиков налогов.

Хотя восстание Мунда в конечном итоге было подавлено, император Анастасий хорошо понял его опасные последствия и решил в пользу безопасности и обеспечения лучшей защиты своей столицы и ее пригородов от дальнейших случайностей. Он поэтому приказал построить фортифицированную линию, так называемую Длинную Стену, которая должна была протянуться от Деркоса на Черном море до Селимбрии на Мраморном море. Эта стена была завершена к 512 г., ее длина была около пятидесяти миль.

В 514 г. случился новый кризис, затронувший империю гораздо более болезненно, нежели восстание Мунда. На сей раз восстание поднял Виталиан, комес федератов в Малой Скифии (Добруджа). Согласно Иоанну Малалосу, он был фракийцем [161]. Термин этот к сегодняшнему дню утратил какое-либо определенное этническое наполнение и должен пониматься географически - уроженец Фракии. Имя "фракиец" стало, таким образом, синонимом термина гет. В "Истории церкви" Захарии Ритора Виталиан определяется как гот [162]. Комес Марцеллин называет Виталиана скифом, но в то же время, комментируя убийство византийского полководца одним из адъютантов Виталиана, говорит, что он был убит "гетским ножом" [163]. Под этим он очевидно подразумевает, что он был убит по приказу гета; поскольку генерал был убит по приказу Виталиана, отсюда следует, что Виталиан был гетом.

Мы можем рассматривать Виталиана как гета или гота, или, возможно, потомка как "гетских", так и "готских" предков. Кто же были предки Виталиана? Мы знаем, что имя его отца было Патрикий или Патрикиол. В данной связи мы можем вспомнить, что одного из сыновей Аспара также звали Патрикиол или Патрикий [164]. Не был ли Виталиан внуком Аспара? [165] Если это принять, то объясняется многое в психологии Виталиана: его самоуверенность и властный тон в переговорах с константинопольским правительством. Следует, однако, отметить, что в то время как Аспар был арианином, Виталиан - защитник ортодоксии. Но также возможно, что после смерти Аспара его сын Патрикий (в котором мы видим отца Виталиана) мог отойти от арианства и быть обращенным к ортодоксальной вере [166]. Если мы идентифицируем Виталиана как внука Аспара, мы должны согласиться, что в его жилах текла как готская, так и гетская (аланская) кровь. В любом варианте ясно, что Виталиан был тесно связан с местным населением Добруджи, которое было частично аланским, а частично, возможно, также антским.

Виталиан взбунтовался после того, как император Анастасий приказал magister militum Фракии Ипатию прекратить выплату жалования Виталиану и сократить выплаты его федератской бригаде. Приказ кажется вышедшим после получения императором от его шпионов некоторой негативной информации относительно Виталиана. Фактически же сам императорский приказ ускорил события и привел к гражданской войне. С начала своего восстания Виталиан старался разработать собственную программу на широком идеологическом фундаменте. Он заявил, что его основной целью была чистота ортодоксальной веры против монофизитских тенденций Анастасия [167]. Это заявление обеспечило ему поддержку ортодоксального духовенства в Константинополе и Риме. Что же касается его личной роли, Виталиан потребовал от императора своего назначения господином солдат (magister militum) Фракии. Подобное назначение казалось гарантированным, и хранитель провинциальной казны в Одиссе (Варна) счел своим долгом передать Виталиану все ее фонды. С помощью этих фондов Виталиан не имел трудностей в сборе около пятидесятитысячной армии, которую он повел на Константинополь, не встречая никакого сопротивления. Длинная Стена оказалась плохой защитой, и вскоре солдаты Виталиана появились под стенами самого города. У Виталиана не было, однако, достаточно сил для штурма города, и поэтому он выказал готовность обсудить перемирие, к числу условий которого относилось перенесение спора о религиозных проблемах на суд папы. Хотя Виталиан и не был назначен военным наместником Фракии, бывший наместник был уволен, а Виталиан и его адъютанты получили щедрые подарки от императора.

