Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

Глава ╡

МОНГОЛЬСКОЕ ЗАВОЕВАНИЕ

1. Всемирно значимые моменты монгольской экспансии

Монгольская экспансия XIII века была одним из важных и судьбоносных взрывов в истории человечества, которые время от времени меняют судьбы мира. По масштабам своего влияния на всемирную историю оно может быть соотнесено с варварскими нашествиями V века, которые опрокинули Римскую империю, положив конец древнему миру, а также с триумфальным маршем ислама в VII столетии. Несмотря на всю их значимость для культурной и экономической истории Европы, крестовые походы, которые представляли противоположное движение - контратаку христианского Запада против ислама, достигли гораздо более ограниченных целей и принесли с собой меньшие территориальные изменения, нежели арабский натиск, не говоря уже о монгольском потопе.

Говорилось, что монгольское вторжение "может быть описано поистине как одно из наиболее ужасных несчастий, которые когда-либо постигали человечество". [+1] И, разумеется, когда мы думаем о таких плодах монгольской победы, как разорение стран с древней культурой, подобных Китаю и Персии, о превращении частей процветающего царства Хорезм (Туркестан) в пустыню, разрушении процветающих русских городов с их передовой цивилизацией и, прежде всего, о тотальной резне в том случае, когда нации пытались оказать сопротивление захватчикам, то нетрудно понять ужас, наводившийся монголами в одинаковой степени как на мусульман, так и на христиан. Даже если число мужчин, женщин и детей, убитых на пути их вторжения, преувеличено хронистами, общее число жертв монгольских войн могло достигать нескольких миллионов.

Счет потерь шокирует. Ни одна территория и период истории не знали подобной концентрации массовых убийств. И все же следует запомнить, что и противники монголов не испытывали отвращения к кровопролитию. Со всеми своими высокими идеалами и возвышающимися цивилизациями, как средневековая Европа, так и средневековый Ближний Восток представляют на протяжении длительного периода печальную хронику жестокости и варварства не только в войнах между нациями, но и в подавлении религиозных и иных меньшинств внутри каждой нации. Более того,- как свидетели двух мировых войн и двух революций - красной и коричневой, мы знаем, что параллельно с технологическим прогрессом присутствует значительный рост массовых убийств. Разумеется, наше ╚просвещенное╩ поколение перекрыло рекорды Чингисхана и его полководцев. И не приходим ли мы постепенно, судя по данным ежедневной прессы, к идее, что число смертей во второй мировой войне будет значительно большим в глобальной войне с использованием новых источников энергии, доступных нам?

Как бы то ни было, монгольское нашествие было, конечно, ужасным несчастьем для подвергшихся ему стран. Но описание трагических результатов человеческой жестокости и безумия - не единственный долг историка; он должен изучать целостное воздействие войн и революций на жизнь и историю человечества. Историки второй мировой войны вовлечены сейчас не только в исчисление жертв и цены потерь, но также и в широкое изучение правительственной и военной политики того времени и влияния войны на мир. Точно также исследователь монгольского нашествия должен рассматривать как сам мрачный террор, принесенный им человечеству, так и его влияние на азиатские и европейские нации. Не будет преувеличением сказать, что большая часть Старого Света - огромное пространство от берегов Тихого океана до Адриатического побережья, от Китая до Венгрии - было поглощено монголами на длительный или короткий период, в зависимости от силы монгольского захвата. Курс истории множества могучих азиатских и европейских наций внезапно изменился, а итоги и последствия монгольского владычества ощущались столетиями в Китае, Персии и Руси.

В то время как нации Запада трепетали при первых вестях о монгольском нашествии на Русь, и еще более, когда волна прилива достигла Польши и Венгрии, [+2] Западная Европа была одним из немногих уголков Старого Света, не затронутых крутой переменой за рубежами. Более того, натиск на запад турок-османов в конце XIV и XV столетий был, с точки зрения истории, побочным продуктом монгольской экспансии. Османское завоевание Константинополя (1453 г.) гораздо более впечатлило западные нации, нежели разграбление Киева монголами два столетия назад. Хотя монгольские всадники подошли близко к воротам Вены, они не остались там надолго; но опасность для Вены со стороны османских турок длилась до конца XVII века. В этой косвенной форме последствия монгольского натиска угрожали Западной Европе почти столь же долго, как они терроризировали Русь. И следует напомнить, что Константинополь - теперь известный как Стамбул - все еще находится в турецких руках. Конечно, благодаря странной иронии судьбы, Стамбул сегодня рассматривается как оплот западного мира, в то время как - "святая Москва" стала для многих жителей Запада столицей неверных и оплотом отвратительного Востока.

Картина истории, однако, не является всецело черно-белой. В любом конфликте между нациями никогда не бывает так, чтобы негодяи были на одной стороне, а герои - на другой. Существуют объективные силы, затрагивающие в равной мере политику добрых и злых правителей. Составляющие исторический процесс силы используют каждый возможный канал. Как указывает сэр Генри Ховарт, монголы принадлежали "к тем твердым, мускулистым расам, взращенным среди нужды и тяжелых обстоятельств, в крови которых присутствует хороший элемент железа и которые периодически посылаются для уничтожения живущих в роскоши и достатке; для того, чтобы оставить пепелища от искусств и культуры, которые способны взрасти лишь под сенью богатства и легких жизненных обстоятельств... Подобно чуме и голоду, монголы были, по сути, мотором уничтожения; и если это и болезненная, угнетающая при чтении история, она все же необходима, при условии нашего желания понять великий путь человеческого прогресса". [+3] По мнению сэра Генри, радикальные методы, примененные монголами, послужили цели обновления загадочных обществ, подвергшихся агрессии. Процветание этих народов "было пустым и претенциозным, их величие было заметным, но поверхностным сиянием, и больное тело нуждалось в остром средстве излечения; надвигающаяся апоплексия могла быть, возможно, отсрочена интенсивным кровопусканием, деморализованные города должны были быть приправлены солью, а их обитатели подвергнуться вливанию свежих потоков сильной крови из незараженной пустыни". [+4]

Это - пример аргумента "крови и железа", который служил столетия в интерпретации социологической функции войн в истории. Существует, однако, более позитивный аспект исторической роли монгольской экспансии. Объединив большую часть Евразии под единым правлением, монголы преуспели, хотя и на относительно недолгий период, в обеспечении безопасности великого сухопутного пути из Китая к Средиземноморью. Естественным результатом монгольского мира стал определенный культурный обмен между Китаем, Ближним Востоком и Европой. "У меня нет сомнений, - говорит Ховарт, - ... что искусство печати, морской компас, огнестрельное оружие и многие другие детали социальной жизни были не открытием Европы, а импортированы при посредстве монгольского влияния с Дальнего Востока". [+5] Как пишет турецкий историк А. Зеки Валиди Тоган, - "вторжение турок и монголов... не было всеобщей катастрофой. Оно акцентировало исторический момент, на протяжении которого новые регионы вошли в орбиту цивилизации". [+6]

Социологическая экспансия монголов стала последней великой волной западной эмиграции евразийских кочевников. Монголы последовали путем скифов, сарматов, гуннов [+7]; им предшествовали в понтийских степях печенеги и половцы. [+8] Арабская экспансия VII столетия была параллельным натиском иной группы кочевников.

Принимая во внимание масштабность территории, завоеванной монголами, мы можем сказать, что монгольская фаза кочевнической экспансии составила кульминацию этих натисков. Однако первоначальные монгольские племена, объединенные Темучином (Чингисханом), были численно не сильнее печенегов и половцев. В чем же причины ошеломляющего успеха монгольского натиска? Каким образом случилось, что нация, насчитывающая не более миллиона человек, завоевала большинство иных наций с общим населением около ста миллионов? Одной из побудительных причин для монгольского воина была его часть в военной добыче, но этот мотив поведения относится в равной степени и к воинам иных кочевых племен. Среди главных условий успеха монголов были неподготовленность их соперников, отсутствие единства немонгольского мира и неспособность других понять устремленный характер монгольского натиска. Другой причиной было совершенство армейской организации, достигнутое Чингисханом. До изобретения пороха и огнестрельного оружия немногие нации могли создавать и поддерживать силу, тактически и стратегически равную монгольской кавалерии или способную соперничать с ней в духе и воле к завоеваниям.

Внезапный взрыв агрессии среди монголов в начале тринадцатого столетия все еще остается психологической загадкой. Если использовать аналогию с физической наукой, взорвался сгусток психической энергии. Общепринято, что начальная сила арабской экспансии VII века, говоря психологически, была производной от рвения и фанатизма новой религии. Но Чингисхан не принадлежал ни к одной из великих укоренившихся церквей; его называли язычником как мусульмане, так и христиане. Его религиозная политика состояла в веротерпимости относительно всех исповеданий. Традиционные верования монголов являли собою смесь шаманизма и поклонения Небу. Во все критические моменты своей жизни Чингисхан вспоминал "Вечное Голубое Небо". Но он не позволял шаманам вмешиваться в государственные дела. Итак, мы не можем сказать, что Чингисхан принадлежал к шаманистской "церкви"; наоборот, он полагал, что связь между ним и церковью была личной. И это понимание было сопряжено с осознанием собственной миссии - завоевать мир, чтобы установить в нем универсальное состояние мира. Это было глобальной задачей; и по крайней мере некоторые народы исламского Ближнего Востока и христианского Запада, уставшие от внутренней борьбы и постоянных войн, должны были находиться под ее впечатлением. Историк XIII в. Аб-уль-Фарадж так комментировал ведущую идею Чингисхана: "...в поведении, подобном его, монгольская вера в Бога проявила себя. И благодаря этому они завоевывали и будут завоевывать". [+9]

Суммируя, мы можем сказать, что Чингисхан был вдохновлен религиозным чувством, связанным с идеалом универсального государства. Его религиозность не может быть, однако, названа государственной религией, поскольку психологически связь между ним и Богом была прямой, а не через какую-либо традиционную церковь. На этой почве Гиббон даже счел возможным охарактеризовать религию Чингисхана как 'систему чистого теизма и совершенной терпимости". Сравнивая ее с законами Чингисхана, он говорит: "Именно религия Чингиза более всего заслуживает нашего восторга и аплодисментов". [+10]

2. Мусульманский и христианский миры накануне нападения монголов

В ноябре 1095 г. на церковном соборе в Клермонте, во Франции, духовный глава западного мира папа Урбан II призвал христианские нации "поднять крест" против неверных и "освободить" Святую землю, уверяя их, что такова Божья воля. Через несколько недель вся Европа знала об этом, и вскоре мусульмане Леванта - на которых намечалась атака - были также проинформированы о планах христиан. Это пример тесной связи между христианским и мусульманским мирами в средние века. Наслаждаясь спокойной жизнью или погружаясь в состояние войны, эти два мира находились в состоянии единства. Как знают все, первый поход был победоносным: Иерусалим пал в 1099 г. Мы часто склонны забывать, когда разглагольствуем о высоких целях крестового похода, что захват Святого города сопровождался ужасной резней. Согласно Фульхерию Шартрскому, крестоносцы не щадили даже женщин и детей. Другой хронист, Раймонд Аржильский, передает, что "в храме и на крыльце Соломона люди ехали верхом по колено и до поводьев в крови... Город был полон мертвыми телами и кровью╩. И все же он полагал это великолепным судом Господа, согласно которому это место должно быть заполнено кровью неверных, поскольку страдало столько времени от их святотатств". [+11] Город был вновь взят мусульманами в 1187 г.; третий крестовый поход оказался не в состоянии освободить его от их власти. В результате дипломатической игры и коммерческих амбиций Венеции четвертый поход оказался направлен против Византийской империи и против мусульман. Иерусалим "освобожден" не был, и вместо этого крестоносцы взяли и безжалостно разграбили Константинополь (1204 г,). [+12]

В то время как христиане сражались с мусульманами, и христиане Запада атаковали христиан на восточном направлении, тучи сгущались на Дальнем Востоке. В 1206 г. в дальних областях Монголии родовое собрание предводителей (курултай) провозгласило одного из соплеменников, Темучина, императором Земли и дало ему новое имя Чингисхан. Надвигался монгольский "крестовый" поход.

Это моментальное событие прошло совершенно не замеченным мусульманами или христианами. Никто на Западе в это время не знал о существовании Монголии. В 1241 г. мнение многих выразил образованный европеец, говоря, что "существует только семь краев на свете: а именно те, где живут индусы, эфиопы или мавры, египтяне, иерусалимцы, греки, римляне и французы". На этом основании они отказывались верить, что монголы в действительности пришли с Дальнего Востока. [+13]

Мусульманский Ближний Восток был, конечно, гораздо ближе к Монголии, нежели к европейскому Западу. Хорезмские купцы торговали с уйгурами восточного Туркестана, а уйгурские торговцы посылали свои караваны к монголам. Однако прошло много лет, прежде чем решения курултая 1206 г. стали известны в Хорезме, и даже тогда их зловещее значение не было сразу же понято.

Хорезмская империя являлась в это время важнейшей мусульманской силой на Ближнем Востоке. Власть шаха Хорезма была признана в большинстве мест Туркестана и Персии. [+14] Далее на юге халифат Аббасидов в Ираке находился в состоянии упадка. Египет и Сирия управлялись султанами династии Айюбидов, основанной знаменитым Саладином (Салах ад-Дином) в 1169 г. В Малой Азии султанат сельджуков был главной силой. [+15] Между этими большими государствами были зажаты меньшие по размеру, среди которых были христианские царства Грузия и Армения, Особая исламская религиозная группа в Персии, с ветвью в Ливане, упивалась большим влиянием и властью по отношению к малому числу ее приверженцев. Основанная в конце XI в., она принадлежала к так называемому движению исмаилитов в шиитской ветви ислама. Группа была связана строгой дисциплиной и верностью шейху, "Старцу Горы", как именовали его крестоносцы. Основным методом расправы последнего со своими противниками было тайное убийство. Ни один обидевший его человек не мог укрыться от кинжалов его агентов, чей фанатизм увеличивался благодаря курению гашиша, от чего и происходит их имя и наше понятие - "убийца" ("ассасин"). [+16] Ассасины вели постоянную скрытую войну против Аббасидов, крестоносцев и сельджуков. Среди их жертв были избранный король Иерусалима Конрад (убит в 1192 г.) и известный визирь сельджуков Низам аль-Мульк, автор замечательного трактата о государстве ╚Сийасет-нама╩, убитый в 1092 г. [+17]

Христианский мир являл не более единства, нежели исламский. На Западе было два института, претендовавших на универсальность: римская католическая церковь и Священная Римская империя германской нации. Их власть не признавалась всей Восточной Европой, но в особенности - греческим православием. Более того, историческое продолжение подлинной Римской империи - Византийская империя - группировалась вокруг Константинополя до 1204 г.

Еще до низвержения греческой империи на Босфоре и установления там латинской империи власть папы римского чрезвычайно укрепилась благодаря крестовым походам. Папы теперь имели в своем распоряжении армию и испытывали большое искушение использовать ее в своих интересах. [+18] Крестовые походы постепенно приобрели новый смысл, получив направленность не только против мусульман, но также и против раскольников (греческих православных). Атака на Константинополь представляла собой южное направление римско-католического натиска; одновременно северный путь был открыт немецким миссионерам и рыцарям в Балтийском регионе. Орден меченосцев был создан в Ливонии в 1202 г. За ним последовал Тевтонский орден в Пруссии (1229 г.). [+19] Так быстро обретал форму антиправославный крестовый поход.

Одновременно в 1209 г. начался внутренний крестовый поход, направленный против ╚еретиков╩ дома - альбигойцев и катаров. [+20] Хотя власть папы имела тенденцию к быстрому расширению, ее рост в значительной степени подрывали расхождения между Римом и "Римской империей" германцев. Глубокий конфликт между императорами и папами высасывал силы обеих сторон. Драматическая борьба Фридриха Барбароссы (1155-99 гг.) и папы завершилась поражением амбициозных планов первого и компромиссом. Сын Фридриха Конрад сохранял, по крайней мере внешне, мир с папой, но в правление его сына Фридриха II (1215-50 гг.) началось новое силовое столкновение между церковью и империей. Кроме того, император встретился с оппозицией со стороны некоторых из его сильных вассалов, а также ряда городов; и вне империи существовали могучие государства, подобные Франции и Англии.

Политические и религиозные трения в мусульманском и христианском мирах, равно как и конфликт между двумя Палестинами, ослабил потенциал их сопротивления какой-либо внешней опасности, подобной той, что исходила из Монголии. В социальной организации существовало много сходства между западным феодализмом и иктой (феодом) как формами организации Переднего и Ближнего Востока. [+21] Хотя императоры и короли поддерживались могучей аристократией, время от времени приходилось отвечать на требования своих неверных вассалов, которые казались им чрезмерными. Крестьяне эксплуатировались либо их господами, либо сборщиками налогов, в зависимости от природы режима в каждом случае. Города поднимались; ремесла и торговля процветали в Европе и на Ближнем Востоке, от Хорезма до Италии. [+22] Относительно образования и технологии, несмотря на так называемый "Ренессанс XII века" в Европе, мусульманский Восток был, возможно, все еще на более высоком культурном уровне в то время, нежели Запад. При этом жизнь как в Европе, так и на Переднем и Ближнем Востоке была легка лишь для немногих. Деспотические капризы восточных властителей затрагивали даже этих избранных, а правители на Западе тоже бывали тиранами. Несколько процветающих городов Северной Италии были разрушены императорами; когда начинался внутренний крестовый поход, без разбору уничтожались как действительные, так и подозреваемые "еретики"; задача спасения душ невинных оставалась на долю Бога.

Быстрое распространение "ересей" на Западе, Переднем и Ближнем Востоке было само по себе знаком неудовлетворенности обычного человека своей судьбой. Это подчеркивало еще один аспект внутренней слабости как христианского, так и мусульманского миров.

