Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

Зулус Чака. Возвышение зулусской империи

Э. А. Риттер

Глава 13. Бой на холме Г▓окли

Как и предвидел Чака, Номахланджана послал четыре полка ≈ треть своих сил ≈ за высоты Тонджанени, в погоню за скотом зулусов и охраной. Остальные ндвандве переправлялись через Уайт Умфолози и в количестве восьми тысяч человек построились полукругом у подножия холма Г▓окли, с северо-восточной стороны. Номахланджана взял на себя командование северным крылом армии, где стояли четыре гвардейских полка, в том числе полк ветеранов Ама-Нкайя.

Чака расположил свои силы таким образом, что примерно половина каждого полка была хорошо видна противнику, а вторая половина, построенная за гребнем холма, позади первой, оставалась совершенно невидимой врагу. Боевой состав войск, сосредоточенных на холме Г▓окли, достигал почти трех тысяч шестисот человек, причем только тысяча шестьсот из них были видны атакующим. Они были построены в пять шеренг с интервалами в два шага между воинами, что давало им возможность свободно действовать оружием.

Разведчики Номахланджаны донесли, что на холме мало войск. Чака всячески способствовал возникновению этой иллюзии: перед приближением ндвандве к холму он приказал четырем задним шеренгам подойти вплотную к передней. Воины уселись на щиты, закрывая друг друга, так что создалось впечатление, что построение лишено глубины. Кроме того, щитов не было видно, и противник не мог по ним определить, какие полки находятся на холме. Поэтому Номахланджана, обладая подавляющим превосходством в силах, был более чем уверен в том, что без труда подавит сопротивление зулусов. Диспозиция последних казалась ему глупой и самоубийственной.

≈ Биться с ними ≈ все равно что резать скот в краале, ≈ сказал он своим военачальникам.

И Номахланджана громким голосом приказал воинам ндвандве приблизиться к зулусам на расстояние двойного броска копья. С радостными криками его войско выполнило приказ, но по мере сужения круга шеренги воинов все больше уплотнялись, и наконец стали выгибаться. Порядок нарушился. Наступая сомкнутым строем, ндвандве не учли, что, начав с круга диаметром около пятисот пятидесяти ярдов при периметре свыше тысячи семисот, они очень скоро сократили диаметр ярдов на двести, так что периметр уменьшился до тысячи ста ярдов. Командиры сотен и взводов обрушились на них с бранью. Наконец ндвандве вытянулись нестройными шеренгами в двух бросках копья (в ста ярдах) от врагов.

Зулусы продолжали сидеть, сохраняя полное молчание. Многие беззаботно нюхали табак. Суровый строгий вид воинов старших полков резко отличал их от исполненных задора молодых ребят из частей Фасимба и Изи-ц▓ве.

Согласно обычаю, ндвандве стали поносить зулусов. Зулусы хранили мрачное молчание. Но когда ндвандве обозвали их беззубыми псами и бабуинами, укрывшимися на холме, послышалось зловещее рычание, и среди обороняющихся началось движение. Чака громовым голосом приказал им снова сесть на щиты. Команда была повторена Мдлакой и Нзобо, а за ними командирами полков. Ее подхватили, как эхо, командиры сотен и спокойно, но твердо передали воинам взводные.

≈ Где ваши удальцы? ≈ завопили ндвандве.

≈ Здесь, ≈ воскликнул Маньози, сын Длекезеле, выступив из рядов Изим-Похло. С разрешения Чаки он приблизился к врагу на расстояние полуброска копья. Навстречу ему направился воин ндвандве. С дистанции в четверть броска он метнул свой ассегай в Маньози и проткнул его щит. Подойдя еще ближе, ндвандве сделал вид, что собирается метнуть и второе копье, но так как Маньози укрылся за своим щитом, задержал бросок, дожидаясь, пока снова увидит лицо врага. Затем, улучив момент, он бросил копье и едва не попал в цель. В тот же миг Маньози подбежал к нему, и широкий клинок, войдя в тело ндвандве под левым плечом, пронзил ему сердце. Ндвандве со стоном испустил дух. Маньози же издал победный клич: ╚Нгадла!╩

Со стороны зулусов послышались возгласы.