После заключения мира Виталиан вернулся в Добруджу. Соглашению не суждена была долгая жизнь, поскольку у императора не было желания сохранять перемирие. Новоназначенному наместнику Фракии были даны секретные инструкции арестовать Виталиана как только все успокится. Виталиан узнал об этом плане и решил ударить первым. Один из его адъютантов, гунн Таррак, убил наместника. Когда новость об этом убийстве достигла Константинополя, император Анастасий собрал чрезвычайное заседание государственного совета, и Виталиан был объявлен врагом народа. Восьмидесятитысячная армия была выслана для ведения действий под командованием бывшего господина солдат Ипатия. Дабы предотвратить угрозу, Виталиан призвал на помощь банду гунно-булгар из задунайского региона и с их помощью напал на византийский лагерь в Одиссосе. Имперские войска были жестоко разбиты, а сам Ипатий взят в плен.

Виталиан подступил к Константинополю во второй раз. Теперь в его распоряжении был флот - около двухсот дунайских речных лодок. Вспоминая о навыках славян в навигации, [168] мы можем предположить, что большинство из этих лодок управлялось дунайскими славянами. Поскольку Константинополь был в опасности полной блокады, у императора не было иной альтернативы, как заключение мира с Виталианом на условиях последнего. Они были таковы: должен быть выпущен имперский указ об ортодоксии; в своих епархиях должны быть восстановлены епископы, смещенные из-за отказа достичь компромисса с партией монофизитов: Виталиан должен быть назначен господином солдат (magister militum) Фракии и получить 5000 фунтов золота компенсации.

Хотя император согласился с этими условиями, он не думал о верности им. Историк Феофан Исповедник приписывает Анастасию следующие слова по этому поводу: "Существует закон, предписывающий императору лгать и нарушать свою клятву, если это необходимо для благополучия Империи" [169]. Виталиан со своей стороны не доверял императору и попытался найти новых союзников на случай будущих непредвиденных событий. Скорее всего по его наущению гунны-сабиры совершили вторжение в черноморские провинции Византийской империи в 515 г. [170] Неясно, имел ли Анастасий какую-либо определенную информацию относительно переговоров между Виталианом и сабирами или же лишь подозревал о наличии контактов между ними, но он, очевидно, решил обезопасить себя и в 516 г. сместил Виталиана с поста господина солдат. Вместо подчинения императорскому приказу Виталиан повел свои войска к Константинополю в третий раз, вновь используя свои армию и флот. Согласно хронисту Иоанну Малала, среди этих солдат и матросов были готы, гунны и скифы [171]. Кажется возможным, что под скифами подразумевались славяне. В этот раз Виталиан проиграл кампанию. Имперские войска возглавлял храбрый и умелый полководец Юстин, который, подобно Виталиану, сам был фракийского происхождения, но не "гетского" - т.е. не был аланом или, в противоположность мнению Шафарика, не был славянином [172]. Имперский флот находился под командованием Марина, министра финансов, который использовал химическое соединение, изобретенное Проклом Афинским (возможно, смесь серы и лигроина), с тем чтобы поджечь вражеские корабли [173]. Это или схожее с ним изобретение стало позднее известно как "греческий огонь". При его помощи был уничтожен флот Виталиана, после чего сухопутная армия отступила в беспорядке (516 г.). Некоторые из его адъютантов были взяты в плен и казнены. Самому Виталиану удалось добраться назад в Добруджу.

Хотя Виталиан потерял надежду на успех и в дальнейшем не нарушал мира, его последняя кампания, несмотря на ее неудачу, побудила дунайских "гетов" - в данном случае определенно славян -к новым действиям. В 517 г. их огромные банды вторглись в Иллирию и в Македонию, опустошая страну, захватывая состоятельных горожан в заложники и требуя огромные выкупы от городов, которые они не могли захватить [174]. В своем повествовании об этих событиях хронист комес Марцеллин ссылается на пророчество Иеремии относительно стрелы молнии, летящей с севера [175]. Следует отметить, что высказывания Марцеллина обычно очень сжаты и конкретны, без литературного украшения. В этом случае он мог прибегнуть к библейской параллели под влиянием проповеди Прокла в 434 г. [176]

Вскоре после "гетского" вторжения император Анастасий умер в почтенном возрасте 88 лет (518 г.). Несмотря на всех своих противников, ему удалось полностью перестроить византийскую финансовую администрацию так, что к моменту его смерти излишек золота в 320000 фунтов был аккумулирован в имперской казне. Его преемником был Юстин I, который победил Виталиана в 516 г. Юстин I начал свое царствование с контрнаступления на славян, которые были вытеснены на север через Дунай и не выступали в течение всего его правления (518-27 гг.) [177].