До сих пор с целью упрощения аргументации я избегал каких-либо ссылок на Русь. Читатель найдет картину политической, экономической и культурной ситуации на Руси в конце XII и начале XIII веков в предшествующем томе этой серии. [+23] Здесь же достаточно сказать, что, подобно Западной Европе, Русь, несмотря на политические расхождения среди князей, добивалась постепенных экономических и культурных завоеваний. Более того, ее свободные политические институты обеспечивали ей уникальность положения между восточными монархиями и западными феодальными государствами. Однако внутренняя борьба ее князей и нарастающая опасность крестового похода с Запада серьезно ставили под угрозу шансы Руси отвратить опасность нашествия с Востока.

3. Монгольские племена в конце XII столетия

Монголия может рассматриваться как наиболее восточная часть евразийской степной зоны, которая протянулась от Маньчжурии до Венгрии. С древнейших времен эта степная зона была колыбелью различных кочевых племен иранского, тюркского, монгольского и маньчжурского происхождения.

Кочевое общество проявляло высшую мобильность, а политика кочевников отличалась динамизмом. Пытаясь использовать проживающие рядом народы и контролировать наземные торговые пути, кочевники собирались время от времени в огромные орды, способные начать натиск на далекие земли. [+24] В большинстве случаев, однако, создаваемые ими империи не были очень крепкими и разваливались так же легко, как и создавались. Итак, периоды единства кочевников и концентрации их власти в одном особом племени или группе племен перемежались с периодами раскола во власти и отсутствия политического единства. Следует вспомнить, что западная часть степной зоны - понтийские (причерноморские) степи - контролировалась первоначально иранцами (скифами и сарматами), [+25] а затем тюркскими народами (гуннами, аварами, хазарами, печенегами и половцами). [+26] Также тюрки в ранний период контролировали саму Монголию: гунны - от древних времен до I века нашей эры; так называемые восточные тюрки - от VI до VIII веков; уйгуры - в конце VIII и начале IX столетия. Предположительно, монгольские элементы были перемешаны с тюркскими во многих из кампаний последних и тогда, когда монголам уже удалось сформировать относительно крепкое собственное государство (Сяньби в восточной Монголии с 1-го по 4-й века; Кидан в Монголии, Маньчжурии и Северном Китае в XI столетии) [+27]; но в целом до Чингисхана монголам не удавалось играть какую-либо ведущую роль в степной политике.

В XII столетии в Монголии не существовало централизованного государства. Множество племен и объединений родов жили в различных частях страны без каких-либо пограничных линий между ними. Большая часть их говорила на монгольском языке, за исключением западного региона, где тюркский язык был также в ходу. В более отдаленном этническом фоне была сильная примесь иранской крови как у тюрков, так и у монголов. Предполагают, что народы, принадлежавшие к кавказской расе, населяли Центральную и Восточную Азию, включая Китай, с незапамятных времен. К этой расе, согласно Грум-Гржимайло, должно относиться имя Дилинг, упоминаемое в китайских хрониках. [+28] Несмотря на этот туманный фон, можно сказать более ясно, что в течение последних столетий до христианской эры северные иранцы, историческим центром которых был регион Хорезма, распространились на запад и восток от него. Как лингвистические, так и археологические данные говорят об этой экспансии. Изображения всадников, выбитые на камнях по реке Енисей, поразительно схожи с образами аланских всадников на настенных изображениях в Крыму. [+29] На надписи начала VIII века, обнаруженной в Монголии, упоминаются войны между тюрками и асами (аланами [+30]). [+31] Позднее мы встречаем "асуд" (т.е. ас), включенными в "правое крыло" монгольской нации, т.е. среди монгольских племен. [+32] Каким бы ни был этнический источник племен, населявших Монголию в XII столетии, все они были схожи в стиле жизни и социальной организации, и поэтому можно говорить об их принадлежности к одной культурной сфере. В то время, однако, не существовало родового имени для обозначения целостности этих племен и родов. Имя "монгол" изначально относилось к одному маленькому племени. Это племя вышло на передний план в начале XII века, но в середине века было разбито своими соседями - татарами - и подверглось дезинтеграции. Затем татары, в свою очередь, стали одним из лидирующих племен Монголии. [+33] Меркиты, кераиты и найманы были тремя другими ведущими племенами. [+34] Следует вспомнить, что в Западной Европе слово "татары╩" произносимое как "тартары", применялось в качестве родового имени ко всем монгольским завоевателям. Эта именная форма была частично игрой схожести изначального имени с классическим Тартаром. Как объясняет хронист Матвей Парижский, "эта ужасная раса сатаны-татары┘ рванули, вперед, подобно демонам, выпущенным из Тартара (поэтому их верно назвали "тартарами", ибо maк могли поступать только жители Тартара). [+35] В русском языке имя сохранилось в своей изначальной форме (татары). Многие воины монгольских армий, которые вторглись на Русь, были тюрками под монгольским руководством, и поэтому имя татары в конечном итоге применялось на Руси к ряду тюркских племен, которые поселились там после монгольского вторжения, подобно казанским и крымским татарам. В современную эпоху русские востоковеды для обозначения тюркских народов стали использовать имя "тюрко-татары". Что же касается имени "монгол"╥, то оно избежало забвения благодаря причуде истории - случайной принадлежности будущего императора Чингисхана к одному из монгольских родов. С его приходом к власти все племена Монголии объединились под его предводительством, и была создана новая "нация", известная как монголы. Для большей простоты мы должны называть все эти племена монголами, даже говоря о XII столетии.

Следует отметить, что, хотя монгольские племена и жили в степной зоне, некоторые племена и роды селились на северном краю степей или даже в лесной зоне, на Байкале, верхнем Енисее и на Алтае. Деление первоначальных монгольских племен на лесные и степные очень важно для лучшего понимания раннего монгольского фона. [+36] Степные племена были в основном коневодами и скотоводами, как того и следовало ожидать; охота была их вторичным занятием. Люди лесов, с другой стороны, являлись главным образом охотниками и рыболовами; среди них были также очень искусные кузнецы. Экономически две части монгольских племен находились в отношении взаимодополнения. Степные люди особенно интересовались сибирскими мехами, поставляемыми жителями лесной зоны; они также нуждались в опытных обученных кузнецах для изготовления своего оружия.

По своим религиозным верованиям лесные племена были шаманистскими; степные люди, хотя и подверглись влиянию шаманизма, были, в первую очередь, почитателями Неба; среди обеих групп широкое распространение получил культ огня. Обе группы имели тотемных животных и табу. Обе использовали грубо вырезанные фигурки, некоторые из них имели человеческие черты, а другие представляли собою животных. Это были не "идолы"╥, как их называли ранние европейские путешественники, или "фетиши" в обычном употреблении слова, а скорее религиозные или магические символы почитания; они известны как онгон. [+37]

Среди лесных племен шаманы в конечном итоге получили значительную политическую власть. В степном окружении быстро развивалась могущественная светская аристократия, среди которой существенное количество приверженцев нашли в течение XII столетия как буддизм, так и несторианское христианство. [+38] Согласно хронисту Аб-уль-Фараджу, все племя кераитов было обращено в несторианство уже в XI веке. [+39] Несторианская вера достигла Монголии из региона Переднего Востока через Туркестан. Уйгуры - тюркский, народ, который поселился в восточном Туркестане (теперь известном как Синьцзян) в середине VIII в. и достиг относительно высокого уровня культуры, - служили посредниками между Передним Востоком и Монголией в этом, равно как и во многих других случаях.

Монгольское общество XII столетия базировалось на патриархальных кланах. [+40]. Монгольский род (обог) состоял из родственников по отцу и был экзогамным; брак между его членами был запрещен, и, таким образом, невесты приобретались путем сватовства или покупались у иных родов. Поскольку полигамия была традиционным институтом у монголов, каждый из них нуждался во многих женах, что еще более осложняло проблему. Все это часто вело к умыканию будущих жен и, следовательно, к многочисленным столкновениям между родами. С тем чтобы сохранять мир, некоторые роды заключали взаимные соглашения относительно браков своих потомков на базе регулируемого обмена. Когда в процессе естественного роста семей род становился слишком велик, чтобы оставаться неделимой единицей, его ветви отходили от общего ствола с целью формирования новых родов. Образованные таким образом роды, однако, признавали свое происхождение от общего отца: о них говорили как о принадлежавших одной и той же "кости" (ясун). [+41] Браки между потомками всех этих родов были запрещены. Каждому монголу преподавалась с раннего детства его генеалогия и родовые отношения, и это знание было для него священно. Историк Рашид ад-Дин сравнивает силу родовых связей среди монголов с аналогичными приоритетами у арабов. [+42]

Единство рода базировалось не только на кровных отношениях, но и на религиозном чувстве. Каждый род, включая живых его членов, мертвых предков и будущих потомков, был самодостаточной религиозной группой и в этом смысле рассматривался как бессмертный. Центром духовной жизни рода и, в меньшей степени, семьи был культ очага. Исключение из числа участвующих в обрядах рода и актах почитания означало изгнание из самого клана. Старший сын основной ветви, исходящей от вождей рода, традиционно отвечал за клановый культ. Наиболее почитаемые имели титул беки. С другой стороны, самый младший сын в семье рассматривался как хранитель очага (очигин) и наследовал основную часть отцовского имущества. [+43] Этот дуализм функций и прав кажется свидетельством двух различных понятий в системе религиозных и кровнородственных отношений родов и семей.

Чтобы пасти свой скот и обрести определенную защиту против внезапного нападения других родов и племен, несколько родов обычно объединялись во время сезонной миграции. Такое объединение совместно устраивало палаточный лагерь, который иногда насчитывал около тысячи жилищ, расположенных по периметру огромного круга, известного как курень. [+44]

Наиболее богатые и сильные роды предпочитали, однако, пасти свои стада сами. Лагерь такой группы, состоявший из относительно малого количества палаток, именовался аилом. Следует отметить, что некоторые богатые роды сопровождались вассальным или рабским родом (унаган богол), в этом случае рабство было результатом поражения в межплеменной войне. Аильская система выпаса стад составляла экономический фундамент богатства и могущества выдающихся родов. На этой базе среди монголов установилось аристократическое общество, сравнимое с феодальным обществом средневековой Европы. Монгольский рыцарь был известен как багатур (храбрый; сравни с русским "богатырь") или сецен (мудрый). Глава группы рыцарей назывался нойоном (господином).

На более низкой ступени иерархической лестницы находились простолюдины, имеющие статус свободных. Их называли харачу, дословно "черные". [+45] Еще ниже были рабы. Большинство их в этот период не были индивидуально связаны с личностью господина, но являлись членами побежденного рода, обязанными, как и род в целом, служить победителям. С формированием класса рыцарей начался процесс феодальной интеграции, наиболее сильный нойон в округе принимал на себя властные функции сюзерена по отношению к иным рыцарям, его вассалам. Общение с китайцами способствовало формированию понятий вассальных отношений, и некоторые из нойонов обращались к китайскому императору за инвеститурой и получали китайские титулы такие, как таиши (герцог) и ван (царь). В XII веке Китай был разделен на две империи: Южный Китай находился под властью династии Сун; на севере управляли маньчжурские завоеватели - Чжурчжэни (по-китайски - Нучен), которые обосновались в Пекине в 1125 г. Они были известны как Золотая династия (Цзинь). Продолжая традиции ранних китайских императоров, Цзинь жестко отслеживали события в Монголии, с тем чтобы предотвратить создание там единого государства. Агенты Цзинь старались сохранять баланс власти между индивидуальными монгольскими племенами. Как только одно племя становилось опасно сильным, Цзинь поставляли оружие соседнему племени, с тем чтобы оно воевало против выскочки, или же пытались организовать коалицию племен против него. Эта дипломатия по отношению к "северным варварам" базировалась на принципе, который направлял Рим и Византию в отношениях с северными соседями; разделяй и властвуй (Divide et impera). Именно с помощью китайцев татары получили возможность разгромить, монголов в середине XII столетия. В 1161 г. для поддержки татар сильная китайская армия была послана в Монголию.

Обманным путем татары захватили монгольского хана Амбагая и послали его в столицу Цзинь - Пекин (тогда известный как Енкин). Здесь его казнили - прибили гвоздями к деревянному ослу, что считалось особо унизительным способом расправы с преступником. Правительство Цзинь надеялось, что монгольская опасность таким образом будет устранена. Но, как показали события, китайцы добились лишь временной отсрочки.

4. Подъем Темучина

Власть степного аристократа зависела от поддержки как его свиты, так и рода, а также родов, принадлежащих одной "кости". Его богатство состояло в основном из его стад, равно как и из добычи, полученной в набегах на соперничающие с ним роды и племена. После удачного рейда стада соперника присоединялись к его собственным. Неудачливый предводитель набега терял свой престиж в глазах сородичей и вассалов, которые могли даже оставить его и перейти к более сильному нойону. Если кони и скот аристократа были истреблены животными паразитами или уведены более счастливым соперником, это могло стоить ему жизни. Если он выживал, он и его сородичи могли стать рабами победителя. Даже избежав рабства, он находился под постоянной угрозой нужды и должен был существовать охотой и рыболовством. Если в это время его оставляли все вассалы и большинство родичей, что наиболее вероятно, он не имел людей для охоты с обкладыванием зверя, для большой игры и должен был удовлетворяться ловлей сурков и мышей. Именно это и случилось в юности с будущим завоевателем мира. Только железные люди не поддаются отчаянию в таких обстоятельствах и стремятся к финальному торжеству даже с малым шансом на успех. Темучин оказался таким человеком. Его поддерживали в его твердости традиции его рода, которые были привиты ему с детства, и вера в свою судьбу.

По рождению Темучин принадлежал к монгольскому роду Борджигин. [+46] Он был праправнуком могущественного Кабул-хана, который решался воевать не только с татарами, но также и с китайцами. После поражения в войне с татарами монгольские роды значительно утратили свое влияние. Отец Темучина Есугей-Багатур был мелким вождем по сравнению с дедом, но в маленьком мирке, в котором он вращался, его положение позволяло ему наслаждаться престижем храброго воина и главы рыцарского сообщества, славного представителя традиций своего клана. Как было принято среди монголов, Есугей заучил генеалогию своего клана, и позднее то же сделал его сын. В 1240 г. эта генеалогия была зафиксирована в письменной форме и введена в официальную историю монголов, в так называемую "Тайную историю", представлявшую собой скорее героическую поэму, нежели ученый трактат, хотя она и базировалась частично на действительных фактах.

Согласно этой генеалогии, монголы происходят от пары тотемных животных: серого волка (Борте Чино) и самки оленя (Коа-Марал). [+47] В данной связи следует отметить, что волк и олень (или самка оленя) были среди тотемных животных тюрков, а также северных иранцев. [+48] В дополнение к Коа-Марал монголы чтили память еще одной прародительницы - Алан-Коа, жены рыцаря Добун-Мергана, потомка первоначальной пары прародителей. Имя Алан-Коа требует специального внимания. ╚Коа╩ означает ╚красивая╩. ╚Алан╩ является, возможно, этническим именем могущественного иранского народа - аланов. Как уже упоминалось, кланы аланского происхождения существовали среди монгольских племен. Кажется, что у Борджигинов, как и некоторых других монгольских родов, была примесь аланской крови. Важно, что монгольский эквивалент слова "слава" (алдар) является заимствованием из аланского. [+49] По-осетински [+50] ╚алдар╩ означает ╚вождь╩, ╚князь╩. [+51] Весьма возможно, что аланские рыцари древности впечатляли праотцев монголов своими великими делами. Случилось так, что в мингрельском языке аланы (алан) означает "герой", "храбрец". [+52] В общем, Алан-Коа может быть переведено как ╚Прекрасная Аланка╩.

Согласно монгольской традиции, последние три сына Алан-Коа (одним из которых был прародитель Чингисхана) были рождены через длительное время после смерти ее мужа. Относительно этого была создана легенда, которая рождение этих трех сыновей приписала вмешательству свыше. [+53] Это предание было введено в монгольскую генеалогию, а его вариант включен персидским историком Рашидом ад-Дином в "Историю монголов". С осторожностью, достойной похвалы, Рашид возложил ответственность за подлинность истории на свои источники - в данном случае на монгольскую традицию. [+54] Согласно как "Тайной истории", так и Рашиду ад-Дину, сама Алан-Коа объяснила своим родным и, позднее, сыновьям случившееся чудо. "Каждую ночь во сне я видела кого-то со светлыми волосами и голубыми глазами бесшумно входящим, подходящим близко ко мне и затем исчезающим прочь. [+55] Когда они вырастут... эти дети, рожденные мной, будут императорами и ханами нашего народа и иных народов". [+56] "Тайная история" упоминает о луче света, исходящем от чудесного посетителя Алан-Коа.. [+57]

Где источник этой истории? Эрнст Херцфельд предположил, что монгольская легенда - не более чем вариант повествования о сверхъестественном рождении Александра Великого. [+58] Херцфельд отмечает, что легенда об Александре была широко распространена в исламском мире; он даже рассматривает имя Алан-Коа (которое транскрибирует: Алангоа) как искажение Олимпии (имени матери Александра) и пытается его объяснить вероятными особенностями арабского способа транскрипции Олимпии. Хотя теория Херцфельда кажется остроумной и вызывающей, его аргументация неубедительна и чаcтично базируется на простом непонимании. Верно, что легенда об Александре была популярна в исламском мире, включая Персию, но в ранней монгольской литературе нет и следа ее. Приписать какую-либо особую роль арабским текстам и арабской транскрипции в перемещении имени с Переднего Востока к монголам значит не принять во внимание факт неграмотности монголов до Чингисхана, равно как и целостный фон монгольского фольклора. Херцфельд кажется недостаточно знакомым с фактами первоначальной монгольской генеалогии. Все его доказательства относятся к надписи начала пятнадцатого столетия на могиле Тимура. [+59] Эта надпись содержит генеалогию Тимура; поскольку Тимур полагал себя потомком Алан-Коа, ее история и приводится. Он был мусульманином, и, соответственно, в надписи легенда приняла исламское обличие с цитатами из Корана. Два стиха из Корана, приводимые в связи с Алан-Коа (19.17 и 19.20), действительно касаются Девы Марии. [+60]

[+60] Здесь, как кажется, мы обнаруживаем ключ к истинному истоку легенды Алан-Коа. Принимая во внимание значительное распространение несторианского христианства среди некоторых монгольских племен, кажется достаточно вероятным, что история Девы Марии была адаптирована к монгольским понятиям и в конечном итоге введена в "Тайную историю".