≈ Ну, что, такие ли мы беззубые, как вы думали? ≈ кричали они.

Ндвандве ответили яростным ревом.

≈ Кто следующий? ≈ воскликнул Маньози, и из рядов ндвандве вышел еще один воин. Не успел он метнуть копье, как Маньози ринулся на него. Щиты их столкнулись, и тогда зулус поддел щит противника и, рванув его влево, получил возможность нанести удар в левый бок ндвандве. Снова раздалось торжествующее ╚Нгадла!╩. После того как Маньози расправился с третьим противником, охотников драться с ним больше не нашлось, и он вернулся в строй.

Подстегиваемое насмешками зулусов войско ндвандве двинулось вперед. Было около девяти часов утра ≈ солнце прошло половину пути от восхода до зенита.

≈ К оружию! ≈ скомандовал Чака. Как и предыдущий, приказ был громко повторен сначала командирами бригад и полков, затем сотниками и, наконец, взводными. С удивительной синхронностью движений, которой всегда
отличались зулусы, полторы тысячи воинов, сидевших вокруг вершины холма, поднялись как один человек.


Затем полторы тысячи ног ≈ в подобных демонстрациях участвует только одна правая нога ≈ одновременно топнули о землю, так что холм чуть ли не дрогнул. И тут же раздались звуки, похожие на раскаты грома или барабанный бой: то каждый воин в течение нескольких секунд быстро бил древком копья по щиту. Четыре шеренги, стоявшие вплотную к передней, теперь отошли назад, так что между ними образовались интервалы в три-четыре шага.

Мгобози, сидевший на плоской вершине холма в центре резерва, который оставался невидимым для противника застонал. Он слышал топот и знал, что это означает.

≈ Я даже не вижу их и должен сидеть здесь без пользы, как наседка на куче тухлых яиц.

≈ Нет, Мгобози, ≈ возразил штабной индуна, только что явившийся с приказанием. ≈ Могучий Слон лишь
учит тебя тому же, чему ты учишь своих ребят. Он зовет тебя прийти поглядеть на них. Но ты будешь около него
и не вступишь в бой, пока он сам тебе не прикажет. Твое дело следить за боем и говорить, что делать дальше.

В глазах Мгобози появился проблеск надежды, и он поспешил к Чаке. Тот с Мдлакой и несколькими индунами стоял у северного края плоской вершины. Командир бригады Холостяков Нзобо и его индуны занимали такую же позицию у южного края. Нг▓обока и Нгомаан находились соответственно на восточной и западной сторонах. Все четыре командира действовали согласованно. Чака предоставил им полную свободу действий, чтобы самому иметь возможность время от времени осматривать все участки фронта. За две минуты он мог обойти вершину холма и составить полное представление о том, что где происходит. От его глаз не укрывался ни один маневр противника.

В совсем ином положении находился Номахланджана. Сидя в тени мимозы у северного склона холма, он видел только то, что происходило непосредственно перед ним, а о ходе боя на других участках узнавал лишь от гонцов. Он был способным и честолюбивым человеком, но как наследник Звиде не любил особенно утруждать себя или заботиться о мелочах. Да и к чему ≈ ведь это даже не бой, а простая прогулка! Чем возиться с этим делом, куда приятнее осушить в холодке горшок-другой пива!

Войско ндвандве вступало в бой очень медленно и осторожно, ибо, когда зулусы внезапно вскочили с земли и ╚показали щиты╩, их войско приобрело совершенно иной вид.

В то же время сжатие круга приводило ко все большему уплотнению боевого построения ндвандве. К моменту, когда они остановились в двадцати пяти шагах от противника, готовясь метнуть копья, среди них царил неописуемый хаос, так как длина шеренги вновь сократилась с тысячи ста ярдов до шестисот.

Чака, глаза которого сверкали от возбуждения, правильно оценил положение и молниеносно бросил на ндвандве первую шеренгу своих воинов, а сразу же за ней и вторую. ╚Си-ги-ди!╩ ≈ орали атакующие зулусы. Затем боевой клич сменился зловещим, свистящим шипением. Подобно лавине, обрушились зулусы на сгрудившихся ндвандве, которые в тесноте не могли даже метнуть копья. Началась ужасающая резня.