В качестве меры предосторожности Юстин решил выманить Виталиана из своего убежища в Добрудже в Константинополь, с тем, чтобы предотвратить возможность организации им еще одного восстания. Виталиану гарантировали амнистию и назначение консулом, что предполагало его личное появление в столице. Он был с почестями встречен императором Юстином и предполагаемым наследником Юстинианом, племянником императора. Вскоре он был убит. Историк Прокопий в своих "Anecdota" ("Historia Arcana", "Секретная история") обвиняет Юстиниана в приказе совершить убийство [178]. Однако "Секретная история" не является надежным источником по делам личного характера; весьма возможно, что убийство Виталиана было местью родственника за смерть одного из византийских официальных лиц, убитого по приказу Виталиана во время его восстания.

10. Политика Юстиниана I по отношению к антам и булгарам

Правление Юстиниана (527-65 гг.) - один из наиболее значительных периодов византийской истории [179]. Во многих отношениях это был период культурного расцвета. Храм св. Софии и кодификация римского права - два наиболее примечательных памятника эпохи Юстиниана. Что же касается внешней политики, он поставил для себя целью восстановление Римской империи в ее прежних границах - задачу, как показали события, неразрешимую. Для достижения своих целей Юстиниан должен был вести нескончаемые войны, для чего он не только расточал накопления, оставленные в казне Анастасия, но расшатал имперскую финансовую систему в целом и перенапряг возможности налогоплательщиков на многие годы вперед. Внимание Юстиниана было разделено между западом и востоком. С одной стороны, шла изнурительная борьба с Сасанидскими царями; с другой стороны, византийские войска воевали с готами и вандалами за восстановление в составе империи Италии, Африки и Испании.

В свете этой ситуации, дунайская граница привлекала малое внимание дипломатов и генералов Юстиниана. Их основной стратегией на нижнем Дунае была защита. Однако даже такая скромная цель представляла большую трудность из-за славянского напора, который был временно приостановлен при Юстиниане I, но теперь приобрел новую силу.

С этого момента, благодаря Прокопию, наша информация о славянах становится более точной. Как мы видели, [180] Прокопий разделяет дунайских славян на две группы - склавенов и антов. Склавены могут рассматриваться как прародители сербов и антов, русских и булгар. Предки хорватов, по крайней мере так называемые "белые хорваты", были, возможно, ближе к антам, чем склавены. В своей "Секретной истории" Прокопий говорит о славянских рейдах: "Иллирия и Фракия полностью, охватывая всю территорию от Ионийского залива до окраин Византии, включая Грецию и фракийский Херсонес, захлестывались практически каждый год гуннами, склавенами и антами со времени воцарения Юстиниана в Римской империи, и они творили ужасный хаос среди жителей региона. Во время каждого вторжения более двухсот тысяч римлян, как мне кажется, уничтожались или обращались там в рабство, так что везде в этой земле утверждалась подлинная "скифская дикость" [181]. Также в "Истории войн" Прокопий, комментируя события четвертого года царствования Юстиниана (531), говорит следующее: "Гунны и анты, склавены уже много раз форсировали (Дунай) и наносили невосполнимый ущерб римлянам" [182].

С самого начала правления Юстиниана его правительство предприняло серию мер дипломатического и военного характера для защиты дунайской границы. Как мы видели, характерный метод византийской дипломатии состоял в использовании противоречий среди варварских народов и натравливании их друг на друга. Через своих агентов и шпионов имперское правительство пристально следило за развитием политических событий не только на самой границе, но также и в глубинных степных районах. В поисках народов, которые могут быть противовесом славянам, византийские дипломаты естественно вспоминали о булгарах. Булгарские орды контролировали черноморские степи и регион Азова и Северной Таврии, так что Таврида (Крым) была наиболее удобным местом наблюдения за их перемещениями и контакта с ними. Город Херсонес в Крыму был твердо в византийских руках с римских времен, но Боспор (Керчь), который был независимым, был еще более важен для империи. В правление Юстиниана I в Боспор был послан специальный представитель с заданием нанять отряд гуннов кутригуров (булгар) на имперскую службу. Миссия не была удачной, но подготовила почву для последующих переговоров.