Теперь перед нами стоит другая задача - определить, когда легенда о сверхъестественном рождении трех последних сыновей Алан-Коа была введена в монгольскую генеалогию. Было ли это после того, как Темучин стал императором, или же до того? Этот вопрос имеет отношение к духу и психологии Темучина. Если мы полагаем, что легенда была частью монгольской традиции до его рождения, то мы должны признать ее полное влияние на ум мальчика Темучина. В этом случае легенда должна была послужить одним из оснований веры Темучина в его великую судьбу. Хотя вопрос не может получить точного ответа, простой факт того, что не только сын Алан-Коа, от которого происходил Чингисхан, но и два других ее сына также по преданию были рождены сверхъестественным путем, служит свидетельством создания легенды задолго до прихода Темучина на императорский трон и, возможно, задолго до его рождения. [+61] Легенда со всей очевидностью была направлена на возвеличение не только рода Борджигинов (т.е. клана Темучина), но и всей группы, к которой принадлежал он и связанные с ним роды.

Как мы видели, Есугей-Багатур имел огромную популярность в степном сообществе; им должны были восхищаться женщины и мужчины его рода. Однако когда он решил жениться, ему пришлось считаться с обычаями рода, которые запрещали брак внутри собственной "кости". Есугей, таким образом, был озадачен поиском невесты за пределами клана. Он решил проблему, умыкнув красивую девушку племени Олконоут, которая была доставлена одним меркитом в его дом в качестве невесты. [+62] Ее имя было Оэлун. Затяжная кровная вражда между меркитами и борджигинами стала результатом этого эпизода.

Темучин был первым сыном Оэлун и Есугея. Существует некоторая неопределенность относительно даты его рождения. По вычислениям Рашида ад-Дина Темучин родился в месяц Зулкада, 549г. гиджры, что соответствует периоду между 7 января и 5 февраля 1155 г. [+63] С другой стороны, в дошедших до нас копиях китайской истории династий Юань (монголов) утверждается, что Чингисхан умер в возрасте шестидесяти шести лет. [+64] Сейчас твердо установлен год его смерти - 1227 г., из чего вычислено, что он родился в 1162 г. [+65] Это фактически невозможно, поскольку не может быть скоррелировано с циклом лет в монгольской хронологии. Каждый такой цикл состоял из двенадцати лет; каждый год был известен под именем животного. [+66] Согласно Рашиду ад-Дину, Чингисхан родился в год свиньи. [+67] Таким годом как раз и был 1155 г., а 1162 г. был годом лошади.

Как могла быть сделана ошибка в официальной истории династии Юань, даже если она была скопирована после падения этой династии? Предположительно, ошибка произошла не в первоисточнике, а в последующих копиях. Случилось так, что в списке "Описания кампаний Чингисхана", использованном архимандритом Палладием для его перевода этой работы, говорится, что Чингисхан умер в шестьдесят пять лет. Однако Палладий отмечает, что число в оригинале было "шестьдесят", а "пять" было добавлено китайским ученым XIX века Хо Кью-тьяо (от которого Палладий получил список), чтобы связать возраст Чингиса ко времени его смерти с его годами в период кампании против найманов, указание на которую содержится в ранней части "Описания". [+68] Важно, что, сообразно с тибетской традицией, Чингисхан умер в шестьдесят один год. [+69] Более того, покойный Поль Пеллио недавно обнаружил подобное же свидетельство в китайских документах. [+70] Если мы принимаем, что Чингисхану было шестьдесят во время его смерти в 1227 г., то мы должны принять 1167 г. за год его рождения. Этот год - вновь год свиньи и столь же допустим как 1155 г.

Если 1167 г. принимается за год рождения Темучина, то это означает, что в 1219 г. - в начале туркестанской кампании - Чингисхану было пятьдесят два года, а не шестьдесят четыре, как полагали вплоть до недавнего времени. Напряженная активность Чингиса в этой кампании, длившейся несколько лет и полной трудностей, скорее по силам пятидесятилетнему человеку, нежели более старому мужчине. Более того, если исходить из предположения, что он родился в 1155 г., то в жизни Чингисхана остается пробел (начиная от времени заключения его брака почти до 1200 г.), который нельзя заполнить исходя из повествования "Тайной истории".

Когда Темучину было девять лет, Есугей решил начать переговоры о его помолвке, лишая сына возможности в должное время умыкнуть невесту, как сделал некогда он сам. С этой целью сын и отец направились в путешествие к родным Оэлун, принадлежавшим к племени олконоутов. На своем пути они встретили Даи-Сецена, рыцаря племени унгират, ветвью которой были олконоуты. Оказалось, что у него есть дочь по имени Борта - ребенок, уже славившийся своей красотой. Отцы симпатизировали друг другу, так же относились и к детям, поэтому соглашение вскоре было заключено. Мальчик Темучин, будущий зять Даи-Сецена, должен был остаться, согласно древнему монгольскому обычаю, в его лагере. [+71]

Довольный этим соглашением, Есугей-Багатур отправился домой один. На пути он был приглашен группой веселившихся татар посетить их пир. Отказ противоречил бы степному этикету, и Есугей присоединился к их кутежу, несмотря на традиционную кровную вражду между его родом и татарами. Продолжив после этого путь домой, он почувствовал себя плохо и понял, что коварные татары подмешали яд в его напиток. Он умер несколько дней спустя после своего возвращения (около 1177 г., если принять, что Темучин родился в 1167 г.).

Следуя наказу, данному Есугеем перед смертью, Мунлик, которого он назначил опекуном своей семьи, вызвал Темучина домой. Мать мальчика, Оэлун, была храброй женщиной и попыталась удержать род под своей властью, но эта задача оказалась непосильной, поскольку родичи ее мужа не согласились принять ее руководящую роль. Через некоторое время все родичи и вассалы Есугея, включая клан тайчжиутов, покинули лагерь Оэлун, уведя большинство ее скота. Даже Мунлик покинул ее. Оэлун осталась без всякой помощи с пятью детьми (три сына, кроме старшего - Темучина, и дочь), с другой женой своего мужа, с ее детьми и малым количеством служанок. Годы трудностей и обездоленности начались для семьи Есугея, но дух Оэлун не был сломлен. Ей стоило огромного труда научить Темучина всему, что касалось славного прошлого его рода. Мальчик жадно слушал и запоминал все древние предания. Однако невзгоды семьи не завершились на этом. На их лагерь напали тайчжиуты, их бывшие союзники. Темучин был взят в плен, но ему удалось бежать.Он считал, что с помощью небесных сил.

Прошло несколько лет. Мальчик быстро мужал и становился сильным воином. Когда какие-то неизвестные люди украли восемь из девяти коней семьи, Темучин поехал за ними на единственном оставшемся коне и с помощью другого юноши, встреченного им по пути, смог вернуть назад лошадей. Его новый друг решил присоединиться к семье Темучина в качестве военного сотоварища. Его звали Богурчи; позднее он стал одним из выдающихся предводителей армии Чингисхана. Этот первый успех, сколь бы незначительным он ни казался, дал Темучину почувствовать собственную силу, и он решил жениться на своей невесте. Ему, вероятно, было восемнадцать в это время. Даи-Сецен сдержал слово, данное отцу Темучина, и вскоре в его лагере состоялась свадьба. Затем Темучин привел Бортэ в свою палатку. Ее приданое включало ценное соболье одеяние, что было неслыханной роскошью в бедном доме Темучина. [+72] Эта богатая одежда стала основанием политической карьеры Темучина. Взяв меха с собой, он появился при дворе Тогрул-хана, властителя могущественного племени кераитов. В лучшие дни Есугея он и Тогрул стали назваными братьями (анда). Теперь Темучин пришел с подарком - меховым одеянием - к своему названому дяде, к которому обратился как к "отцу". Тогрул благородно пообещал юноше свое покровительство (около 1185 г.).

Получив покровительство одного из могущественнейших монгольских правителей и став, таким образом, его вассалом, Темучин обрел определенный статус в феодальном обществе. В любом случае, он уже не был столь беспомощен, как ранее, или, по крайней мере, так ему казалось. В жизни рыцаря степей много опасностей. Вскоре после поездки к Тогрулу на лагерь Темучина напали меркиты, что явилось следствием затяжной мести за похищение невесты меркитского воина Есугеем двадцать лет назад. Исходя из того, что нападавших было слишком много, Темучин не стал защищать свой лагерь и, оставив жену, поскакал с немногими соратниками к близлежащей горе Буркан, которая принадлежала роду Борджигинов и почиталась священной. Тем временем Бортэ была взята меркитами в плен. Получив сведения, что нападавшие направились домой, Темучин поблагодарил гору за спасение своей жизни, сняв пояс и шапку в знак повиновения Небу, и, после молитвы и девятикратного коленопреклонения, совершил возлияние кумысом. После этого он направился к Тогрул-хану с просьбой помочь вызволить его жену. При дворе хана он встретил друга детства Джамуху, теперь уже выдающегося воина Джамуху-Сецена. Они стали назваными братьями, и Джамуха и Тогрул согласились наказать меркитов. Атака была удачной, меркиты разбежались, и Борта воссоединилась со своим мужем. В плену ее принудили стать любовницей одного из захватчиков. Это не погасило привязанность Темучина к ней, видимо он понимал, что ему следует винить в ее несчастье прежде всего себя. Однако когда она родила первого сына, названного ими Джучи, Темучин не был уверен, что ребенок его, и никогда не заботился о нем.

В кампании против меркитов Темучин проявил значительную доблесть и завоевал много друзей. Фактически это было начало его карьеры. Обратив внимание на хорошие отношения Темучина с Тогрул-ханом и его дружбу с Джамухой, многие его сородичи, которые ушли после смерти Есугея, теперь проявили готовность признать лидерство Темучина. Вскоре Темучин стал столь же сильным предводителем, как и его отец. В качестве вассала Тогрул-хана Темучин вошел в высокую политику и межплеменные войны, в которых он показал себя не только выдающимся военным вождем, но также и высококлассным дипломатом. Благодаря активной роли агентов империи Цзинь в монгольских делах, Темучин установил контакты с китайцами и многому научился в их дипломатии, что значительно помогло ему впоследствии в его отношениях с Китаем.

Основной тип степной политики был достаточно прост. Если одно из племен становилось слишком сильным, другие племена объединялись против него. Многообразие союзов объяснялось значительным числом межклановых отношений, единством или разладом родов в одном и том же племени, а также дружбой или соперничеством вождей. Вассальная зависимость и лояльность одному сюзерену или названому брату длились до тех пор, пока казались политически полезными обеим сторонам и до того, как дружба омрачалась обидой. В этом мобильном феодальном обществе степей любой вассал по обычаю имел право бросить вызов своему сюзерену и предложить свои услуги другому. Поэтому, даже если племенной вождь преуспевал в создании большого ханства, его власть никогда не была тверда, сформированное им государство могло распасться так же быстро, как было основано. Игра могла идти до бесконечности и шла до тех пор, пока Чингисхан не поменял правила.

Первым шагом Темучина было установление твердой связи с Джамухой. Они объединили силы и жили единым лагерем в течение полутора лет. Затем их отношения стали натянутыми, и в конечном итоге они решили расстаться. Согласно "Тайной истории", именно Борта посоветовала Темучину разделить лагерь с Джамухой. В. Бартольд попытался интерпретировать разрыв между двумя лидерами как результат фундаментального расхождения их социальных философий. Он представил Темучина сторонником аристократии, а Джамуху - сторонником простого человека. В. Владимирцов первоначально принял эту интерпретацию, но затем, справедливо на мой взгляд, отверг ее. [+73] В действительности нет никаких свидетельств "демократичности" политической программы Джамухи. Конфликт между ним и Темучином был столкновением между двумя аристократическими лидерами, стремившимися к власти. Предположительно, Джамуха, который был хорошо известным воином во времена, когда Темучин появился при дворе Тогрул-хана, рассматривал себя в качестве естественного лидера этого союза. Очевидно, что Темучин не мог надолго принять дружбу на подобных условиях.

Новость о разрыве между двумя предводителями породила много шума среди родичей и вассалов каждого. Сразу же стало ясно, что некоторые из них находились более под влиянием личности Темучина, нежели Джамухи. Многие влиятельные родовые предводители решили следовать за Темучином, а не за Джамухой. Среди них был один дядя Темучина и несколько других вождей родов, связанных с Борджигинами. Один из них, Корчи, принадлежавший к клану баарин, заявил, что видел сон, в котором Великий Дух открыл ему высокую судьбу Темучина, Соответственно, собрание родовых вождей при дворе Темучина провозгласило его своим ханом, заявило о верности и обещало ему лучшую часть добычи от будущих походов. После этого, гласит "Тайная история", они дали своему новому хану новое имя - Чингис. [+74] Это кажется предвосхищением более поздних событий, и, по моему мнению, может быть добавлением, сделанным копиистом "Тайной истории" к первоначальной эпической поэме.

Сюзерен Темучина, Тогрул-хан, был вовремя проинформирован о решении вождей монгольских родов. Тогрул казался довольным честью, возданной его вассалу, и подтвердил результаты выборов. Вскоре после этого, поддерживаемые дипломатией Цзинь, Тогрул и Темучин предприняли кампанию против татар. Темучин, естественно, благосклонно отнесся к возможности отомстить за смерть своего отца. Татары были побеждены, и в знак признания победы правительство Цзинь даровало Тогрулу титул "ван" (царь), а Темучину - "джохури" (региональный ответственный за пограничные территории). С этого времени Тогрул-хан был известен как Ван-хан. Что же касается Темучина, то дарованный ему титул был слишком скромен, чтобы хвастаться им.

Тем временем Джамуха сумел собрать впечатляющее количество вассалов и родичей и представил свои требования на племенное руководство, в результате чего был провозглашен своими последователями Гур-ханом. [+75] Ван-хан и Темучин решили сразу же ответить на этот вызов и повели своих воинов против Джамухи. Силы последнего были недостаточными, и он вынужден был спешно бежать. Осознав собственную силу, Темучин решил действовать самостоятельно. Сперва он наказал тайчжиутов за их предыдущее предательство. Затем он обратился к остаткам татар, которых в конечном итоге подчинил. Две татарские красавицы, Есуи и Есугэн, стали его женами. Этот успех колоссально повысил престиж Темучина. Ван-хана стали одолевать сомнения относительно намерений его названого сына. Тем не менее он попросил Чингиса присоединиться к готовящейся кампании против находящегося на крайнем западе монгольского племени найманов, чья сила в тот период нарастала, и Темучин ответил согласием. Когда начался поход, Ван-хан изменил свои планы и повернул назад, не известив своего союзника. Темучин едва ускользнул из западни. В качестве возмещения он попросил руки дочери Ван-хана. Но Тогрул отказал ему, и два властителя порвали дипломатические отношения.

В последующей войне Темучин использовал в основном хитрость. Ван-хан, захваченный врасплох, когда Чингис появился со своими воинами в лагере кераитов, бежал к найманам и был ими убит. Кераиты поклялись в верности Темучину. Последний готовился к кампании против найманов, чей хан оскорбил его, дав прибежище Джамухе. В этот период он начал важнейшие реформы в организации армии. Чтобы не дать возможности будущим врагам захватить его врасплох, как он захватил Ван-хана, Темучин создал специальное подразделение для охраны своего лагеря днем и ночью. Оно состояло из 80 ночных и 70 дневных стражников. В дополнение был организован полк из 1000 багатуров под командованием вождя джелаир, одного из родов, который присоединился к Темучину сразу после его разрыва с Джамухой. [+76] Вся армия была разделена на подразделения по тысячам, сотням и десяткам.

Когда реорганизация его штаба и войска завершилась, Темучин был готов к битве с найманами, не только одним из наиболее сильных монгольских племен, но также и одним из наиболее цивилизованных. Соседи уйгуров, они использовали их алфавит, который опирался на согдианский алфавит, коренящийся, в свою очередь, в сирийском. [+77] Найманский хан обладал даже секретарем и государственной печатью.

Прежде чем приказать своим воинам двинуться на найманов, Темучин выставил свое родовое знамя и освятил его путем возлияния. Найманы были разбиты в 1204 г., их хан погиб в битве, и лишь его сын Кучлук сумел скрыться со своей свитой. Он бежал первоначально на Алтай, но, не чувствуя там себя в безопасности, позднее перебрался в страну Кара-Кидан. Это была ветвь тех киданов, которые после низвержения Чжурчжэнями (Цзинь) в 1125 г. империи Кидан (Ляо) в северном Китае направились на запад и преуспели в создании царства в Трансоксании [+78] и районе Хотан Китайского Туркестана (Синьцзян). [+79] Тем временем найманы, оставшись без предводителя, подчинились власти Темучина.

Темучин вслед за этим напал на своих старых недругов меркитов и разгромил их. Меркитская красавица Кулан стала его четвертой женой. Вскоре соперник Темучина Джамуха, которому удалось бежать из плена во время поражения найманов, был схвачен своим собственным вассалом и доставлен к Темучину. Последний приговорил его к смерти, но, помня о прежней дружбе, разрешил ему умереть, "не проливая крови". По верованию монголов, душа человека находится в его крови; убить его, не пролив крови, почиталось благом для его души. Эта милость обычно даровалась членам царских семей, виновным в предательстве, и в исключительных случаях другим высокопоставленным преступникам. Согласно приказу Темучина, кости Джамухи с полагающимися почестями были помещены в специальный гроб.