Зулусский полководец следил за происходящим со злобной радостью, но вид одного лишь участка фронта не удовлетворил его, и он быстро обошел всю вершину. Однако и в трех других секторах бой развертывался не менее успешно.

Минуты через две командиры рот и полков ндвандве приказали своим частям и подразделениям отойти. Это, а также потери в передних шеренгах наконец освободили воинам руки. С присущим всем нгуни мужеством ндвандве стали оказывать энергичный отпор, но им не хватало железной дисциплины, выучки и зулусского ассегая с широким коротким клинком.

Менее чем через десять минут в бою наступила обычная пауза ≈ обе стороны, словно повинуясь приказу, немного отступили. Затем Номахланджана отдал распоряжение вернуть все полки к подножию холма, чтобы обдумать, как избежать скученности и связанных с ней потерь. Тогда Чака приказал двум передним шеренгам пристроиться в затылок к остальным, так что первой стала третья шеренга. Сначала, однако, воины собрали копья ндвандве и помогли тяжело раненным зулусам подняться на холм. Тех, кто не имел надежды оправиться от ран, милосердно прикончили: по спартанской логике зулусов, надо было быстрее прекратить их агонию. Если раненый еще мог говорить, у него спрашивали разрешения, которое он неизменно давал. А если он уже утратил дар речи, его молчание рассматривалось как знак согласия. Раненых врагов поголовно убивали и, разумеется, вспарывали им животы.

Тяжело раненных зулусов положили на вершине, поблизости от запаса воды. Ухаживали за ними мальчики у-диби. Легко раненные оставались в строю. Все воины получили возможность глотнуть воды. Это пришлось очень кстати, так как не только физические усилия, но и нервное напряжение во время битвы вызывают страшную жажду.

Увидев, какую резню учинили зулусы среди его воинов ≈ свыше тысячи из них полегли на поле боя, ≈ Номахланджана решил одну половину войска оставить у подножия холма, а другую бросить на противника, так чтобы между шеренгами и отдельными воинами в шеренгах оставались большие интервалы.

Чака еще раз тщательно проверил боевой порядок своих войск. Когда он проходил между шеренгами, воины, стоявшие в переднем ряду, поворачивались к нему и снизу вверх смотрели на него: огромный, величественный, атлетически сложенный полководец казался еще больше благодаря тому, что находился выше их по склону холма. Время от времени он подбадривал легко раненных, оставшихся в строю, и с удовлетворением отмечал, что раны на их руках и бедрах перевязаны корой, под которой находятся листья Datura stramonium. To и другое он предусмотрительно велел у-диби захватить с собой, так как знал, что нуждается в каждом воине, и всячески старался избежать лишних потерь. Нескольким тяжело раненным Чака приказал выйти из строя ≈ он считал, что они не могут продолжать бой. Заметив плохо перевязанную рану, он сердился и требовал немедленно принять нужные меры. То же происходило, если он обнаруживал дефект в вооружении.

Мгобози шел следом за своим вождем. Похвалами и добродушными шуточками любимый командир подбадривал своих людей. Но горе незадачливому воину, у которого плохо были подвязаны крепления щита, а на клинке ассегая обнаруживалось хоть малейшее пятнышко.

Ндвандве снова пошли в атаку, но на этот раз между ними оставались нормальные интервалы. Они опять остановились в полуброске копья от зулусов, которым было приказано присесть на корточки за своими пятифутовыми щитами. И когда на них обрушился град копий, он почти не причинил им вреда. Теперь в первой шеренге ндвандве на каждого воина осталось всего по копью, да и его требовалось сохранить для рукопашной. Что же делать? Эти странные зулусы не бросали копий обратно в противника. Они просто забирали их себе. Ндвандве опять глядели на врагов, как ╚барин на новые ворота╩.

Чака ликовал. Повернувшись к Мгобози и своему штабу, он сказал:

≈ Я с самого начала говорил, нет ничего глупее, чем бросать свое оружие!