В первый год царствования Юстиниана варварский вождь по имени Грод прибыл из Крыма в Константинополь. Он был, согласно одним источникам, гунном, а по другим - герулом [183]. Его крестили и отослали назад в Тавриду как "союзника" императора. Однако его родственники и соплеменники встретили его с подозрением и вскоре началось восстание против его правления, которое возглавлял некий Мугел или Муил [184]. Имя известно только в греческой транскрипции. С тем чтобы восстановить первоначальное имя, мы должны помнить, что согласные "м" и "6" часто взаимозаменимы в тюркских диалектах. Не могло ли имя вождя восстания быть Буил или Боил вместо Муил? Если так, оно должно, возможно, рассматриваться как титул, нежели как личное имя, поскольку мы знаем, что в поздний период существования царства дунайских булгар вожди и знать именовались боил [185]. Поэтому возможно, что восстание против Грода было организовано его боярами. В любом случае, Грод был побежден и убит своими противниками [186].

Юстиниан послал тогда к Боспору морскую эскадру, и город боспор (Керчь) был временно оккупирован византийскими войсками. Юстиниан, однако, не считал нужным прямо аннексировать Боспор в состав своей империи и решил вместо этого восстановить древнее Боспорское царство. Потомок бывшего боспорского царя был посажен на трон под именем Тиберий Юлий Диуптун. В надписях того времени [187] вместе с новым царем упоминаются два его приближенных: епарх Исгудий и комес Опадин [188]. Титулы византийские, но имена звучат как местные. Новый боспорский царь был, конечно, вассалом Юстиниана, хотя его официальный титул был "Друг кесаря, друг римлян".

Установив свой контроль над Боспором, Юстиниан обратил внимание на безопасность дунайской границы. В 531 г. один из наиболее способных офицеров имперской армии Хилбуд (Хилбудий) был назначен главнокомандующим во Фракии с инструкцией не позволить славянам пересекать Дунай [189]. Хилбуд не ограничивал свои усилия чисто защитными операциями, но сам пересек реку и предпринял несколько кампаний на земле славян в северном направлении. В 534 г. он был убит в битве. Имя Хилбуд антское, и возможно, что он был антом по происхождению. По Прокопию, до своего назначения в дунайскую армию он был членом личного гвардейского подразделения (огрета) Юстиниана, а такие соединения обычно комплектовались в то время из иностранных солдат.

Смерть Хилбуда имела своим следствием отступление византийской армии, и славяне могли теперь опять вторгаться во Фракию. Дальнейшая угроза была отвращена умелыми усилиями византийской дипломатии, которая преуспела в посеве семян раздора между склавенами и антами. Эти два народа начали взаимную ссору и на некоторое время оставили в покое Византию. Как раз во время склавено-антской войны молодой ант, чье имя было также Хилбуд, был взят в плен склавенами [190]. Его склавенский господин любил его и обращался с ним, как с членом своей свиты, а не как с рабом. Хилбуд, в свою очередь, привязался к своему хозяину и стал верным последователем. Мы должны сохранить в памяти этот эпизод, ибо он будет иметь некоторые важные следствия.

Обратимся теперь к общему развитию событий. Мы видели, [191]

[191] что в четвертом и пятом веках имперское правительство нанимало готов, аланов и гуннов для защиты своих границ. Аналогичным образом Юстиниан имел булгарские и славянские подразделения в своей армии, и они оказались очень полезными в его войне против Остготского королевства в Италии. Весной 537 г. византийский главнокомандующий Велизарий был осажден готами в Риме. Византийский гарнизон был малочисленным, и его положение было серьезным, когда несколько кавалерийских эскадронов, насчитывавших вместе тысячу шестьсот человек, пришли на выручку Велизарию. Согласно Прокопию, эти эскадроны состояли из гуннов (булгар), склавенов и антов [192]. С их помощью командующему удалось отбить атаки врага, и в марте 538 года готы отступили от Рима.