Поставленная Темучином задача "собирания воедино всей Монголии" была теперь успешно решена. Полководцы и предводители родов, поддерживающие его, чувствовали, что их только что созданная нация и уже опытная армия готовы к дальнейшим завоеваниям. Поэтому было созвано торжественное национальное собрание для обсуждения новых целей монгольской политики и завершения реорганизации государства. Этот судьбоносный курултай собрался в восточной Монголии вблизи истоков реки Онон в год тигра (1206).

5. Основание Монгольской империи

Все племена Монголии - "люди, жившие в войлочных палатках", как говорит "Тайная история" - были приглашены для участия в Большом Курултае. [+80] Но это не было, однако, "демократическим собранием"; [+81] "народ" был представлен на нем родовыми вождями. Братья и кузены Темучина, равно как и его доверенные полководцы, также были привилегированными его участниками. Белое знамя с девятью хвостами было поднято над площадью собрания как монгольский национальный флаг. [+82] Прежний символ (или онгон) Темучина как вождя рода - знамя - теперь стало онгоном Темучина как правителя монгольской нации. В него верили как в зримое воплощение незримого гения его рода, защищающее теперь всю нацию.

Первым актом и главной целью собрания стало провозглашение Темучин-хана императором (каганом или кааном) [+83] и название его новым именем Чингис. Среди ученых не существует согласия относительно истока имени. Его происхождение от тюркского слова денгиз (дениз, в современном турецком), "море", было предложено Пеллио, но вряд ли были какие-либо основания для названия Темучина "правителем моря" [+84], если мы не примем термин "море" в абстрактном смысле ("безграничный, как море"). Эрих Хэниш предположительно выводит имя "Чингис" из китайского слова чьен (верный, правильный, истинный). Чингисхан будет означать "наиболее правильный правитель" [+85]. Рашид ад-Дин интерпретирует "Чингисхан" как "Великий Суверен". [+86] Е. Хара-Даван указывает, что на языке западных монголов (ойратов или калмыков), "Чинги" означает "сильный", "крепкий" [+87]. По мнению Хара-Давана, в древнемонгольском, и в применении к Темучину, "Чингис" вбирает полноту телесной и духовной энергии и силу правителя. Следует отметить, что согласно В. Котвичу, слово Чингис не встречается в современном языке восточных монголов. [+88] Хара-Даван предполагает, что это слово могло существовать среди восточных монголов в век Чингисхана, но стало табуированным после его смерти. [+89]

Какими бы ни были обозначения имени "Чингис", символический смысл присвоения его Темучину ясен. В прошлом вождь рода, а затем монгольский хан, Темучин был теперь провозглашен Всемогущим императором. Непосредственным следствием этого события стал прежде всего вызов, брошенный соседней империи Цзинь. Никакое нападение на эту империю не могло быть предпринято монголами без первоначального обеспечения жесткого контроля над различными тюркскими и тангутскими племенами в приграничных землях между Монголией и Китаем, равно как и над землями окраин Монголии в сибирских лесах. Эти племена были первыми, почувствовавшими могучий монгольский натиск.

Очевидно, что главной задачей нового императора было укрепление его армии и администрации; мандат на это он приобрел самим фактом своего избрания. Теперь он получил абсолютные полномочия; а курултай, который был основан как конституционное собрание, стал органом имперских советников, оказывавших помощь властителю в осуществлении необходимых реформ. [+90] Децимальная система организации армии - подразделениями по десять, сто и тысяче человек - была доведена до совершенства, кроме того, было создано еще большее подразделение из десяти тысяч (по-монгольски, тумен; по-русски, тьма). Когда тысячные подразделения были сформированы, оказалось, что воинов достаточно для создания 95 тысячных батальонов, "не считая людей леса" (которые еще не были полностью подчинены). [+91]

Император лично назначил всех 95 нойонов, новых командиров тысячных подразделений. Среди них были Богурчи, который еще юношей помог Темучину вернуть назад украденных лошадей [+92]; Джэбэ, бывший вассал тайджиутов и некоторое время противник Темучина; Мухали, один из тех, кто укрепил веру Темучина в его судьбу во времена тяжелого давления на него со стороны врагов и Субэдэй, позднее возглавивший западный поход монголов. Кроме титулов командиров тысячи и Богурчи, и Мухали получили поручение руководить вновь сформированными десятитысячными соединениями.

Сообразно со следующим приказом Чингисхана, скромное дворцовое охранное соединение, сформированное перед его кампанией против найманов, было увеличено и реорганизовано с тем чтобы составить ядро имперской гвардии (кэшик) числом десять тысяч. Тысяча багатуров стала одним из батальонов гвардии. Лучшие офицеры и солдаты из каждого армейского подразделения были выбраны для службы в гвардии. Сыновья командиров сотенных и тысячных подразделений автоматически причислялись к гвардии, других же принимали путем отбора. Этот метод создания гвардии гарантировал лояльность и соответствие гвардейцев и имел, кроме того, иные преимущества. Каждое подразделение армии было представлено в гвардии, и, поскольку подразделения из десяти, сотни и тысячи человек более или менее соответствовали родам и группам родов, каждый род был представлен в гвардии. Через доверенных гвардейцев и их связи в армейских соединениях Чингисхан мог теперь усилить свою власть надо всем монгольским народом. Гвардейцы стали опорой всей армейской организации и административной системы империи Чингисхана. В качестве подразделения они имели множество привилегий. Согласно повелению Чингисхана, рядовой гвардии был выше по положению, нежели любой командир армейского соединения, включая тысяцкого. Поэтому каждый гвардеец мог в случае необходимости командовать любым армейским соединением. Гвардия, таким образом, стала чем-то наподобие военной академии, чьи выпускники получали высочайшие поручения в армии, когда это было необходимо.

Гвардейцы находились на постоянной службе даже в мирное время. В военные годы они составляли главную дивизию под личным командованием императора. Неся постоянную службу, они не могли заботиться о себе и поэтому получали жилье и пищу в лагере императора. Назначались специальные дворцовые чиновники (черби), которые обеспечивали продовольствием как императорскую семью, так и стражников. Несколько позднее членам императорской семьи были дарованы наделы. [+93] В отличие от феодальной Европы, наделы состояли не из земельных владений, а из выделенных групп людей с соответствующими стадами. Так, мать Чингисхана Оэлун вместе с очигином, т.е. самым младшим братом Есугея, получили 10 000 юрт (палаток, а следовательно - хозяйств или семей). [+94] Части, выделенные для четырех сыновей Чингиса, были распределены по старшинству: старший, Джучи, получил 9000 юрт; Джагатай (Чагатай, Чаадай) получил 8000; Угэдэй (Огатай) и Толуй - каждый по 5000. Среди братьев Чингиса Хазар получил 4000 юрт; Бигултай 1500. Племянник Алчидей был одарен 2000. Наделы подвергались контролю императора, и, соответственно, Чингис назначил несколько нойонов советниками каждого из их получателей. Итак, императорская семья как институт стала частью имперской системы. Лагерь (орду, орда) каждого члена императорского дома стал частью власти, подчиненной великому хану. [+95]

Предположительно в это же время Чингисхан создал основу фельдъегерской и почтово-конной служб (ям), которая позднее была развита в один из наиболее полезных институтов Монгольской империи. Другой важной реформой было создание Высшего Суда, возглавляемого сводным братом Чингиса Шиги-Хутуху, который показал себя добросовестным и компетентным судьей.

Вместе взятые, все эти реформы и их воплощение создали основу нового монгольского императорского закона - Великой Ясы Чингисхана. [+96]

Хотя Чингис не намеревался позволять шаманам вмешиваться в государственные дела, он полагал полезным отметить свою приверженность традиционному родовому культу и назначил старика Усуна из рода баарин - старшей ветви потомков Алан-Коа - главным беки. [+97] Усуну был дарован белый меховой плащ и белый конь. Его функцией было "отмечать и освещать годы и месяцы". Предположительно, он отвечал за монгольский календарь. Он также стал тем, кого можно назвать национальным авгуром.

В период, когда происходили выборы Чингисхана на императорский трон, монгольская нация была неграмотной. Очевидно, что новая империя не могла подобающим образом функционировать без летописей и архива. Когда найманы были побеждены, секретаря их хана захватили монголы. Его привели к Темучину, который приказал своему пленнику объяснить ему тайны письма и значение государственной печати. Темучин, со свойственным ему даром быстро схватывать все новое, сразу понял потенциальную значимость грамотности. Поэтому он приказал пленнику преподавать письмо избранной группе своих соратников. Судья Шиги-Хутуху был среди первых монголов, освоивших уйгурскую письменность, используемую секретарем найманов.

Задача завершения завоевания лесных людей была поручена старшему сыну Чингиса - Джучи. Большинство этих людей, включая ойратов к западу от озера Байкал и киргизов в бассейне верхнего Енисея, подчинились монгольскому императору без значительного сопротивления в 1207 г. и в знак подчинения прислали ценные подарки - белых соколов, белых соболей и белых лошадей. Поскольку в дополнение к соколам и мехам енисейский регион также производил зерно, его завоевание стало важным экономическим моментом для империи. Задача обучения избранных монгольских юношей искусству письма существенно облегчилась признанием в это время сюзеренитета Чингисхана со стороны идикута уйгуров. [+98] Тесный контакт между монголами и гораздо более цивилизованными уйгурами пошел во многих отношениях на пользу первым. В конечном итоге ученый уйгур стал секретарем Чингисхана.

В то время как родовые вожди лесных людей стали законопослушными вассалами Чингиса, шаманы, казалось, противодействовали укреплению императорской власти. Наиболее влиятельным шаманом среди монголов был Кокочу, старший сын старика Мунлика, которого Есугей как раз перед смертью назначил опекуном своей семьи, но который бежал в тревожное время. Кокочу был известен среди своих последователей как "Небесный" (Теб Тенгри). Он попытался посеять ссору в императорской семье, заставляя Чингиса сомневаться в намерениях некоторых своих братьев. Какое-то время ему это удавалось, и в "Тайной истории" даже говорится, что смерть матери Чингиса Оэлун была ускорена горем, порожденным распрями ее сыновей. Кокочу также, кажется, затеял игру, используя недовольство простолюдинов и рабов - как среди монголов, так и среди лесных людей - широкими привилегиями родовых вождей. Согласно "Тайной истории", даже некоторые из конюхов и рабов Чингисхана были готовы перейти на сторону шамана. Этого Чингис не мог стерпеть. В конце концов, он помирился со своими братьями и разрешил им поступить с Кокочу по своему усмотрению. Они убили шамана, "не пролив его крови" - сломав ему позвоночник. [+100].

6. Монгольская экспансия в правление Чингисхана

Завершив реорганизацию монгольской армии и администрации, усилив империю уйгурами и лесными людьми, Чингис был готов атаковать царство тангутов (они были народом тибетского происхождения) в регионе ордос и кансу. Когда он подступил к их столице, они согласились платить дань монголам; Чингисхан не настаивал на их полном подчинении. Главной целью его рейда было обессилить тангутов и таким образом устранить опасность их атаки во время планировавшейся китайской кампании.

К этому походу велись тщательные приготовления как с дипломатической, так и с военной точек зрения. В империю Цзинь было заслано множество шпионов для изучения общей ситуации в ее пределах. Уйгурские купцы, торгующие с Китаем, также были проинструктированы в плане сбора необходимой информации. Основная слабость Цзинь состояла в том, что она осуществляла контроль лишь за частью Китая. Более того, соперничающая с нею южная империя Сун находилась под властью исконно китайской династии. Цзинь были пришельцами (чжурчжэнского происхождения) и, несмотря на быструю ассимиляцию китайцами, местным населением воспринимались как чужаки. Их контроль распространялся от Маньчжурии до района, расположенного южнее Желтой реки, включая провинции Чихли, Шаньси, Шаньдун и северный Хэнань. [+101] Первоначальным местом проживания чжурчжэней была Северная Маньчжурия. Южную Маньчжурию населяли киданы, которые правили Северным Китаем до завоевания чжурчжэней. Лояльность киданов к династии Цзинь была сомнительной. Все эти обстоятельства принимались во внимание Чингисханом и его советниками. Доверенные агенты были тайно посланы к влиятельным родовым вождям киданов, чтобы подготовить будущее сотрудничество.

Для монголов война против Цзинь стала естественным актом мести за ту поддержку, которую Цзинь прежде оказывали татарам и в особенности за позорную казнь Амбагай-хана около пятидесяти лет назад. В родовом обществе степей кровная вражда продолжалась годами, и оскорбление, нанесенное праотцам, остро ощущалось их внуками и правнуками. Действуя как воплощение монгольской нации, Чингисхан объявил священную войну. Перед походом он удалился в свою палатку, где провел три дня в молитве, прося Вечное Синее Небо поддержать его готовность отомстить за страдания своих предков. В то время как их император возносил молитвы, солдаты и народ вокруг его палатки в состоянии нервного возбуждения взывали к Небу, крича: "Тенгри, Тенгри!". На четвертый день появился Чингис и объявил, что Небо гарантировало им победу. [+102]

Первая китайская кампания монголов началась в 1211 г. [+103] Армии Цзинь были многочисленнее, но Чингисхан оказался более ловким стратегом, нежели полководцы Цзинь. Монгольские войска были разделены на различные армейские группы, которые действовали в совершенном взаимодействии. Одновременно атакованные с разных сторон, полководцы Цзинь распылили свои силы; это дало возможность гвардии Чингисхана проникнуть через Великую Стену в месте, где враг не ожидал атаки. Дивизии монгольской армии направились затем прямо к Пекину, в то время как другие соединения достигли берегов залива Чихли. Чрезвычайно важным оказалось то, что монголам удалось захватить большинство императорских табунов, содержавшихся на севере от Пекина. Это лишило Цзинь главного источника пополнения их кавалерии. Не имея опыта и орудий для штурма, монголы на этой стадии не предприняли попытки захватить надежно защищенный Пекин. Но они жестко контролировали весь регион Пекина. Дипломатия Чингиса начала приносить плоды: в 1212 г. против Цзинь восстали киданы, и их родовые вожди признали сюзеренитет Чингисхана. Двумя годами позже император Цзинь подписал мирный договор с Чингисом, по которому Чингис получил в жены приемную дочь императора Цзинь с фантастически богатым приданым. Мир продолжался недолго, поскольку ни одна из сторон не собиралась его поддерживать. Император Цзинь решил покинуть Пекин и перенести свою столицу в южную часть империи, с тем чтобы организовать там оборону. На пути туда часть его войска, рекрутированная у киданов, взбунтовалась и направилась назад в Пекин. Не желая упустить благоприятный момент, монголы сразу же возобновили войну. Пекин пал в 1215 г.

Это не привело к завершению войны, поскольку Цзинь продолжали сопротивление в южной части их царства. Однако главная задача Чингисхана была достигнута. Монгольское владычество жестко установилось как в Северном Китае, так и в Маньчжурии, и эти страны стали интегральной частью империи Чингиса, что оказало долговременное влияние на структуру монгольской армии и государства. Чингис теперь имел в своем распоряжении не только корпус китайских военных инженеров, но мог также использовать услуги опытных, высококультурных и хорошо обученных гражданских чиновников. С их помощью, а также при поддержке уйгуров, монголы обрели способность управлять миром, к завоеванию которого они были так близки. Наиболее известным китайским советником Чингисхана был Елюй Чуцай, потомок киданской княжеской семьи, но китаец по образованию и культуре.

После установления своей власти в Пекине Чингисхан возвратился в Монголию, поставив перед Мухали задачу довершить завоевание империи Цзинь. Его внимание теперь обратилось от китайских дел к Центральной Азии, где у него оставалась некоторая незавершенная работа. Вспомним, что после победы Темучина над найманами в 1204 г. сын последнего найманского хана Кучлук бежал в западном направлении, в конце концов достигнув царства Кара-Кидан. Вскоре Кучлук воспользовался внутригосударственными распрями там, где получил убежище, и сам захватил власть. Первоначально христианин несторианской деноминации, Кучлук позднее обратился в буддизм. Как правитель царства Кара-Кидан он попытался подавить там и христианство, и ислам, чем вызвал значительную оппозицию. Через уйгуров Чингисхан был хорошо информирован относительно этих событий.

Одним из главных принципов стратегии Чингисхана было стремление уничтожить врага до конца. На несколько лет он, казалось, забыл о Кучлуке, занимаясь подготовкой, а затем и осуществлением китайской кампании; однако теперь, когда его власть в северном Китае укрепилась, он мог позволить себе нанести последний удар по своему старому врагу. Последовательно два монгольских тумена были посланы в регион Кара-Кидан под командованием Джэбэ-Нойона. Как только Джэбэ оказался на территории врага, он провозгласил полную религиозную свободу. Поэтому монголы были встречены как освободители и христианами, и мусульманами. При поддержке местного населения Джэбэ нанес молниеносное поражение войскам Кучлука. Кучлук погиб при попытке к бегству. В результате победы Джэбэ западная граница Монгольской империи теперь достигла пределов Хорезма.

Хорезм, расположенный в Западном Туркестане, в бассейне нижнего течения Амударьи, является древнейшим культурным районом мира. Высокий уровень сельского хозяйства стал возможным вследствие остроумной ирригационной системы, отходящей от Амударьи; ремесла и производства процветали в этом регионе с незапамятных времен. [+104] Не менее важной была роль Хорезма в международной торговле. Находясь на пересечении путей между Китаем и средиземноморским миром, между Индией и Южной Русью, Хорезм был местом встречи торговых караванов с востока и запада, севера и юга. Он может быть назван островом оседлой цивилизации в море степей и пустынь; Бартольд верно уподобляет его роль в степной торговле роли Британских островов в морской торговле. [+105]

Коренное население Хорезма имело иранские истоки. В IX и X веках страна процветала под просвещенной властью династии Саманидов. Однако, начиная с X века, царство Саманидов находилось под постоянным и нарастающим давлением широкой федерации тюркских племен, известных как огузы. Исторически государство огузов было частью тюркского каганата, который существовал с VI до VIII века. [+106] Этнически огузы представляли собою смесь тюрков и иранцев (аланов). [+107] В середине XI века ветвь огузов, известных по своему вождю как сельджуки, обосновалась в Хорезме и в Персии. Позднее сельджуки вторглись в Малую Азию [+108], но постепенно утратили свой контроль над Ближним Востоком. Одним из центров оппозиции им был Хорезм. Начиная с 1117 г. этот район управлялся военным губернатором Кутбеддином Мухаммедом, происходившим из турецких наемников, которые обычно рекрутировались из рабов. [+109] Ему удалось основать династию способных правителей [+110]; находясь первоначально под сельджукским сюзеренитетом, они в конечном итоге стали самостоятельными и приняли старый персидский титул шаха. Город Ургенч в нижнем течении Амударьи стал столицей их империи. В последней четверти XII века Бухара и Северная Персия были присоединены к Хорезму. В период между 1206 и 1215 г. Хорезм-шах Мухаммед II завоевал южную часть Персии, а также Афганистан. Теперь ему предстояло встретиться с Чингисханом, и в этом конфликте он окажется не на высоте.