Когда второй ряд ндвандве также метнул копья, Чака приказал первым двум шеренгам своего войска атаковать противника. С боевым кличем ╚Си-ги~ди!╩ они ринулись на ндвандве, находившихся на двадцать пять ярдов ниже их. Битва превратилась в сотни поединков, происходивших на всех склонах холма. Дуэли эти продолжались от нескольких секунд до многих минут и были чрезвычайно изнурительны, так как требовали энергичной работы ног и рук и акробатической ловкости. Заканчивались они обычно гибелью одного или даже обоих противников. Поединки велись по-рыцарски, никто не вмешивался, чтобы помочь товарищу одолеть врага.

Когда после пятиминутной отчаянной схватки ндвандве и зулусы сделали паузу, причем обе стороны немного отступили, стало очевидно, что ндвандве потеряли втрое больше воинов, чем зулусы. Из зулусов, составлявших первую шеренгу, одна треть была убита или смертельно ранена, а треть получила легкие ранения, но могла продолжать бой. У ндвандве полегла вся первая шеренга и столько же воинов было ранено в других.

На протяжении боя Чака находился большей частью у северного края плоской вершины, откуда он мог наблюдать за Номахланджаной, сидевшим в тени дерева, и за той частью зулусов, которую атаковал полк ветеранов Ама-Нкайя. Чины штаба Чаки все время осведомлялись, что делается на других секторах фронта, и возвращались с донесениями к командующему. Но он ничего не оставлял на волю случая и во время схватки сам перебегал через вершину, покрывая дистанцию почти в сто ярдов, чтобы видеть все собственными глазами.

После нового столкновения, продолжавшегося несколько дольше, чем предыдущие, противники опять разошлись. При подсчете потерь (который неизменно производился обеими сторонами) превосходство зулусов стало особенно очевидным.

Номахланджана снова прекратил бой, вернув своих воинов к подножию холма, созвал военный совет, а потом приказал той половине своей армии, которая оставалась в тылу, встать впереди сражающегося войска. Боевые офицеры обстоятельно объясняли новую тактику воинам, еще не участвовавшим в бою. Им надлежало сблизиться с зулусами, воздерживаясь от метания копий, а затем ринуться на врага. При этом первая шеренга схватится с ним врукопашную, а вторая забросает его копьями, пользуясь тем, что в пылу схватки зулусы не смогут прикрываться щитами.

Всякие проволочки были на руку Чаке, ибо чем ощутимее становилась жара, тем скорее должен был прийти ему на помощь главный его союзник ≈ жажда. После полудня, рассуждал он, жара особенно усилится, и воины противника, участвующие в бою, а также легко раненные, станут изнемогать от жажды. Ближайший источник находится в двух милях. За ранеными увяжутся те, кто в бою не пострадал, но не может вытерпеть муки жажды. Ведь по своей дисциплинированности армия ндвандве не идет ни в какое сравнение с зулусской. Вот тогда-то Чака введет в бой свой свежий резерв, не страдающий от отсутствия воды, и нанесет сокрушительный удар по противнику. К резерву присоединятся и легко раненные, напившиеся вдосталь и перевязавшие свои раны.

Чака заранее разработал систему дымовых сигналов, которые должна была подавать охрана стада, чтобы держать его в курсе передвижения полков ндвандве, отправившихся в погоню за скотом. Столбы дыма на крайнем левом фланге означали, что ндвандве настигли зулусов и перешли в наступление. Такие же столбы справа возвестили бы о том, что ндвандве повернули назад. Пока что дым вздымался к небу только со стороны левого фланга.

Когда ндвандве снова перешли в наступление, Чака поломал их планы: едва они подошли на расстояние полуброска копья, на них стремительно ринулись первые две шеренги зулусов. Атакующие сбросили первый ряд ндвандве на второй. Оба ряда слились, интервалов между людьми не осталось, и это лишило третий ряд возможности метать копья. Снова возникла ожесточенная схватка. Зулусы получили приказ использовать преимущество атаки сверху и, прикрываясь щитами, прыгали на ндвандве. Постепенно ряды противника все более уплотнялись. В то же время вторая шеренга зулусов настолько придвинулась к первой, с которой составляла один эшелон, что воины могли рубить врагов, не задевая товарищей, находившихся впереди. Держа копья за концы древка, они без труда дотягивались до противника. Тогда Чака послал вперед еще и третью шеренгу, сохранив при себе в резерве только одну, состоявшую исключительно из более или менее легко раненных воинов. Однако резерв на вершине оставался в неприкосновенности.