Хотя значительное количество булгар поступило на имперскую службу и присоединилось к византийским войскам в Италии, основная орда кутригуров использовала готскую войну для атаки византийских владений на Балканском полуострове, которые были почти отрезаны от имперских войск. В 539 - 540 гг. булгары провели рейды по Фракии к Эгейскому побережью и по Иллирии до Адриатического моря. Вскоре за ними последовали анты и прошлись с грабежами по Фракии. Кажется, что у антов появилась теперь идея постоянного захвата Фракии, как это попытался сделать Виталиан четверть столетия ранее. Им нужен был, однако, лидер, способный претендовать на место губернатора Фракии, как это делал Виталиан, и обладающий авторитетом, признаваемым не только славянами, но и греками. В этих обстоятельствах вспомнили имя покойного военачальника Хилбуда, и Псевдо-Хилбуд был подготовлен к роли властителя. Согласно Прокопию, [193] план предложил один греческий пленник, захваченный антами во Фракии. Его исходный мотив должен был быть чисто личным - желание обрести свободу от уз плена. Его первым ходом было сообщение своему господину, что ему известен секрет, знание которого поможет ему (господину) получить значительную денежную сумму. Хозяин заинтересовался информацией, и грек сказал ему, что Хилбуд, считавшийся мертвым, в действительности живет в плену в склавенских землях. Если его освободить и привезти в Константинополь, имперское правительство выплатит большое вознаграждение помогшему ему человеку. Господин грека пожелал предпринять попытку, и они двинулись вместе в земли склавенов, обнаружили анта Хилбуда и выкупили его у склавенского хозяина. Однако, когда Хилбуд был доставлен в землю антов и получил почести от своего спасителя как полководец Хилбуд, он опроверг такое отождествление. Грек, который создал план, сказал теперь своему господину, что этот человек действительно полководец, но боится признаться в этом до прибытия в Константинополь.

Слух о прибытии Хилбуда быстро распространился среди антов, было созвано общее собрание, и Псевдо-Хилбуд был провозглашен вождем племени антов. Было решено обратиться к императору, с тем чтобы вновь назначить его на пост главнокомандующего дунайской армией. Тем временем, император, не зная ничего о появлении Псевдо-Хилбуда, сам послал представителя к антам, предлагая дружбу, если они эмигрируют в Туррис, город "к северу от Дуная", как лаконично сообщает Прокопий. Он может быть идентифицирован как Тирас в устье реки Днепр (Аккерман) [194]. Заставляя антов там поселиться, Юстиниан очевидно имел в виду использовать их в качестве стражей северо-восточной границы империи против булгар. Анты согласились при условии назначения Хилбуда командующим пограничного района. Новый лидер антов был послан в Константинополь для личных переговоров с императором. Однако случилось так, что в дороге он встретил византийского полководца Нарсеса, который шел на Италию. Нарсес лично знал настоящего Хилбуда и был в состоянии обнаружить обман. Он арестовал самозванца и доставил его в Константинополь, где тот был задержан.

Несмотря на арест, анты согласились разместить войска в Тирасе (около 544 г.) [195]. В 547 г. вспомогательный батальон антов помог византийской армии в Лукании против остготов. Хотя соединение было довольно маленьким - лишь триста человек - оно оказалось очень ценным благодаря способности антов вести войну в холмистой местности [196].

Итак, в Италии, и в черноморских степях анты служили Византии. Оказывается, что теперь они формально признали сюзеренитет императора, и характерно, что Юстиниан вскоре присоединил эпитет "Антский" к своему титулу [197]. Что же касается склавенов, с ними не было заключено никакого соглашения, и начиная с 547 г. они возобновили свои рейды на Фракию, которые продолжались пять лет [198].

Хотя антский гарнизон был размещен в Тирасе для предотвращения атак булгар-кутригуров, эта защита, очевидно, не казалась достаточной Юстиниану, и он решил окружить кутригуров, заключив союз с восточной ветвью булгар - утигурами, которые жили к юго-востоку от Азовского моря. Богатые подарки и деньги были посланы хану утигуров, с тем чтобы заставить его атаковать кутригуров с тыла. Предложение было принято и вскоре утигуры двинулись на север, сопровождаемые двумя тысячами готов-трапезитов. После продолжительной борьбы объединенные силы утигуров и готов разбили кутригуров, взяв множество пленных и захватив стада лошадей. Юстиниан не хотел, однако, полностью опрокинуть баланс сил в степях, давая слишком много преимуществ утигурам, и он сделал противоположный ход - предложил свою защиту кутригурам [199]. Изобретение не сработало, поскольку предательская природа византийской политики становилась слишком очевидной; напротив, два булгарских племени теперь объединились против империи.