Хотя империя Мухаммеда II была обширной и процветающей, она не отличалась прочностью и была раздираема внутренними противоречиями. Для населения вновь обретенных персидских провинций Хорезм-шах был чужаком; в целом в империи его иранские подданные не особо смешивались с тюрками. Что касается религии, то большинство населения империи были мусульманами, но существовал вечный конфликт между шиитской и суннитской доктринами, и различные шиитские секты добавляли свою долю к этому противостоянию. Крестьянство роптало под бременем налогов; купцы ненавидели продажность городских наместников и отсутствие безопасности на дорогах. Не существовало единой армии. Владельцы поместий (икта) командовали подразделениями ополченцев, рекрутированными из арендаторов их земельных участков. Эти войска были плохо обучены. Туркменские соплеменники, храбрые и воинственные, были недисциплинированными, гвардейцы шаха Кангли (Кипчакии) [+111] оказались деморализованы; армейские техники, занятые катапультами и другими военными механизмами, проявляли компетентность, но их подразделение не было объединено с остальной армией. Кроме того, дом шаха потрясали интриги. Его мать, амбициозная и энергичная женщина канглийского происхождения, часто вмешивалась в планы своего сына и поддерживала его сомнения относительно самого способного из сыновей, Джалал ад-Дина, чья популярность среди людей в целом росла также быстро, как падал престиж его отца. Ситуацию ухудшало и то, что отсутствие у шаха чувства такта привело его к ссоре с некоторыми из ведущих мулл.

От хорезмских купцов, которые торговали с уйгурами и китайцами, Хорезм-шах узнал о завоевании Чингисханом Северного Китая. Он решил послать посольство монгольскому правителю под предлогом передачи поздравлений. Истинной же целью была оценка силы монголов. Чингисхан великодушно встретил послов и торговцев и в знак ответа послал своих представителей и торговый караван в Туркестан. Контингент как дипломатической миссии, так и каравана состоял в основном из хорезмских и бухарских купцов - подданных Мухаммеда II, которые поддались искушению значительно расширить торговлю с Дальним Востоком и согласились стать агентами Чингисхана. Достигнув границ Хорезмской империи, караван остановился в городе Отрар, на берегу реки Сырдарьи; отсюда посланцы последовали в Ургенч, чтобы добиться приема у шаха. Шах согласился побеседовать с ними, но одновременно губернатор Отрара (предположительно, действуя по секретному приказу шаха) приказал убить купцов Чингиса и забрать их товары. Когда, монгольский император получил известие об этих событиях, он послал представителя к Мухаммеду, требуя передачи ему губернатора Отрара. Мухаммед не только отказался это сделать, но и приказал убить монгольского посланника. Сопровождающий посланника получил разрешение вернуться в Монголию, но только после того, как его борода будет обрита, что почиталось тяжким оскорблением. У Чингисхана теперь не оставалось альтернативы войне. Он созвал экстренный курултай, на котором были рассмотрены и приняты к действию все необходимые планы туркестанской кампании (1218). Предположительно, на этом собрании были систематизированы и одобрены в виде письменно зафиксированного кодекса, Великой Ясы, законы Монгольской империи, обнародованные в 1296 г. [+112]

Монгольская кампания против империи Хорезм-шаха была столь же тщательно подготовлена, как и против Китая. [+113] Джэбэ, без сомнения, мог дать полезный совет на основе своего рейда в близлежащую страну Кара-Кидан. В дополнение принималась во внимание вся информация о Туркестане, исходившая от мусульманских купцов, уйгуров и иных источников. В любом случае, как показали последующие события, Чингисхан был склонен переоценивать силу Хорезм-шаха. Чтобы увеличить свою армию, он отправил посланника к правителю тангутов с просьбой о дополнительных войсках. Ответ был далеко не дружелюбен: "Если у Тебя нет достаточного количества войск, Ты не достоин быть ханом". Это было ничто иное, как оскорбление. Однако, со своей обычной сдержанностью, Чингисхан решил отложить наказание тангутов до окончания туркестанской войны. Концентрация монгольской армии в Северной Джунгарии была завершена весной 1219 г. Основная армия состояла из ста тысяч всадников; с дополнительными войсками ее сила могла быть около полутораста тысяч. Значительное число бойцов Чингиса были ветеранами китайской кампании, которая также послужила отличной школой для его полководцев. Войска Хорезм-шаха насчитывали около трехсот тысяч, но большинство его воинов были значительно хуже подготовлены. Кроме того, у Мухаммеда II не было дара вождя, необходимого в тяжелые времена. Многие из его подданных приветствовали бы назначение Джалал ад-Дина как верховного главнокомандующего, но, как уже говорилось, Мухаммед не доверял своему сыну, опасаясь, что в случае победы он придет к власти.

В сложившихся обстоятельствах Мухаммед одобрил план, который озадачил как его современников, так и большинство историков его правления. Вместо концентрации своей армии для отражения нападения монголов он распылил войска, разместив значительную их часть в больших укрепленных городах, подобных Отрару, Бухаре и Самарканду; лишь перед некоторыми соединениями хорезмской армии была поставлена задача обеспечения коммуникаций между гарнизонами городов и полевого маневрирования; тем временем были отданы приказания наместникам Персии собрать там резервную армию. С моей точки зрения, план войны Мухаммеда мог базироваться на его оценке информации относительно китайской кампании Чингиса, переданной ему послами, которых он направил к Чингису до разрыва между двумя властителями. До этого времени монголам не удалось взять штурмом ни одной крепости. Если таковы были расчеты стратегии Мухаммеда, то он жестоко просчитался. Чингисхан имел теперь в распоряжении множество китайских военных инженеров, готовых ему помочь. Неясно, были ли некоторые орудия осады, подобные катапультам, которые монголы использовали в туркестанской кампании, действительно привезены из Китая, или все они строились непосредственно на месте мусульманскими техниками под руководством китайцев. Фактом является лишь то, что эти машины использовались во многих случаях. Когда не применялось никаких машин, монголы использовали элементарные приспособления и тактику в своей осаде укрепленных городов, подобных Отрару и Бухаре, например, заполнение рвов грязью и камнями или постройку осадных конструкций для штурма стен. Предположительно эти работы направлялись китайскими инженерами или же обученными ими монголами. Военнопленные и призванные для несения воинской повинности местные жители использовались в качестве рабочей силы. Во многих случаях их также посылали первыми на штурм стен, большинство погибало, но это мало беспокоило монголов.

Осенью 1219 г. войска Чингисхана появились у стен Отрара. Оставив несколько туменов для осады этого города, монгольский император прямо направился к Бухаре с избранными войсками своей армии. На его пути многие малые селения сдавались без боя, избегая таким образом уничтожения. Монголы приказывали в каждом случае срыть городские стены; в целом население не беспокоили, но оно должно было поставить должное количество работников и заплатить умеренную контрибуцию. Власти Великого города Бухары, однако, решили защищать город. Лишь после того как гарнизон в попытке проникнуть через кольцо осады покинул город и погиб в бою, Бухара сдалась. Отчаянная группа воинов, запертых во внутреннем замке, продолжала сопротивление в течение еще двенадцати дней, до тех пор, пока большинство из них не было убито. Когда все закончилось, Чингисхан приказал населению оставить город и все имущество. Торговцы и ремесленники были рекрутированы на работу для монголов. Другие люди были предоставлены своей судьбе и, согласно некоторым источникам, большинство из них погибли. Оставленный город был отдан на разграбление солдатам, в результате чего он сгорел (1220 г.).

Бухара стала примером для всех вражеских городов, которые не желали покориться без борьбы. Когда пал Отрар, его наместник, виновный в убийстве торговцев каравана Чингиса, был захвачен живым и скончался после мучительных пыток. Вскоре и Самарканд также был взят монголами. Потеряв таким образам основные свои крепости и лучшие войска, Хорезм-шах и его сын сбежали на юг. Различие в характерах отца и сына стало теперь совсем очевидным. Мухаммед думал лишь о своей собственной безопасности, которая, как он надеялся, была ему обеспечена на острове в Каспийском море. Джалал ад-Дин, напротив, хотел продолжить сопротивление и по прибытии в Газни, в Афганистане, сразу же начал организацию новой армии. Два монгольских тумена, возглавляемые соответственно Джэбэ и Субэдэем, были посланы на юг, чтобы захватить убегающего шаха. Потеряв из виду Мухаммеда, монгольский экспедиционный корпус завоевал территорию вдоль южного берега Каспийского моря и достиг Азербайджана, наиболее западной провинции государства Хорезм-шаха. Два полководца попросили теперь разрешения Чингисхана двинуться на север через Кавказ, чтобы провести разведку "западных стран". Чингис одобрил их планы. В результате был совершен дерзкий рейд на Южную Русь в 1220-23 гг., в ходе которого русским было нанесено тяжкое поражение в битве на Калке. [+114]

Военные операции основных монгольских армий в 1220-21 гг. имели двойную задачу: захват столицы Хорезма, Ургенча, и разгром вновь сформированной армии Джалал ад-Дина. Против последнего Чингисхан сначала послал тумен под командованием своего сводного брата Шиги-Хутуху, верховного судьи. Эти войска были разбиты Джалал ад-Дином, что стало единственной неудачей монголов в ходе туркестанской кампании. Затем Чингисхан, осознав серьезность ситуации, в сопровождении самого младшего сына повел свою главную армию против хорезмского принца. Джалал ад-Дин отступил, но принял битву на берегах верхнего Инда. Здесь его армия была разбита, а его жены и дети захвачены монголами. Сам же он, однако, кинулся со своим конем в бурную реку, переплыл на другой берег и скрылся по суше, добравшись в конечном итоге до Дели. В течение некоторого времени Чингисхан, очевидно, взвешивал возможность продолжения своей кампании далее на юг завоевания Индии. Как он, так и его советники поняли, однако, огромные трудности всего этого предприятия и, в особенности, - преодоления высоких горных цепей. Среди противников кампании был и Елюй Чуцай. В конце концов монгольский хан решил оставить эту идею и повернул свою армию назад.

Тем временем три его сына - Джучи, Чагатай и Угэдэй - которым было приказано захватить Ургенч, преуспели в этом после некоторой задержки, объяснимой ссорой Джучи с двумя другими братьями. В качестве выполнения части осадных операций монголы разрушили главную дамбу на Амударье над городом, чем нанесли невосполнимый ущерб всей системе ирригации и, в итоге, хорезмскому сельскому хозяйству. До недавнего времени полагали, что разрушение великой дамбы также привело к изменению русла Амударьи, которая якобы повернула на запад и стала вливаться в Каспий, а не в Аральское море, как прежде. Недавние археологические раскопки, однако, не подтверждают эту теорию. [+115].

После завершения завоевания Туркестана Чингис дал себе и армии отдых. Именно в это время он вел философские беседы с даосским монахом Чан-Чуном. [+116] Уже в 1219 г. Чингис услышал, что даосы хорошо понимают алхимию и близки к открытию эликсира жизни. Поэтому он предложил Чан-Чуну, который рассматривался как наиболее известный представитель этой школы, посетить его. До этого Чан-Чун отказывался от подобных приглашений, но на сей раз согласился и проделал длительное и сложное путешествие. В лагере Чингиса он был встречен с великими почестями. В ходе первой встречи император немедленно выразил желание получить секрет продолжительности жизни. Философ честно сказал, что не обладает таким секретом. Хотя и разочарованный, Чингисхан не потерял интереса к даосскому учению и устроил еще три встречи с Чан-Чуном. Кара-киданский офицер переводил слова последнего на монгольский. Чингисхан был доволен лекциями и отметил, что философия Чан-Чуна может поддерживать жизнь человека, даже если и не может сделать человека бессмертным.

Тем временем предпринимались меры для восстановления порядка во вновь завоеванной стране; была введена новая система налогообложения под компетентным руководством местных торговцев, один из которых, Махмуд Ялавач, вошел в число наиболее доверенных советников Чингисхана. Людям было приказано заниматься своими мирными делами, дороги были освобождены от грабителей. Итак, после того как начальный период ужасного разрушения миновал, страна не только возвратилась к нормальной жизни, но даже получила лучшую, чем ранее, администрацию. Однако ушло много времени, прежде чем ирригационная система Хорезма была восстановлена.

Чингисхан вернулся в Монголию в 1225 г. Теперь он был готов к тому, чтобы наказать тангутов за их отказ помочь ему в туркестанской кампании. Но ему некуда было торопиться, поскольку он знал о неотвратимости их уничтожения. Он уделял много времени совершенствованию организации своей империи. Уже созданные административные институты теперь приспосабливались к контролю огромного покоренного мира и того, что еще надлежало покорить. Вероятно, в 1225-26 гг. была переписана и одобрена финальная редакция кодекса законов, названная Яса.

Осенью 1226 г. Чингисхан двинулся на тангутов. Тангутские города пали один за другим, монголы праздновали победу. Но еще до завершения кампании Чингисхан был ранен при падении с коня и умер. [+117] Согласно указанию Чингиса, его смерть хранилась в секрете его самым младшим сыном Толуем, который сопровождал отца как в этой кампании, так и на туркестанской войне, и который унаследовал командование войсками, ведущими боевые действия. Только когда сопротивление тангутов было окончательно сломлено, скорбную весть объявили друзьям и врагам. Тело Чингисхана привезли в Монголию. Точное место захоронения было сохранено в тайне; согласно некоторым источникам, он был похоронен в лесах горы Буркан. [+118]

Даже после своей смерти Чингисхан продолжал жить в монгольской истории как путеводный дух и воплощение нации. [+119] Его имя упоминается в каждом важном государственном документе, изданном его продолжателями; Яса осталась основой монгольского императорского закона; сборник его высказываний (Билик) стал источником мудрости для будущих поколений; в качестве претендентов на трон рассматривались только его потомки. Столь ревностное почитание памяти Чингисхана осложняет для историка оценку роли его личности в создании империи. Был ли успех Чингисхана в первую очередь плодом его собственного напряженного усилия? До какой степени он объясним талантом его наместников и советников или разобщенностью его противников? Не каждый правитель знает, как воспользоваться ошибками своих врагов; Чингисхан, конечно, пользовался ими в полной мере. Что же касается роли его помощников, нет сомнения, что способность Чингисхана назначать нужного человека на соответствующее место во многом способствовала успеху его предприятий как в военных кампаниях, так и в организации империи. Сам Чингисхан охотно признавал помощь, оказанную ему его полководцами, дипломатами и чиновниками, и щедро вознаграждал их. И все же, очевидна его ведущая роль во всех важных военных и политических решениях, принятых в период его правления. Не подлежит сомнению талант Чингисхана умело координировать деятельность своих подчиненных. И, я полагаю, можно уверенно сказать, что как военный предводитель и государственный деятель он имел широкий кругозор и чувство реальности.

Чингисхан оставался неграмотным до конца своей жизни и был типичным кочевником в привычках и понимании прелестей жизни. Как у всех кочевников, наслаждением для него была охота; он был знатоком лошадей; не будучи по натуре развратником, Чингисхан, согласно традициям своего народа и времени, имел несколько жен и множество любовниц; предостерегая своих подданных от излишних возлияний, сам не испытывал отвращения к вину. В некоторых отношениях великий завоеватель был еще более примитивным и диким, чем его помощники. Согласно Рашиду ад-Дину, Чингисхан однажды спросил своих полководцев, в чем они видят высшее наслаждение человека. Богурчи сказал, что высшее наслаждение - скакать на лошади весной, на хорошей скорости и с соколом. Другие также высоко ценили охоту.

Чингисхан, не согласился. "Высшее наслаждение человека, - сказал он, - состоит в победе: победить своих врагов, преследовать их, лишить их имущества, заставить любящих их рыдать, скакать на их конях, обнимать их дочерей и жен". [+120] Кажется парадоксальным, что человек, который произнес эти слова, мог наслаждаться беседой с учеными людьми своего времени и всегда проявлял готовность приобретать новые знания, философствовать о жизни и смерти. По имеющимся свидетельствам, Чингисхан был здоровым и крепким человеком. Однако есть и указания на существование нервного надрыва в его личности, который, видимо, должен был увеличиваться многими болезненными шоками, испытанными в детстве и юности. Отсюда его религиозная экзальтация, его рвение к молитве во время каждого серьезного жизненного кризиса до начала китайской кампании. Хотя в юности он во многих случаях лично вел своих последователей против врага и считался храбрым воином, у него, кажется, отсутствовало истинно благородное отношение к окружающим, присущее его отцу. Он не был безрассуден и думал о своей личной безопасности в ситуациях, когда типичный монгольский юноша думал бы только о борьбе. Это особенно очевидно в случае нападения меркитов на его лагерь, когда он спасся, бежав и оставив свою юную невесту на милость врагов. Конечно, его жизнь должна была быть сохранена не ради ее самой, а во имя его великой судьбы, будущего империи, которую ему надлежало создать. И все же, поведение Чингисхана больше похоже на трусость, даже если считать этот поступок свидетельством его самоконтроля.