К тому времени, когда наступила очередная пауза, яростный напор зулусов отбросил ндвандве больше чем на двадцать шагов.

Противники снова оторвались друг от друга, и Номахланджана в очередной раз отвел свои полки к подножию холма. Он был крайне раздосадован повторяющимися неудачами и, собрав старших командиров и большинство сотников, долго ругал их за то, что они не умеют воевать.

Он снова послал свои войска в бой, но им опять не удалось прорвать строй зулусов. Полдень уже миновал, стояла сильная жара, и многие раненые, но еще боеспособные воины уходили на север и запад, где надеялись найти воду.

Командиры ндвандве обсуждали положение. Из пяти шеренг зулусов двух уже не стало, а в остальных было немало раненых. Однако и ндвандве понесли большие потери, и теперь соотношение сил было для них менее благоприятным, чем в начале боя.

╚Если б только удалось поколебать несокрушимый строй этих зулусов!╩ ≈ думал Номахланджана. И он велел командирам шепотом передать воинам такой приказ: атаковать противника, но после короткой схватки изобразить паническое бегство; достигнув же подножия холма, где они соединятся с резервом, сделать поворот кругом и ринуться на зулусов, которые в пылу боя обязательно последуют за ними.

Ндвандве соответственно пошли в атаку; когда они приблизились, зулусы, как и прежде, бросились на них. После непродолжительной схватки в задних рядах ндвандве раздался крик, и они обратились в бегство, прикрывая спины щитами. Ряд за рядом поворачивал назад, но, прежде чем передний успел произвести маневр, Чака объявил громовым голосом, что это ловушка, и запретил своим воинам преследовать противника более чем на один бросок копья. Однако торжествующие зулусы, обезумев от жажды крови, вышли из повиновения. Ндвандве несли страшные потери, так как преследователи, не обутые в сандалии, легко их опережали. Напрасно командиры рот, не жалея глоток, кричали зулусам, чтобы те прекратили погоню у линии, указанной Чакой. Большинство взводных сами были охвачены горячкой боя и не отставали от рядовых в кровавой и славной погоне.

Чака пришел в ярость, но не мог не заметить, что его люди наносят бегущему врагу чудовищный урон. Мозг его лихорадочно работал, ибо столб дыма поднялся теперь на правом фланге отряда ндвандве, посланного за скотом. А это значило, что отряд возвращается и сможет принять участие в бою, если тот не закончится вскоре после того, как солнце пройдет немного больше половины пути между зенитом и закатом. Не пора ли бросить на врага замаскированный резерв и, воспользовавшись резней, которую устроили зулусские воины, превратить ложную панику среди ндвандве в настоящую? Чака сообразил, однако, что ндвандве сумеют рассеяться во все стороны и чересчур многим удастся избежать окружения, которое он задумал. К тому же он считал, что успеет уничтожить основные силы ндвандве до возвращения четырех полков, посланных в погоню за скотом. Чака с удовлетворением отметил, что, хотя его воины и закусили удила, они сохраняют свой замечательный боевой порядок и не обгоняют друг друга, что было им запрещено под страхом смерти. Когда ндвандве, достигшие подножия холма, повернули назад, часть зулусов прорвала их строй, а многие даже успели зайти в тыл врага, прежде чем были перебиты.

Большинство зулусов пришли, однако, в себя и поняли, что очутились в отчаянном положении. Тут их выручила железная дисциплина и большая подвижность. ╚Назад на вершину холма, щиты держать сзади, ≈ снова и снова звучали слова команды. ≈ Бежать как можно быстрее, но строй не нарушать!╩. Ротные, взводные и многие рядовые громко повторяли этот приказ.

Stolica.ru

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top