В 551 г. банды кутригуров прорвались сквозь антский барьер и напали на Фракию [200]. Зимой 558 или 559 г. огромная орда булгар и славян под предводительством хана Забергана пересекла Дунай, разграбила Фракию и Македонию и появилась у фракийского Херсонеса (Галлиполи) [201]. Оставив там часть своих булгаро-славянских войск, Заберган с основным соединением булгар подошел к самому Константинополю. И лишь ценой крайних усилий ветеран Велизарий сумел организовать защиту столицы и отбросить силы Забергана назад за Длинную Стену. Славяне в армии Забергана, однако, предприняли попытку атаковать Константинополь с моря. Не имея лодок, они спешно соорудили множество плотов, на которых двинулись вперед. Эта импровизированная флотилия была, как и можно было ожидать, легко уничтожена византийским флотом [202].

Несмотря на эти неудачи, сухопутная армия Забергана все еще могла нанести большой ущерб Константинополю, отрезая связи столицы с Фракией. Штаб был временно устроен в Аркадиополе (Люлебургас). Византийцы должны были послать богатые "подарки" хану-захватчику в качестве платы за его возвращение в степи. Существовала, однако, и другая причина отступления Забергана: были получены известия о появлении ранее неизвестной воинственной орды к востоку от Дона, идущей из монгольской пустыни. Новости говорили об опасности, и булгары поспешили домой. Новой ордой были авары.

Примечания

[121] См. гл. III, разд. 7, ср. разд. 2 выше.

[122] См. разд. 6 выше.

[123] Procopius, VII, 14, 32 - 33.

[124] См. разд. 6 выше; также гл. III, разд. 7.

[125] Так назван в русской "Жизни св. Этерия", "Жития святых" Дмитрия Ростовского, 7 марта, цитировано Брюном 1, 92.

[126] А.А. Сницын. "Древности антов". АНОРС, 101 (1928), 492 - 495.

[127] Рыбаков, с. 320 - 323.

[128] Там же, с. 337.

[129] Готье, с. 58 - 62; А.М. Покровский. "Верхне-Салтовский могильник", ТАС, XII, I (1905); В.А. Бабенко. "Новые систематические исследования Верхне-Салтовского могильника", ТАС, XIV, 3 (1911),

[130] Arne, pp. 57 - 59.

[131] Fettich, p. 188; ср. Захаров, с. 67 и далее, с. 73.

[132] Mauricius, XI, 5.

[133] Более точно Менандер говорит о "славянских" полях в этом случае.

[134] Procopius, VII, 14, 22; John of Ephesus apud Michael Syrus, ed. Chabet, p. 380; ef. Markwart, p. 483.

[135] Mauricius, XI, 5.

[136] Рыбаков, с. 323 - 325.

[137] См. гл. I, разд. 3 - о древнем культурном слое Борщево.

[138] Procopius, VII, 14, 22.

[139] Mauricius, XI, 5.

[140] См. разд. 2 выше.

[141] Jordanis, See. 247.

[142] Menander, frg. 6 (p. 5).

[143] 'Ardagasgoz (Theophylactus, I, 7, 5: VI, 7, I; VI, 9, I).

[144] Peiragastoz ;(Theophylactus, VII, 4, 13).

[145] Kelagastoz , (Menander, frg. 6).

[146] Vasmer. Iranier, p. 37.

[147] Dabragasthz (Agathias, III, 6).

[148] Л.А. Мацулевич. "Погребение варварского князя", ГА, 112 (1934).

[149] Граф А.А. Бобринский. "Перещепинский клад", MAP, 34 (1914). Некоторые археологи относят перещенинские находки к аварам, АН, 18 (1936), 59 ff.

[150] См. разд. 7 выше.

[151] О6 Анастасии см. Bury, I, chap. XIII; Charanis; Кулаковский, I, 432 - 521.