Владимирцов верно называл Чингисхана "гениальным дикарем". Обсуждая проблему гениального дикарства, Радослав А. Цанов ссылается на полинезийскую веру в существование у определенных выдающихся и счастливых людей сверхъестественной способности, которую он именует "мана". Это понятие тайного высшего дара, чего-то "выше обычной силы человека, выше природных процессов". [+121] В границах этого подхода вера Чингисхана в его универсальную миссию может быть рассмотрена как рефлексия по поводу владевшей им силы "мана". Сам он понимал это как предопределение Неба.

Не существует надежного описания внешности Чингисхана. Отчет агента Сун, который посетил Пекин в 1221 г., до недавнего времени рассматривался как важный источник, но, как теперь считают, не описывал Чингисхана. [+122] Существует, однако, его прекрасный портрет, выполненный китайским художником в серии портретов монгольских императоров в Императорском дворце в Пекине; он опубликован в 1928 г. Все детали головного убора и одежды каждого императора кажутся достоверными. [+123] Предположительно, изображение лица в каждом случае опиралось либо на достоверные описания, либо на рисунки времен правления этих императоров.

7. Монгольская экспансия в правление Угэдэя

Перед смертью Чингисхан выделил каждому из своих сыновей от первой жены, Бортэ [+124], часть империи как соответствующий улус. [+125] Толуй, как самый младший сын, получил ядро владений рода Борджигинов - центральную и западную часть Монголии. Чагатай получил территорию бывшего царства Кара-Кидан, имеющую центром бассейн реки Или. Джунгария, включая и район верхнего Иртыша, стала владением третьего сына - Угэдэя. Наконец, вновь завоеванный регион к северу от Аральского моря (сегодняшний Казахстан) был отдан самому старшему сыну - Джучи; после смерти Джучи (о чем Чингисхан был извещен незадолго до своей собственной кончины) он перешел к его второму сыну - Бату.

В дополнение к полученному улусу каждый сын Чингиса принял командование над частью монгольской армии. Толуй получил львиную долю: сто одну тысячу войск из ста двадцати девяти тысяч. Ни раздел земли, ни раздел войск не был ориентирован на подрыв единства империи. Разделение войск должно было длиться лишь в период междуцарствия, до выбора курултаем нового великого хана. Временно регентом был назначен Толуй.

Все монгольские вожди пришли к согласию, что только сыновья Чингисхана могут занять трон; курултай должен был лишь сделать выбор между ними. Следует отметить в этой связи, что хотя Толуй и был фаворитом своего отца, Чингисхан незадолго до смерти назначил в качестве своего приемника Угэдэя, поскольку, по его мнению, Угэдэй был более способен к управлению империей, нежели три других сына. Регент, очевидно, не хотел оказывать какое-либо давление на родовых вождей и дал им достаточно времени для рассмотрения кандидатов. Курултай, на котором должно было быть принято решение, собрался в 1229 г. Многие из его членов готовы были отдать предпочтение Толую. Последний, однако, отказался от выдвижения своей кандидатуры, и великим ханом единогласно избрали Угэдэя. [+126]

Новый правитель полностью разделял идеи своего отца относительно универсальной империи и отнесся к этой задаче с полной серьезностью. Под его властью монгольское государство определенно обратилось от старых привычек степного владычества к новым административным системам. Характерная история излагается в китайском повествовании о монгольской династии. После завоевания Северного Китая один монгольский вельможа старой школы предложил Угэдэю уничтожить народ Северного Китая, стереть с лица земли города и деревни, а всю территорию Северного Китая превратить в пастбища. Никакой выгоды, рассуждал он, для монголов в существовании северных китайцев нет. Выступив против этого варварского плана, Елюй Чуцай ввел Угэдэя в искусство извлечения выгоды из некочевых подданных Монгольской империи путем введения налогов и сборов с их торговли и производства, использования железорудных и иных минеральных залежей. Он обещал большие доходы в деньгах, тканях и рисе. [+127] К счастью для китайцев - и для самих монголов - Угэдэй принял программу Елюя Чуцая. Сделав это, он заложил серьезные основания для будущей администрации Монгольской империи.

Угэдэй прибегал также к советам своего госсекретаря уйгура Чинкая и мусульманского торговца Махмуда Ялавача. Прислушиваясь к их мнению, он приложил огромные усилия для развития и улучшения институтов императорской администрации и усиления власти императора во внутренних и внешних делах. Он действовал в строгом взаимодействии с Чагатаем, с которым, как со своим наиболее старшим по возрасту братом, он консультировался по всем важным делам.

До завоевания какой-либо новой страны следовало восстановить ослабевшее монгольское владычество в Китае и Персии. После смерти Мухали в 1223 г. монгольское наступление в Китае замедлилось, и в 1228 г. началось контрнаступление противника. Из Персии монголы ушли еще до кончины Чингисхана; Джалал ад-Дин, который вернулся из Дели при первой же возможности, был признан султаном персидскими вельможами и городами. Угэдэя более заботила ситуация в Китае, нежели персидские дела; и, соответственно, главная монгольская армия под командованием Толуя была послана против Цзинь. Чтобы гарантировать успех кампании, Угэдэй заключил соглашение с империей Сун в Южном Китае. Сун изъявила желание послать военный контингент против Цзинь с условием, что после победы монголы отдадут им бывшую провинцию Цзинь Хэнань. Во взаимодействии с Сун монголы завершили завоевание империи Цзинь к 1234 г. Толуй умер до окончания кампании.

Одновременно с основным наступлением в Китае монгольские войска были посланы против Кореи и Персии. Корея признала сюзеренитет монголов в 1231 г. Три монгольских тумена под командованием Чормаган-Нойона вошли в Персию в 1230 г. [+128] К счастью для монголов и к несчастью для себя султан Джалал ад-Дин не понял неизбежность их грядущей атаки на его государство. Вместо подготовки своей армии к последней битве с монголами он погрузился в передневосточную политику, стараясь увеличить свои владения за счет Ирака, Северной Сирии и Грузии. Единственным результатом этого было его столкновение со всеми западными соседями и потеря друзей, когда монголы появились в Азербайджане, где располагалась его полевая ставка. Хоть и застигнутый врасплох, Джалал ад-Дин сумел вновь совершить трудный побег, которым он был так знаменит. Но его попытка организовать новую армию провалилась. Оставленный большинством сторонников и преданный собственным визирем, султан на своем пути к Анатолии был вновь окружен монголами. Он снова сбежал и направился к горам Курдистана, где и был убит в 1231 г. разбойниками, которые даже не знали, кем он был. "Это выглядит как предопределение Судьбы, что этот храбрейший лев должен был быть убит лисами", - прокомментировал смерть султана один восточный писатель, [+129]

Одним из последствий поражения Джалал ад-Дина стало распыление остатков туркменских (огузских) войск. Многие туркменские роды последовали за Джалал ад-Дином в его первом бегстве перед монгольским наступлением. После возвращения султана из Дели в Персию они собрались для его поддержки. Теперь ситуация повернулась так, что они вновь оказались без вождя. Некоторые из них решили вернуться в Туркестан и признать сюзеренитет монголов. Другие предпочли мигрировать на запад, в Сирию и Малую Азию. Среди последних было около пятисот семей во главе с Ертогрулом. Этой группе удалось достигнуть сельджукского султана; Ертогрул стал вассалом султана и получил землю близ Сугута во Фригии, недалеко от византийских границ. Хотя этот эпизод выглядел незначительным в то время, он оказался главным фактором в будущей истории Переднего Востока, поскольку сын Ертогрула Осман в конце концов стал основателем Османской империи.

Более крупная группа туркменских воинов, обычно обозначаемых как "хорезмцы", двинулась в Ирак и предложила свои услуги местным мусульманским правителям. Деморализованные и не дисциплинированные, они не упускали ни единого шанса разорить близлежащие районы [+130]

С падением империи Цзинь и исчезновением с политической картины Персии личности Джалал ад-Дина, монголы были готовы к новым завоеваниям. Для одобрения планов в 1235 г. был созван совет курултая. На этом историческом собрании монгольские вожди решили предпринять четыре наступательные кампании одновременно: две на Дальнем Востоке - против Кореи, которая восстала после своего первого подчинения, и против империи Сун в Южном Китае; одну на Ближнем Востоке - против Ирака, Сирии, Транскавказа и сельджукского султана в Малой Азии; и одну на Западе - против Европы.

Лучшие монгольские войска были направлены на Корею и Европу; некоторое подкрепление было послано Чормаган-Нойону на Ближний Восток. Большинство воинов армии, которую планировалось использовать в Южном Китае, были рекрутированы из чжурчжэней и северокитайцев, бывших подданных Цзинь. Война с Южным Китаем стала неизбежной после отказа Угэдэя передать Сун провинцию Хэнань, как было предусмотрено договором. Три армии под предводительством монголов вторглись в Южный Китай, но после короткого первоначального успеха вынуждены были отступить; военные действия приняли затяжной характер и не менялись на протяжении последних лет правления Угэдэя. Монголы одержали убедительную победу в Корее, где сопротивление было сломлено после нескольких тяжелых сражений (1241).

Хотя монгольские силы на Ближнем Востоке под командованием Чормаган-Нойона и смогли восстановить контроль империи над Северной Персией, они оказались недостаточными для кампании против Багдадского халифата в Ираке. Монголы, тем не менее, преуспели в завоевании Грузии, Азербайджана и Армении. Несчастная Грузия, разграбленная монголами в 1220-21 г. и еще раз Джалал ад-Дином в 1226 г., стала монгольским протекторатом в 1239 г. Монголы теперь были в состоянии подготовиться к атаке на владения сельджукских султанов в Малой Азии, хотя никакого общего наступления на сельджуков в правление Угэдэя осуществлено не было.

Именно в западном направлении при Угэдэе монголы достигли наиболее значительного успеха. "Западные земли" рассматривались как территория потенциального расширения улуса Джучи. Его второй сын и наследник Бату (по-русски, Батый) был назначен главнокомандующим западного фронта. Было, однако, очевидно, что силы Бату недостаточны для выполнения этой задачи. При раздаче монгольских войск своим сыновьям Чингисхан отдал под командование Джучи четыре тысячи монгольских воинов. Бату, однако, получил властные полномочия создать новые армейские подразделения из туркменских племен и иных тюрков, что проживали в его улусе, под командованием монгольских офицеров. Лояльность тюрков, вместе с тем, нуждалась в проверке, и, в любом случае, даже усиленная тюрками региональная армия Бату не была достаточно сильной для завоевания Запада. Поэтому Угэдэй приказал, чтобы все улусы Монгольской империи посылали своя войска на помощь Бату. Западная кампания, таким образом, стала панмонгольским делом.

Бату оказался во главе совета князей, представлявших всех потомков Чингисхана. Среди них выделялись сыновья Угэдэя Гуюк и Кадан, сын Толуя Мункэ, а также Байдар и Бури - соответственно сын и внук Чагатая. Каждый привел с собой значительный контингент отборных монгольских войск. В то время как Бату являлся формальным главнокомандующим, один из наилучших и наиболее опытных монгольских военачальников Субэдэй был назначен, в нашем понимании, начальником штаба. Субэдэй хорошо знал русский театр военных действий по опыту своих прежних рейдов на Русь в 1222-23 гг. Монгольское ядро армий Бату, вероятно, равнялось пятидесяти тысячам воинов. С вновь сформированными тюркскими соединениями и различными вспомогательными войсками общее количество могло составлять 120000 или даже более того, но вследствие огромных территорий, подлежащих контролю и гарнизонному обеспечению, в ходе вторжения сила полевой армии Бату в его основной кампании едва ли была более пятидесяти тысяч в каждой фазе операций.

Кампания была столь же хорошо подготовлена, как любой из классических походов Чингисхана. Разведчики и шпионы собрали необходимую информацию заранее. Было решено, что булгары и другие народы восточной окраины Руси по течению Волги, равно как кипчаки (половцы) и иные племена нижнего Поволжья и нижнего Дона должны быть разбиты в первую очередь, с тем чтобы обеспечить надежные коммуникации и тылы армий, действующих на Руси. Большинство из этих целей были успешно достигнуты в течение двух лет (1236-37 гг.). В то время как Мункэ отвечал за кампанию против куманов, Бату при помощи Субэдэя предпринял завоевание ханства волжских булгар. Столица последнего - Великий Булгар - была уничтожена в 1237 г. Осенью этого года основная армия Бату пересекла Волгу в булгарском регионе.

Следует отметить в данной связи, что, хотя первый рейд монголов в 1222-1223 гг. был направлен против Южной Руси, на этот раз Субэдэй решил завоевать сперва Северо-восточную Русь. Он должен был хорошо сознавать во время своей первой русской кампании, что его успех в битве на Калке отчасти объяснялся пассивностью великого князя владимирского. [+131] Он должен был узнать от своих пленников, что этот князь был сильнейшим из русских правителей. Поскольку Субэдэй намеревался продолжить поход далеко на запад, в киевские земли и затем в Венгрию, он должен был обеспечить безопасность своего северного фланга для будущих операций. Это делало уничтожение власти северорусских князей предпосылкой дальнейшей западной экспансии. Как ни кажется парадоксальным для современного читателя, особенно если вспомнить известные страдания армий Наполеона и Гитлера от "генерала зимы", Субэдэй рекомендовал зиму как наилучший период военных операций в Северной Руси. Дело в том, что в Монголии зима сурова, и монголы привычны к морозам; кроме того, они были хорошо защищены от холода своими меховыми одеждами. Монгольские кони также не боялись крепких морозов и, когда снег не был слишком глубоким, умели находить под ним листья или жнивье. Основным преимуществом зимней кампании было то, что многочисленные реки и озера Северной Руси были покрыты льдом, что очень облегчало операции захватчиков.

Хотя русские знали о монгольском походе на ханство волжских булгар, они не оценили всю серьезность ситуации, возможно, предполагая, что монголов несколько задержит сопротивление булгар. Поэтому, когда Бату пересек Волгу, русские не были готовы достойно встретить его атаку. [+132] Вместо того чтобы направиться прямо к городу Владимиру, монголы прежде всего напали на Рязань в среднем течении Оки. Город пал 21 декабря 1237 г. Отсюда они направились на Москву. Хотя это не был еще главный русский город, его центральное местоположение делало его важной целью стратегии Субэдэя. Взяв Москву, которую он сжег, Субэдэй не только блокировал Владимир, но и стал угрожать всему русскому северу, включая богатый Великий Новгород, финансовую основу могущества великого князя.

Великому князю Юрию II ничего не оставалось, как отступить на север со своею свитой, чтобы организовать сопротивление на верхней Волге. Надеясь на силу фортификационных сооружений своей столицы, города Владимира, он оставил там свою жену и двух сыновей с довольно большим гарнизоном, очевидно полагая, что город выдержит осаду до тех пор, пока он освободит его с новой армией, которую он планировал собрать на севере. Юрий устроил свою ставку на берегу реки Сить, притока Мологи, которая, в свою очередь, является притоком Волги. Проанализировав ситуацию, Субэдэй послал свой авангард на север для наблюдения за движением русских войск, и повел основную армию на Владимир. После шестидневной осады город был взят штурмом 8 февраля 1238 г., и все, кто еще уцелел, были убиты, включая семью великого князя. Затем Владимир был разрушен. Монголы сразу же двинулись к реке Сить. Перехитрив русских, они атаковали армию великого князя с различных направлений. Русские были разбиты, а Юрий II погиб в битве 4 марта. Дорога к Новгороду была теперь открыта, и монголы направились к нему. Они остановились, однако, за сто километров до своей цели. После внимательного анализа предводитель монголов решил повернуть назад, испугавшись наступления весенней оттепели, которая могла сделать дороги непроходимыми. Вместо того чтобы возвращаться прежним путем - через районы, где уже все города, источники питания и фуража были уничтожены, - монгольская армия направилась прямо на юг. Грабя боярские поместья и деревни на своем пути, они, очевидно, обходили города избегая каких-либо столкновений, которые могли замедлить их марш. С одним, однако, исключением. Маленький городок Козельск в современной Калужской области, который находился на их пути, отказался сдаться. Убежденные, что штурм не займет много времени, монголы решили взять его. Но они просчитались; осада Козельска длилась семь недель и закончилась лишь тогда, когда все его защитники были убиты. После этого монголы двинулись на юго-восток к бассейну нижнего Дона. Здесь армия получила значительную передышку, в которой очень нуждались и люди, и кони. Богатый источник пополнения поголовья лошадей составляли кони, захваченные у половцев вместе с табунами, которые гнали из Казахстана.

В течение следующего 1239 г. монголами предпринимались лишь малые военные операции. Мункэ завоевал значительную часть аланов и черкесов в северокавказском регионе; Бату вынудил большую часть половцев в конечном итоге признать власть монголов. Однако около сорока тысяч половцев под предводительством хана Котяна [+133] предпочли мигрировать в Венгрию. За ними последовали многие аланы (ясы) региона Донца. [+134]

Около 1240 г. армии Бату, отдохнувшие и реорганизованные, были готовы возобновить свой поход на запад. Летом этого года монголы захватили и разорили города Переслав и Чернигов. Затем Мункэ, который, очевидно, командовал авангардом, послал эмиссаров в Киев с требованием подчиниться. Киев в это время управлялся наместником, назначенным князем Даниилом Галицким. [+135] В городе существовала группа, которую мы бы теперь назвали партией "умиротворения". Чтобы предупредить какие-либо действия с ее стороны, киевские власти приказали убить посланника Мункэ. Это стало проклятием города. Вскоре монголы были у ворот, и, после нескольких дней отчаянного сопротивления 6 декабря 1240 г. город был взят штурмом. Большинство выживших были убиты, а город разрушен. Многие менее значимые князья и сельские общины современной правобережной Украины [+136] признали власть захватчиков и согласились "обрабатывать землю для монголов", то есть поставлять просо и иные сельскохозяйственные продукты, в которых монголы нуждались.

Многие из западнорусских князей, однако, предпочли искать убежища в Венгрии и Польше, что дало Бату повод, если таковой был нужен, напасть на эти две страны. Бату также протестовал против решения венгерского короля Белы IV предоставить убежище хану Котяну и его половцам. Основным объектом интереса монголов в Венгрии было то, что она представляла собою самую западную точку степной зоны и могла служить отличной базой для монгольской кавалерии в любой из ее будущих операций в Центральной Европе так же, как она выполняла эту роль для Аттилы и его гуннов восемь столетий назад. [+137] Кроме того, сами мадьяры когда-то были кочевниками, а история их происхождения тесно связана с тюрками [+138], что делало возможным их участие в монгольско-тюркском союзе.

Монголы не имели непосредственного интереса в Польше, но стратегия Субэдэя требовала похода на эту страну, чтобы устранить потенциальную угрозу монгольскому правому флангу в его операции против Венгрии. Итак, к концу года не только Центральная, но и Западная Европа подверглась монгольской угрозе. Многое зависело от способности западных наций скоординировать свои действия и организовать единое сопротивление против захватчиков. Это, однако, было легче сказать, чем сделать. Феодальную Европу разрывали внутренние противоречия, и, кроме того, разгорался конфликт между светской и духовной властями римской католической Европы - борьба между императором Фридрихом II и папой, в которой каждый делал все возможное для подрыва престижа другого.

Именно в 1238 г. западные нации узнали о приближении монголов из двух источников - из Новгорода и Сирии. Английский хронист Матвей Парижский передает, что "жители Готланда и Фрисланда [+139], боясь их (монголов) нападений, не приплыли, как обычно это делали, в Ярмут в Англии, где загружались их суда во время рыбно-селедочной распродажи: и из-за этого сельдь в том году не имела цены, поскольку ее было множество" [+140]. Фрисланд - обычное обозначение Нидерландов в этот период; очевидно эта страна не могла в 1238 г. быть прямо затронутой монгольским вторжением на Русь. Однако как Фрисланд, так и остров Готланд в Балтийском море имели тесные коммерческие связи с Новгородом, опиравшиеся на договор 1195 г. [+141] Новгородские корабли, равно как и готландские и фризские суда ходили по Балтийскому и Северному морям. В свете этих событий мы можем лучше понять повествование Матвея Парижского. При подготовке новгородцев в 1238 г. к защите своего города от монголов все людские и материальные ресурсы города должны были быть мобилизованы. Следовательно, новгородские купцы не могли тогда ни послать свои корабли в Северное море, ни принять какие-либо обязательства, связанные с покупкой сельди [+142].

Одновременно с тем, как были получены известия относительно монгольского вторжения с Балтийского моря, во Францию и Англию прибыли посланцы с рассказами о походах кочевников на Переднем Востоке. Специальный посол сарацин, "в основном, по поручению Старейшины Горы" (т.е. шейха убийц), просил западные нации о помощи [+143]. Для понимания этого хода со стороны передневосточных мусульман нам следует вспомнить, что напряженные отношения между мусульманами и христианами в Палестине несколько разрядились в результате примирительной политики императора Фридриха II в ходе крестового похода, который обычно называется шестым, хотя он не был признан папой (из-за конфликта с императором) как подлинный крестовый поход. Политика Фридриха была заклеймена папистами, которые не хотели никакого компромисса с "неверными", как умиротворительная. По этой причине, а также потому, что убийцы вряд ли могли рассматриваться как достойные уважения союзники, посол сарацин встретил в 1238 г. небольшую поддержку как во Франции, так и в Англии. Ответ епископа Винчестерского был весьма характерен: "Пусть эти собаки уничтожают друг друга, да так, чтобы все они были поедены и погибли; и тогда мы продолжим борьбу с оставшимися врагами Христа, убьем их и очистим лик земли, так чтобы мир был подчинен одной католической церкви, был бы один пастырь и одно стадо". [+144]

Следует отметить, что агрессивный дух католической церкви, отраженный в словах епископа, был направлен не только против нехристианских "неверных", но также против "еретиков" и "схизматиков", включая греческое православие. Католические нации отвергли идею сотрудничества с мусульманами на Переднем Востоке, а две из них, шведы и тевтонские рыцари, даже посчитали, что настал подходящий момент для нашествия на Русь. Как шведы, так и тевтонские рыцари были вовлечены в это время в христианизацию языческих народов - финнов и карелов к северу от Финского залива, леттов и эстонцев к югу от него - мечом и крестом. И те и другие, кажется, рассчитывали тогда на слабость северорусских городов - Новгорода и Пскова. Хотя ни один из городов не был уничтожен монголами, оба временно были лишены какой-либо помощи от разоренного Великого княжества Владимирского.

Итак, в июле 1240 г. шведы, под предводительством могущественного герцога Биргера, появились в устье Невы в попытке преградить Новгороду выход в море. Прежде чем они смогли двинуться дальше, молодой новгородский князь Александр, племянник Юрия II привел свою маленькую, но сильную армию к Неве и нанес суровое поражение шведам. Последние потеряли значительную часть своих сил и лишь немногие, включая самого Биргера, сумели уплыть назад в Финляндию. После этой победы князь Александр стал известен как Невский. [+145] Все это произошло примерно во время захвата Чернигова монголами.

Пока шло шведское предприятие против Новгорода, ливонские рыцари направили свои усилия против Пскова, но в 1240 г. не добились никакого решительного успеха. Тем временем монголы напали на Польшу и Силезию, и тевтонский орден, с которым были связаны ливонские рыцари, вынужден был внять призывам герцога Силезского о помощи и повернуть свои войска от Пскова. 9 апреля 1241 г. монгольский передовой корпус нанес удар по объединенной польско-германской армии близ Лигница в Силезии. [+146] Согласно польскому историку Матвею из Мичова, победившие монголы отрезали одно ухо у каждого вражеского трупа, найденного ими на поле сражения; было собрано девять больших мешков ушей. [+147] Еще до этого главная монгольская армия пересекла Карпаты и вошла в Венгрию. 11 апреля Бату и Субэдэй разбили венгров у слияния рек Тисы и Солоны. Западный экспедиционный корпус монгольской армии теперь повернул от Силезии на юг, к Богемии и Моравии. Следуя приказу о скорейшем движении в Венгрию, эти силы не могли терять время на осаду городов. Они разделились на несколько маленьких отрядов и грабили страну по мере продвижения. Богемский король Вацлав отбросил одну из этих орд при Кладно, что укрепило чешский моральный дух, но не оказало влияния на монгольскую стратегию. В противовес широко распространенной легенде, в Моравии не было решительных битв; через неделю или две все орды пересекли ее территорию. [+148]

В то время как монголы оставались в Венгрии в течение лета 1241 г., разоряя несчастную страну, король Бела IV пытался организовать сопротивление в Хорватии. Из Загреба он посылал отчаянные послания папе, Фридриху II и королям, умоляя о срочной помощи.

Еще до обращения Белы западные нации получили просьбы о помощи из или от имени Польши и Богемии. Граф Лорэна написал герцогу Брабанта, рисуя несчастья Польши. Герцог брабантский написал епископу парижскому, а архиепископ Кельна - королю Англии. Епископ парижский немедленно проинформировал королеву Бланш, мать Людовика IX, о содержании письма, а она вызвала своего сына и спросила его, что он намеревается предпринять в связи с надвигающейся опасностью. Он ответил с характерными для него глубоким религиозным чувством и покорностью судьбе: "Мать моя, пусть правит нами покой небесный. И если эти люди, которых мы называем татарами, должны прийти к нам, то или мы закинем их назад в район Тартара, откуда они вышли, или же они всех нас отправят на небо". [+149]

После получения новостей о поражении Венгрии император Фридрих II, со своей стороны, послал циркулярное письмо ко всем западноевропейским монархам, побуждая их помочь Венгрии, Богемии и Польше. Папа Григорий IX также призвал к крестовому походу против монголов. Поскольку вражда между императором и папой продолжалась, их обращения произвели меньший эффект, нежели могли. Фридрих предупредил французского короля "о папской хитрости и жадности", "поскольку в своих ненасытных амбициях он (папа) теперь имеет целью подчинить себе все христианские королевства, принимая в качестве примера то, как он наступил на корону Англии; и теперь он пытается с большими поспешностью и самонадеянностью заставить имперское величие сгибаться при его кивке". [+150] С другой стороны, поддерживающие папу распространили слухи, "что император по соглашению с татарами организовал это нападение, и что этим умным письмом он, в основном, прикрыл свое гнусное преступление, и что своими неуемными амбициями он схож с Люцифером или Антихристом, организуя заговор против монархии во всем мире, ведущий к окончательному крушению христианской веры". [+151]

Естественным результатом всего этого было то, что король Бела не получил сколь-нибудь существенной помощи с Запада. Единственным крестовым походом, который действительно имел место, был поход тевтонских рыцарей против Пскова и Новгорода. Несмотря на свои потери в битве при Лигнице, тевтонский орден мог теперь поддержать ливонский натиск. Псков был взят в 1241 г., и в марте 1242 г. рыцари двинулись против Новгорода. Но они не ушли далеко. Князь Александр встретил и разбил их на льду Чудского озера в знаменитом "Ледовом побоище" (5 апреля 1242 г.). [+152]

Монголы в Венгрии пересекли замерзший Дунай в конце декабря 1241 г. и вторглись в Хорватию, захватив вскоре Загреб. Одно войско было послано за королем Белой, который бежал в Далмацию. К тому времени как монгольские всадники достигли Адриатического моря у Сплита, король сел на корабль и укрылся от опасности на одном из островов. Монголы объехали далматинское побережье до Дубровника (Рагуза) и Каттаро. Другое монгольское войско было послано из Венгрии к Клостерноебургу, близ Вены, предположительно, для разведки дорог на запад. Основная монгольская армия после продолжительной передышки в Венгрии была теперь в состоянии нерешительности перед новым военным походом на Европу. Западные нации из-за своей разобщенности едва ли имели возможность выдержать надвигающееся нашествие.

Запад был неожиданно спасен событием, произошедшим в далекой Монголии. Великий хан Угэдэй умер 11 декабря 1241 г. Когда новость достигла Бату весной 1242 г., он не только отложил всю подготовку к походу, но и повел свою армию через Северную Сербию и Булгарию назад в Южную Русь. Причина этого шага была чисто политической: Бату хотел повлиять на выбор нового великого хана, в особенности потому, что сам считался потенциальным кандидатом. Более того, в ходе венгерской кампании он поссорился с сыном Угэдэя Гуюком и внуком Чагатая Бури, которые оба вернулись в глубоком возмущении в Монголию. По жалобе Бату Угэдэй сделал суровый выговор обоим князьям. Теперь, после смерти Угэдэя, можно было ожидать, что они будут мстить, интригуя против Бату. Бату был, очевидно, обеспокоен; борьба за власть в монгольской политике казалась ему более важной, нежели завоевание Европы.

Угэдэю должно было быть пятьдесят один год ко времени его смерти. Он, кажется, подорвал свое здоровье неумеренным пьянством. Незадолго до своей кончины, оценивая свои достоинства и грехи, он отметил с похвальной открытостью, что имел два основных порочных увлечения: вино и развратные женщины. [+153]

[+153] Как отмечает отец Мостерт, портрет Угэдэя в серии династии Юань обнаруживает, разумеется, черты хронического пьяницы. [+154] Можно сомневаться, однако, что он умер естественной смертью. Согласно Иоанну де Плано Карпини, он был отравлен "теткой" его сына Гуюка. [+155] Кем бы ни была эта женщина, ее следует рассматривать как спасительницу Западной Европы.

Примечания

[+1] Brown 3, р. 4.

[+2] Предлагаю выдержку из письма императора Фридриха II королю Англии относительно появления монголов: "Таким образом, страх и трепет возникли среди нас, побуждаемые яростью этих стремительных захватчиков". См.: Matthew Paris, I, 343.

[+3] Howorth, I, X.

[+4] Idem, I, XI.

[+5] Ibid.

[+6] A. Zeki Validi [Togan], "Considérations sur la collaboration scientifique entre l'Orient islamique et l'Europe", REI (1935), p. 269. "Considérations sur la collaboration scientifique entre l'Orient islamique et l'Europe", REI (1935), p. 269.

[+7] See Ancient Russia, chaps. 2-4.

[+8] See Kievan Russia, pp. 224-225.

[+9] Ab-ul-Faraj, p. 354.

[+10] Gibbon, 2, 1203.

[+11] Fulcher of Chartres, E. McGiuty, trans., University of Pennsylvania "Translations and Reprints", 3d ser., p. 69; Raymond of Argiles as quoted in A.C. Krey, The First Crusade (Princeton University Press, 1921), p. 261. Both excerpts cited by La Monte, p. 342.

[+12] See H. Grégoire. "The 2 qestion of Diversion of the Fourth Crusade to Constantinople", Byzantion, 15 (1940-41), 158-166.

[+13] Matthew Paris, I, 348.

[+14] On the Khorezmian Empire see W. Barthold. "Kwarizm-shah", EI, 2, 913-914; idem, Turkestan, chap. 3; Толстов. По следам, с. 273-289; cf. Kievan Russia, p. 236. For a survey of the sources of Khorezmian history see Togan, pp. 206-207.

[+15] О Селевкидах см. Гордлевский; cf. Kievan Russia, pp. 235-236, 361-362. For a survey of the sources of Seljuq history see Togan, pp. 204-206.

[+16] On the Ismailites and Assassins see ╚Assassins╩, EI, I, 421-422; C. Huart. "Ismailiya", EI, 2, 549-552; W. Iwanow. Studies in the Early Persian Ismailism (Leyden, 1948); idem, The Alleged Founder of Ismailism (Bombay, 1946).

[+17] Siyaset-nama; see also K.E. Schabinger. "Zur Geschichte des saldschuqen Reichskanzlers Nizamu'l Mulk, Historisches Jahrbuch, 62 (1949), 250-283.

[+18] La Monte, pp. 335,413.

[+19] В 1237 г. два ордена слились, и Тевтонский орден стал лидером; see Kievan Russia, p. 235.

[+20] Об альбигойцах и катарах см.: La Monte, pp. 411, 413-416, 505; D. Obolensky. The Bogomils (Cambridge, Cambridge University Press, 1948), pp. 156, 157, 215, 216, 242- 246, 286-289. Эти ереси представляли западное распространение манихейства. В качестве новейшего исследования манихейства см.: Н.С. Puech. Le Manichéisme, son fondateur, sa doctrine (Paris, 1949).

[+21] On the ikta see M. Sobernheim, "Ikta", EI, 2, 461-463; Siyaset-nama, chaps.5, 22,23, and 27. Cf. M. Fuad Köprülü. "Le Féodalisme Turc-Musulman au Moyen-Age", Belleten, 5 (1941), 335-350; A.N. Poliak. Feudalism in Egypt, Syria, Palestine, and the Lebanon, 1250-1900 (London, The Royal Asiatic Society, 1939); Minorsky. Tadhkirat; p. 27-28.

[+22] О хорезмийских искусствах и производствах см.: В. Бартольд. История культурной жизни Туркестана / Ленинград, 1927 /, с. 74-81; А.Ю. Якубовский. "Феодальное общество Средней Азии и его торговля с Восточной Европой в X-XV веках", Материалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР / Ленинград, 1933/, I, 4-9, 27-36; Толстов. По следам, с. 285-287.

[+23] Kievan Russia, chaps. 5-8-10.

[+24] О роли кочевников в истории см.: W. Kotwicz. "О role ludów koczowniczych w historji", Pamietnik IV Zjazdu historikow polskich W Poznaniu (1925); A J. Toynbee. A Study of History (Oxford, Oxford University Press, 1934; 2d ed. 1935; 3d impression 19450, 3, 393, 395, 399- 402, 421, 431; G. Vernadsky. "The Eurasian Nomads and Their Art in the History of Civilization", Saeculum, I (1950), pp. 74-85; idem, "Sarmat. Hintergrund", pp. 340-392.

[+25] M.I. Rostovtzeff, Iranians and Greeks in South Russia (Oxford, Clarendon Press, 1922); Ancient Russia, chaps. 2 and 3. For burther references see G. Vernadsky. "Sarmat. Hintergrund, pp. 340-392.

[+26] See Moravcsik; F. Altheim. Attila und die Hunnen (Baden-Baden, 1957); Ancient Russia, chaps. 4-6; Kievan Russia, pp. 224-225.

[+27] See McGovern; W. Barthold, Turkestan; Wittfogel, especially appendix 5 (Qara-Khitay); W. Eberhard. "Kultur und Siedlung der Randvölker Chinas", TP, 36, Suppl. (1942).

[+28] Grum-Grzymailo, 2, 25-27; Menges, p. 3. P.A. Boodberg's study; "Ting-ling and Turks", Sino-Altaica, 2, 15 (Berkeley, Calif., 1934) has not been accessible to me.

[+29] See M. Rostovtzeff. "The Sarmatae and the Parthians", САН, 11, 100; A.M. Tallgren. "Inner Asiatic and Siberian Rock Pictures", ESA, 8 (1933), 174-210, especially p. 204. Ср.: А.П. Окладников. "Конь и знамя на ленских писанитсах", Тюркологический сборник (Москва и Ленинград, 1951), I, 143-154.

[+30] О тождественности ас и аланов см.: Ancient Russia, pp. 105-106; H.W. Bailey. "Asica", TPS (1945), pp. 1-2.

[+31] See W. Kotwicz and A. Samoilovitch. "Le Monument turc d'Ikkekhuchotu en Mongolie centrale", RO, 4 (1928), 15 ( of the reprint); Berashtam, p. 47.

[+32] Владимирцов, с. 131.

[+33] Согласно мнению П. Пеллио, татары принадлежали скорее к монгольской группе, нежели к тунгусской; See Grousset, p. 25.

[+34] Согласно Пеллио, кераиты и найманы представляли смесь тюркских и монгольских элементов; See Grousset, p. 28. Относительно антропологии и этнологии племен западной Монголии см.: Grum-Grzymailo, 3, Pt. I, and chap. I, in Pt.2.

[+35] Matthew Paris, I, 312.

[+36] См. Владимирцов, с. 33-36.