[152] См. разд. 7 выше.

[153] Bury, I, 460.

[154] Malalas, p. 450; cf. Theophanes, p. 218.

[155] Marcellinus, s. a. 505.

[156] См. гл. II, разд. 2.

[157] De Origine Actibusque Getarum" - название работы Иордана об истории готов. В своей терминологии Иордан следует за Кассиодором.

[158] Jordanis, See. 301.

[159] Ennodius, p. 278.

[160] Ср. Васильев. Славяне, с. 407 - 408.

[161] Malalas, p. 402; cf. Exc. Ins., p. 169.

[162] Zacharias Rhetor, p. 136.

[163] Marcellinus, s. a. 512.

[164] См. разд. 7 выше.

[165] Подобное отождествление проводилось Тиллемоном, с. 414 и Гиббоном, IV, 207, но отвергнуто - без объяснения оснований - Момзеном, "Гермес", IV (1872), 349, N 1.

[166] В любом случае нам известно, что Патрикий пообещал оставить арианство, если он будет сделан кесарем (Кулаковский, I, 353).

[167] О религиозной политике Анастасия см. Карана.

[168] См. гл. III, разд. 9.

[169] Theophanes, р. 161.

[170] Charanis, pp. 63 - 64.

[171] Malalas, p. 405; cf. Exc. Ins., p. 169.

[172] Safarik, p. 160 f.; Ср. А. А. Васильев. "О славянском происхождении Юстиниана", ВВ, I (1894), 469 - 492.

[173] Malalas, p. 403; cf. Exc. Ins., p. 169. Прокл Афинский был, возможно, известным неоплатоником. Charanis, р. 64, 52, отрицает это отождествление па основании смерти неоплатоника Прокла в 482 г. (484, согласно PW, 28, 1760). Однако Прокл мог до своей смерти передать формулу кому-либо из своих учеников, и сказанное одним из них от имени покойного философа могло быть приписано Малаласом самому Проклу,

[174] Кулаковский, I, 469. Ср. Васильев. Славяне, с. 407.

[175] Marcellinus, s.а. 517, ссылаясь, возможно, на Иеремию, 6.22.

[176] См. разд. 4 выше.

[177] Мы можем вывести подобное заключение из Procopius, Anecdota, XVIII, 20.

[178] Procopius. Anecdota, VI, 27 - 28.

[179] О правлении Юстиниана см. Bury, II; Ch. Diehl. Justinien; Кулаковский, II, 37 334.

[180] См. гл. III, разд. 7.

[181] Procopius. Anecdota, XVIII, 20 - 21.

[182] Idem, VII, 14, 2.

[183] Схожие эпизоды запечатлены в хронике Малаласа, один относительно гуннского царя Грода или Горда (Grwd), а другой о герульском предводителе Грете или Грепе (Grephz )- См. Malalas, pp. 427 - 428, 431 - 433. Cf. Bury, II, 311; and Schmidt, p. 554. Бромбер считает эти два персонажа тождественными, см. RS, 20, 358.

[184] M o n g e l , Malalas, р. 432.

[185] См. гл. VI, разд. 6 ниже.

[186] Bury, II, 311.

[187] IPE, II, N 49. См. Кулаковский. Таврида, с. 59; Васильев, с. 71 (с хронологической поправкой).

[188] Ср. разд. 6 выше.

[189] Procopius, VII, 14, I - 2; ср. Левченко, с. 38 - 39.

[190] Idem, 14,8.

[192] Procopius, V, 27, I.

[193] Idem, VII, 14, 12 ff.

[194] Bromberg, pp. 58 - 59: cf. Brun, 1, 243.

[195] Burg, II, 297.

[196] Procopius, VII, 22, 3 - 4.

[197] Codex Justinianus, ed. Krueger, p. 3.

[198] Кулаковский, II, 220 - 221.

[199] Procopius, VIII, 18, 18 - 24; 19, 7 - 22. Cf. Bury, II, 303.

[200] Кулаковский, II, 225.

[201] Agathias, 5, 12 - 15; Theophanes, pp. 233 - 234. Cf. Bury, II, 304 - 308; Кулаковский, II, 225 - 227.

[202] Idem, 5, 12; ср. Кулаковский, II, 226 - 227.

 

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top