[+37] Об "онгоне" см. Рашид I с. 24 ,198; Владимирцов, с. 50; Д.К. Зеленин. Культ онгонов в Сибири (Москва и Ленинград, 1936).

О древней религии тюрков, которая была близка монгольской, см. Schmidt. Смотри также Н. Веселовский. "О религии татар по русским летописям", ЖМНП, НС, 64 (1916), 81-101; Поппе. "Описание".

[+38] О распространении несторианства в Центральной и Восточной Азии см.: W. Barthold. Zur Geschichte des Christentums in Mittel-Asien bis zur mongolischen Eroberung (Tübingen and Leipzig, "Le Droit chaldéen" (Paris, 1939; недоступна мне).

[+39] Пеллио сомневается в аутентичности истории Аб-уль-Фараджа в этом случае; See Grousset, p. 29.

[+40] См.: Владимирцов, с. 46-59.

[+41] Относительно кости (ясун) см. также: W. Kotwicz. "Contributions á l'histoire de l'Asie centrale", RO, 15 (1939-49), 161, cf. Cleaves, Inscription III, p. 75.

[+42] Rashid I, p. 8; Ср. Владимирцов, с. 46.

[+43] См.: Владимирцов, с. 49-51.

[+44] Русское слово курень (по-украински - куринь) производно от монгольского термина, хотя и несет иную коннотацию. В Запорожской сечи казарма общества Козаков была известна как куринь. В современном русском языке курень означает дом (подобный строениям лесорубов или сторожей-садовников).

[+45] Владимирцов, с. 70,118; аналогичный термин в Московский Руси (черные люди) см. ниже, гл. 5. Разд. 4. с. 375.

[+46] Основными источниками биографии Темучина являются: "Тайная история монголов"; "Китайская история кампаний Чингисхана" и коллекция хроник Рашида ад-Дина. Относительно изданий и переводов этих работ см.: список источников. Биографии Чингисхана см. в библиографии. См. также монгольскую надпись 1362 г., Cleaves, Inscription I, pp. 83-85.

[+47] "Марал" (Cervus maral) - алтайский олень, который также населяет западную Монголию. См.: Grum-Grzymailo, I, 517-518.

[+48] Относительно волка и оленя как тотемных животных среди северных иранцев (аланов) см.: Абаев, с. 49.

[+49] Там же, с. 85.

[+50] Осетинский язык рассматривается как производный от аланского.

[+51] Абаев, с. 85.

[+52] Там же, с. 45.

[+53] Из контекста легенды неясно, были ли три сына Алан-Коа тройняшками или же родились один за другим.

[+54] Рашид IA. с. 7, 9.

[+55] Следует отметить, что, согласно Аммиаку Марцелину, волосы аланов "часто светлые"; см.; Ancient Russia, p. 90. Некоторые из потомков осетин также блондины; см.: В. Миллер. "Осетины", ЭС, 43, 263.

[+56] Рашид IA. с. 10.

[+57] Козин, с. 81.

[+58] E. Herzfeld. "Alongoa", Der Islam, 6 (1916), 317-327; cf. E. Blochet "Les Inscriptions de Samarkand", RA 3d ser., 30 (1897), 67-77. Arnold J. Toynbee. A Study of History, 6, 268 and n. 4, принимает теорию Херцфельда.

[+59] Ο Тимуре (Тамерлане) см. ниже, глава 4, разд. 2, с. 247-248.

+60 В этой форме история Алан-Коа повторена биографом Тимура Шарафом ад- Дином Али Язди в его "Зафар-нама"; см.: Blochet (as in n. 58), с. 202-221.

[+61] Согласно Йуан-ши, лишь один из сыновей Алан-Коа был рожден сверхъестественным путем. See Krause. Cingis Han, p. 8; Иакинф, с. 2.

[+62] Олконоуты были ветвью унгиратов, которые жили в восточной части Монголии. Интересный комментарий к этому эпизоду см.: L. Olschki. "Ölün's Chemise╩, JAOS, 67 (1947), 54-56.

[+63] Рашид I F, c. 88; Grousset, p. 51.

[+64] Krause, Cingis Han, p. 41; Иакинф, р. 137.

[+65] Krause, Cingis Han, p. 41. Следует отметить, что, согласно китайскому обычаю ребенок считается годовалым в день своего рождения; see Grousset, p. 51.

[+66] О монгольской хронологии см.: W. Kotwicz. "O chronologji mongolskiej", RO, 2 (1925); 220-250; 4 (1926), 108-166.

Монголы, в конечном счете, приняли тибетский шестидесятный цикл, о котором см. А. Позднеев. "Монгольская летопись Ердениин-ерихе" (Ст. Петербург, 1833); Р. Pelliot. "Le Cycle sexagénaire dans la chronologie tibetaine", JA (May - June 1913), pp. 633-667; Baron A. von Stael-Holstein. "On die Sexagenary Cycle of the Tibetans", MS, I (1935), 277-314. cf. George N. Roerich's introduction to Blue Annals, p. XXI.

[+67] Рашид I A, c. 88-89; Хара-Даван, с. 17.

[+68] Палладий. Китайское сказание, с. 195 и п. 5.

[+69] Blue Annals, p. 58.

[+70] See Grousset, p. 51; Cleaves, Inscription I, p. 99.

[+71] Владимирцов, с. 48.

[+72] Собольи меха имели большую ценность, в особенности в Китае. Согласно Марко Поло, "соболье одеяние, достаточно широкое, чтобы облегать мантию, стоило 2000 безантов золота или, по крайней мере, 1000, и этот тип шкур именовался татарами "королем мехов". МРУС, I, 405; МРМР, I, 232.

[+73] Владимирцов, с. 83-86.

[+74] Козин, с. 109.

[+75] О титуле Гур-хана см. Wittfogel, p. 431.

[+76] Козин, с. 144.

[+77] Об уйгурской письменности см.: Бартольд. Туркестан, с. 387-391; G. Vernadsky. "Uigurs", p. 454; Wittfogel, pp. 243, 443, 670.

[+78] После арабского завоевания Туркестана Трансоксания стала известна как Мавераннар ("район над рекой"), по арабскому эквиваленту имени.

[+79] О Кара-Кидан см.: Wittfogel, pp. 619-674.

[+80] "Тайная история", разд. 202. Я следовал переводу Хэниша в данном случае.

[+81] Мнение Крайдера состоит в том, что курултай 1206 г. был демократическим собранием; см. его рецензию на перевод "Тайной истории", осуществленный Хэнишем, I FOS, 70 (1950), 205.

[+82] О монгольском знамени см.: Хара-Даван, с. 46; А.П. Окладников. "Конь и знамя" (как в н. 29), с. 148-153. Верили, что знамя Чингисхана было обителью его духа (сульде). См. Владимирцов, с. 145; Окладников, с. 151; ср. Поппе. "Описание", с. 171-172.

[+83] Об использовании титула каган (кахан) среди Джу-Джан, начиная приблизительно с 50 г. н. э. см.: Gimpu Uchida. "A Study of the Jon-Jan Tribe", ASTH, pp. 4-5 (English summary).

Следует отметить, что, по мнению Пеллио, Чингис получил титул "хан", а не "каган"; See Cleaves, Inscription I, pp.98-99. Однако фактом является то, что в разд. 123 "Тайной истории" Чингис именуется каганом (каан, см.: Козин, с. 230.); Haenisch, p. 33, переводит термин на немецкий как "чан"; его объяснение этого см.: Haenisch, p. 153.

[+84] See Cleaves, Inscription I, p. 98; Хара-Даван, с. 33-35; O. Turan. "Cingiz adi hakkinda", Belleten, 5 (1941), 267-276.

[+85] Haenisch, p. 153.

[+86] Рашид ΙΑ, с. 65.

[+87] Хара-Даван, с. 32.

[+88] Там же, с. 34.

[+89] Там же, с. 33-34.

[+90] Перечень реформ и событий, связанных с их воплощением, предложенный далее, опирается на "Тайную историю", разд. 202-234.

[+91] Следуя за Лиддел Харт в предложенной терминологии, я буду называть сотенные соединения эскадронами, тысячными батальонами и десятитысячными дивизиями.

[+92] См. выше разд. 4.

[+93] "Тайная история", разд. 242-343.

[+94] В "Тайной истории", разд. 242, используется термин ирке. Козин, с. 566, отождествляет его с ерке, семьей, и переводит как "юрта" (в этом смысле "Палатка", "семья"). Хэниш, и следуя за ним Ахмет Темир, турецкий автор перевода "Тайной истории", переводят этот термин ирке как "люди" ("Leute", adamlar).

[+95] Об орде (орду, ордо) как институте см. Wittfogel, p. 508-517.

[+96] Относительно Великой Ясы см. ниже главу 2, разд.6.

[+97] О роли беки в санкционировании власти кагана см.: Hirosato Iwai. "Chingis Qakhan's Enthronement and the Shamans", ASTH, PP.3-4 (English summary).

[+98] Значение титула правители уйгуров, идикут, - "Священная Удача" (идук кут); See Thomsen, pp. 129-130. В Монгольской надписи 1362 г. идикут восхваляется за "следование Воле Небес", когда он подчинился Чингисхану; see Cleaves, Inscription I, P. 84.

[+99]

[+99] См. выше разд. 4.

[+100] Козин, с. 178.

[+101] Здесь и далее, если не дано иного варианта, места и провинции Китая даны в современном написании имен, дабы избежать ошибок.

[+102] Владимирцов. Чингисхан, с. 98-99.

[+103] Относительно китайской кампании см.: Владимирцов. Чингисхан, с. 102-113; Хара-Даван, гл. 8; Martin, chaps. 5-9.

[+104] См.: Толстов. По следам, гл. 11.

[+105] В. Бартольд. История культурной жизни Туркестана, с. 34.

[+106] Относительно тюркского каганата см.: Ancient Russia, pp. 178-179, 182-184; о социальной организации тюрков ср. Бернштам, гл. 5-6.

[+107] Толстов. По следам, с. 245.

[+108] См. выше, разд. 2, с. 7.

[+109] Роль турецких наемников в войсках Хорезма может быть сравнена с подъемом мамлюков в Египте.

[+110] Толстов. По следам, с. 174-176; cf. Zambaur, p. 209.

[+111] В "Киевской Руси" содержалась ссылка на кипчаков, как куманов (половцев), по форме имени, используемого в западных и византийских источниках. Русские называли куманов половцами. В восточных источниках они обычно упоминаются как кипчаки, а их страна как Кипчакия или Дешт-и-Кипчак. Кажется более правильным использовать это имя применительно к монгольскому периоду. Восточные кипчаки часто именуются кангли. См.: Barthold, Turcs, pp. 88-91.

[+112] О Ясе см. ниже, гл. 2, разд. 6, с. 99-110.

[+113] О туркестанской кампании см.: Владимирцов. Чингисхан, с. 125-140.; Бартольд. Туркестан; С.С. Walker. Jenghis Khan (London, Luzac & Co., 1939), chaps. 4-6

[+114] See Kievan Russia, pp.235-239.

[+115] Толстов. По следам, с. 296-316.

[+116] Bretschneider, I, 93-97; A. Waley. Travels of an Alchemist (London, G. Routledge & Sons, 1931), pp. 100-102, 111-120.

[+117] Согласно некоторым источникам, Чингисхан был смертельно ранен стрелой. О eto последней кампании и смерти см.: E. Haenisch. "Die letzte Feldzüge Cinggis Hans und sein Tod nach der ostasiatischen Überlieferung╩, AM, 9 (1933), 503-551.

[+118] О похоронах монгольских ханов см.: Grum-Grzymailo, 2, 64-66.

[+119] В монгольских надписях 1362 г. Чингисхан именуется "Суу Джали", что означает Ведущий дух; see Cleaves, Inscription I, p. 92 and p. 131, n. 259. Cf. Kotwicz. "Formules initiales", p. 131; Mostaert, p. 321; Поппе. "Описание", с. 171-172.

[+120] D'Ohsson, I, Pt. I, 306; ср. Владимирцов. Чингисхан, с. 166.

[+121] Radoslav A. Tsanoff. The Ways of Genius (New York, Harper & Brothers, 1949), c. 40-41; R.H. Codrihgton. The Melanesians (1891), p. 119, and R.R. Marett, The Threshold of Religion (2d ed. 1914), p. 105.

[+122] Владимирцов, с. 9 и н. 2.

[+123] Antoine Mostaert, "A propos de quelques portraits d'empereurs mongols", 147-156. В письме ко мне 3 мая 1951 г. отец Мостерт любезно предоставил мне некоторую дополнительную информацию относительно портретов. Он пишет: "Что касается этих портретов монгольских императоров и императриц, я их видел в старом имперском дворце в Пекине - я их не видел еще к моменту написания этой заметки, опубликованной в AM IV. Мое личное впечатление, что они датируются периодом Юань. Фотографии этих портретов появились в альбоме под названием "Portraits of Emperors and Empresses of China" (Shanghai, The Times Publishing Co., around 1927; мне он не доступен). Портреты могут быть также найдены в китайской публикации "Xu-kung, chou-k'an"("Former Palace Weekly"), 1932, Nos, 131-138. (Я обязан этой справкой Фрэнсису В. Кливсу и Ричарду Л. Уокеру). Некоторые из портретов, включая портрет Чингисхана, были репродуцированы в статье отца Мостерта, цитированной выше. Портрет Чингисхана можно найти также в большинстве его биографий, опубликованных после 1928 г., включая Хара-Давана и Х.Д. Мартина.

[+124] Только они считались полноправными наследниками.

[+125] Термин "улус" использовался в различных смыслах; он мог означать "надел", "государство", а также "народ" (государства или его части); см. Владимирцов, с. 59, 98-101.

[+126] О царствовании Угэдэя см.: Иакинф, с. 148-287; Grousset, pp. 285-301.

[+127] See Ratchnevsky, pp. VII-VIII.

[+128] О монгольской кампании в Персии в правление Угэдэя см.: Spuler, Iran, pp.35-38.

[+129] An-Nasawi. Histoire du Sultan Djelal el-Din Mankobirti, O. Houdas, trans. And ed., p.230; cf. Grum-Grzymailo, 2, 461.

[+130] Halphen, p.415.

[+131] См. Киевская Русь, с. 237-238.

[+132] О кампании Бату в Руси см.: Карамзин, 3, 281-293 и 4, 9-15; Соловьев, 3, 171-176; Хара-Даван, с. 171-176; Spuler, pp. 16-20; ZO, pp. 207-217; Minorsky, Caucasica III.

[+133] О Котяне см.: Киевская Русь, с. 237, 239.

[+134] О миграции половцев в Венгрию см.: E. Csuday, Die Geschichte der Ungarn (2d ed. Budapest, 1900), I, 537-539. Об одновременной миграции аланов (ясиян) см.: Кулаковский. Аланы, с. 71-72; S. Szabo, Ungarisches Volk (Budapest und Leipzig, 1944), pp.41, 42.

[+135] О ранней деятельности Даниила Галицкого см.: Киевская Русь, с. 226-227, 228- 229, 230, 237-238, 240.

[+136] Правобережная Украина - Украина к западу от реки Днепр.

[+137] Об империи Аттилы см.: Ancient Russia, pp. 137-146; E.A. Thompson. History of Attila and the Hans (Oxford, Oxford University Press, 1948); F. Altheim, Attila mod die Hunnen (as above, n. 27).

[+138] Moravcsik, I, 27-28, 58-64; L. Ligeti, ed., A Magyarság Östörténete (Budapest, 1943); cf. Kievan Russia, p. 319.

[+139] В латинском варианте - "Gothia et Frisia", Matthaei Parisiensis Chronica Majora, H.R. Luard, ed. (London, Longman & Co., Trübner & Co.) 3 (1876), 488.

[+140] Matthew Paris, I, 131

[+141] See Kievan Russia, p. 121.

[+142] Следует упомянуть в данном контексте, что в книге Матфея Парижского существует значительная неточность относительно имен Готия и Фрисия. Письмо императора Фридриха II, приведенное им (1, 339), гласит, что татары "превратили в пустыню такие страны, как Фрисланд, Готланд, Польшу, Богемию и т.д." Здесь, очевидно, Готия и Фрисия относятся к некоторым русским приграничным районам.

[+143] Matthew Paris, I, 131

[+144] Idem, I, 132.

[+145] По поводу битвы на Неве см.: Карамзин, 4, 25-28; Соловьев, 3, 186-188.

[+146] О западной кампании Бату см.: Grousset, pp. 298-300; Spuler, pp. 20-24; Harold T. Cheshire. "The Great Tatar Invasion of Europe", Slavonic Review, 5 (1926-27), 89-105; Shinobu Iwamura. "Mongol Invasion of Poland in the Thirteenth Century", MTB, 10 (1938), 103-157.

Лучшее описание татарского движения в Богемии и Моравии принадлежит Вацлаву Новотны; в особенности см.: Novotný, I, Pt. 3, 715-748.

[+147] Матвей Меховский (Mathias de Miechov). Трактат о двух Сарматиях (Tractatus de duabus Sarmatiis) (Москва и Ленинград, 1936), с. 54, (русский перевод говорит о "десяти мешках") и с. 136 (латинский оригинал говорит о "девяти мешках" - novem saccos). Работа Меховского была впервые опубликована в 1517 г.

[+148] Легенда о серьезных поражениях монголов в Моравии от чехов, ведомых моравским рыцарем Ярославом Штернбергом, была развеяна глубокой критикой Новотны. И все же миф был недавно повторен как Шпулером (с. 23), так и Грековым (30, с. 217); Х.Т. Чешир также упоминает победу Штернберга, но его исследование (упомянутое под н. 146) появилось до публикации книги Новотны.

[+149] Matthew Paris, I, 341.

[+150] Idem, I, 347.

[+151] Idem, I, 348.

[+152] О "Ледовом побоище" см.: Карамзин, 4, 30-32; Соловьев, 3, 189-190. +153 Козин, с. 199.

[+154] A. Mostaert, AM, 4, 147.

[+155] Piano Carpini M, pp. 56-57.

Stolica.ru

Top